Вернуть Дворянство 5 (СИ)

Я взял Еву за руки, вспоминая какая у нее нежная кожа, провел ладонью по её щеке, глядя в заблестевшие глаза.
— Мне же это не сниться? — спросила она с придыханием.
— Нет, — улыбнулся я, и она прильнула ко мне.
Её мягкие чуть влажные губы были сладкие как спелые ягоды. Я прижал её к себе, чувствуя жар её тела под тонкой тканью платья. Близость и вместе с тем невозможность отдаться друг другу полностью сводили нас обоих с ума, и мы пытались выразить всю страсть в поцелуе.
  
Не знаю, сколько времени прошло, но, когда мы отпрянули друг от друга, охрана уже взбиралась на плато. Принцесса успела привести себя в порядок. А я подвел её к краю и указал на далекий и кажущийся маленьким отсюда Муиндо.
— Это мой остров. У меня там база, — принялся я рассказывать.
Взмыленная охрана не рисковала приближаться. Да и повода не было. Всё чинно благородно, смотрим с высоты красоты острова.
— Вон мои плантации. Там обычный чай, там мандарины, холлобоны, а вон, — я указал на блестящие крыши теплиц и перешел на шепот. — Иван-чай, он же Чеджу-чай, говорят, очень похож, на тот, что растет в императорских плантациях. Но я не думаю. Где найдется безумец, который решит выкопать их оттуда.
Принцесса звонко рассмеялась.
— Ведь если пропажу обнаружат ему не жить, — продолжил я. — Только если вместо взятых кустов посадить другие. Тогда никто не заметит, а если и заметит, предпочтет промолчать, чтобы не лишиться работы.
— Погоди, ты меня на мысль натолкнул.
Они отошли вместе с Нарэй и что-то втолковывали двоих начальникам охраны, те синхронно кивнули.
— Вот и всё, — вернулась довольная Ева. — Никто нас из вида не терял. Все вместе на гору поднялись.
Ну да. Их тоже по головке не погладят, если выяснится, что оставили подопечных.
Я рассказывал принцессе всё, что произошло за это время, упуская ряд деталей, разумеется, она высказала желание познакомится с Джи-А, которой так много внимание было уделено в рассказе.
— Успеешь еще, — сказал я. Сейчас такое организовать было бы трудно.
А затем время вышло. На гору приземлилась вертушка, и обоих принцесс вместе с охранной забрали. Я уселся в платформу и поехал вниз. Меня ждала встреча с семьей, по которой я тоже сильно истосковался.
О таком отпуске я и мечтать не мог.
* * *
— Нда-а-а, — задумчиво протянула Минхе, оглядывая остальных членов совета. — Неожиданно вышло.
— Он умеет удивлять, — констатировала Кёнхи, без лишнего пиетета, просто как факт. — Пора к этому привыкнуть.
— И что всё это может значить? — спросила Сарантуя Ананд.
— Есть множество вариантов, — сказала утратившая обычную веселость Ан Хи Ёнг. — Чтобы определить вектор размышлений, нужно больше информации. О чем ты говорила с ним? — она посмотрела на главу совета.
Какое-то время Минхе прогоняла беседу в голове, чтобы вычленить главное, и сказала:
— Он сообщил, что все равно получит герб, предложил сохранить лицо. Сказал «клянусь», и я почувствовала, что он говорит правду.
— Тогда Владивостокская компания предстает совсем в ином свете, — подала голос Сарантуя Ананд. — Похоже, больше на зачистку японских шпионов.
Слухи о том, что беглые из Страны восходящего солнца клана, соглядатаи японского императора ходили всегда.
— Либо это все большая случайность, во что никто не поверит, — произнесла Кёнхи. — Если мы рассуждаем в режиме максимально паранойи, остается всего два варианта. Ен изначально действовал сам, и им решили воспользоваться, или он сразу был ведом, и его просто подхватили.
— Во второе вериться больше, — сказала Минхе. — Но, он доказал, не стоит его недооценивать. Впрочем, это неважно, мои дни как главы совета уже сочтены. И судя по тому, что Арс сказал мне в последнюю встречу, он или стоящие над ним, не хотят моей смерти, и это радует. Вопрос лишь в том, какая судьба уготована Чеджу.
— Мне кажется, вариант тут только один, — сказала Ан Хи Ёнг. — Скорее всего, императоры решили применить нас по прямому историческому назначению. Как крепость в море, о которую вражеские войска будут раз за разом ломать зубы.
— Думаешь, нами будут воевать против Японии? — спросила Минхе.
— Надеюсь, что не против Китая. Если богиня будет милостива, Такеши объявит свои притязания на Хоккайдо. Одновременно с этим Джи-А или сам Ен, станут новым главой, не исключаю, что в рамках честной борьбы. Дальше последует некрасивый поступок со стороны корейского императора.
— Нашего императора, — с улыбкой поправила её Минхе.
— Нашего императора, — оголила зубы Ан Хи Ёнг. — Поднимется волна недовольства. Оседлал этот бурун, мы объявим о независимости, и, как следствие, к нам полезет регулярная корейская армия. Арс со своими молодчиками отразит несколько демонстративных атак. Всё это будут снимать с хорошей камеры из вертолета. Наверняка войска противника будут раз в десять больше, и в итоге их разобьют в пух и прах. После чего начнется информационная компания в самой Корее, что Чеджу всегда был дотационным и вообще хотят отделится и пусть отделяются. И мы станем отдельной страной, которая окажется в состоянии войны с Японией, с поддержкой за спиной Кореи и России. Мне видится это так.
В помещении повисла тишина.
* * *
Петр Павлович Иванов не мог не признать, что это было красиво. Кинематографично и театрально одновременно. Дочь в восторге.
Меньше года миновало, и вот уже какой-то бесфамилец стал не просто дворянином, а владельцем своего острова с притязаниями на место в совете, причем в качестве главы.
Вопрос лишь в том, сам ли он этого всего достиг или ему помогли. Если помогли, то кто и зачем? Так ли просто появился на острове Лао Юй? Корейский император все проверил, и не нашел злого умысла. Хотя китайский правитель и говорит обратное. Что еще больше вносит сумятицу. Когда планируют такие акции, не кричат об этом в кулуарах.
А если это ставленник корейского императора, то… зачем? На ум приходила только война с Японией. Но удочки он не закинул, а без поддержи России ввязываться в это дело…
Или же само приглашение и всё мероприятие и было тонким намеком?
«Лао Юй!» — вспыхнула искрой мысль.
Такеши Асакура-Обата козырь, с которым можно оккупировать Хоккайдо, что в ряде исходов непременно приведет к войне с Японцами. Если перед этим отделить Чеджу от Кореи, то получается идеальная наживка, которую глупый император может и заглотить. Другое дело, что глупых императоров очень мало, либо живут они недолго.
Но если все так, то Китай и Корея…
Тайвань и Чеджу будут воевать с Японией. Или… Курилы, Тайвань и Чеджу будут воевать с Японией. Но вопрос лишь в том, а зачем? Нарезать её на три части, как большую рыбину? Ну вернее даже не «зачем?», а почему так внезапно, и без подготовки. До начала раскручивания воронки бездны новой войны. Рано делить рынки, кризис далеко.
«Ничего не ясно», — подумал правитель. Он подошел к большой доске, взял маленький белый флажок, написал на нем Ен Чеджу и воткнул на месте одноименного острова. Теперь он тоже игрок, и это надо учитывать в будущих планах.
«Может и неплохая партия для принцессы», — пронеслась кометой мысль, которая была тут же отвергнута. «Пока понаблюдаем, как будут раскручиваться события».
* * *
— Как прошло? — спросил отец Нарэй.
— Было весело и полезно. А виды тут и правда красивые. Хоть переезжай.
— Ты здесь и неделю не выдержишь. Люди простые и открытые. Некем манипулировать, не получиться жонглировать чужими жизнями.
Дочь с прищуром глянула на отца.
  
— Не делай из меня монстра.
— Что ты, что ты, — деланно возмутился он.
— А у тебя как прошло?
— Да поначалу хорошо. А потом знаешь, Петр на меня так смотрел, как будто ждал чего-то, какого-то предложения. Я ему уже и это, и то, а он только кивает и еще что-то ждет. Как будто у него где-то разведка прокололась, и он всё ждал секретных секретов еще секретнее тех, которые мы обсуждали.