Гений 30 Лет Спустя Том 6 (СИ)
— Зачем?! — спросила девочка более сильным голосом, сжимая кулачки.
Первый замолчал. Его молчание было продолжительным. Казалось, он вообще уже не заговорит, как вдруг…
— …Просто интересно, — спокойным голосом ответил мужчина.
…
…
…
У Фан Линя было немного времени.
Тем не менее, особенной поспешности он не испытывал.
Если его чему и научили тридцать лет, проведённые в теле смертного, так это спокойствию и размеренности в своих действиях.
В первую очередь он направился в тот самый зал, который ему в своё время показал Ян Дао, и где хранились драгоценные техники древних бессмертных.
Фан Линь всё ещё культивировал Искусство Девяти Потусторонних Огней… Отчасти. На самом же деле после достижения стадии Бессмертно последнее ушло как бы на второй план, и Фан Линь уже не столько следовал заданной инструкции, сколько подстраивал последнюю под собственные нужды.
Причём ему совершенно точно казалось, что в этом плане он делает всё правильно, отчего можно было заметить определённую закономерность.
В то время как Культиваторы Звёздного Дао осваивают сперва наиболее абстрактные законы Дао и постепенно формируют из них нечто конкретное, протаптывают собственную дорожку, древние бессмертные начинают с прямо полосы, которые со временем растворяется и…
И.
И сейчас Фан Линю нужно было ответить, что именно происходит после этого «И».
Все собранные в зале техники делились согласно своему рангу.
Сперва шли самые слабые, бронзовые, затем серебряные и тому подобное. Фан Линь неторопливо, но и не слишком вдумчиво просмотрел некоторые из них, а затем направился в самый конец зала и посмотрел на три пустых пьедестала.
…Дао порождает одно, одно порождает два, а два порождает великое множеств. Согласно легенде, во времена древних бессмертных существовали три особенные техники, которые превосходили все прочие. Которые, собственно, и породили все прочие. Создатель данного зала оставил для них почётные места, если она когда-нибудь найдутся, но что если…
Фан Линь подошёл и посмотрел на правый пьедестал, сделанный из красного люминесцентного нефрита.
…Что если они уже нашлись?
420. Путь 1
— Идём, — вдруг сказал Первый, хватая Маю за плечо.
Она хотела вскрикнуть, но промолчала. Хотела сопротивляться, но поминала, что это было невозможно. Между ними пролегала слишком великая пропасть. Секунду спустя они вместе стали стремительно спускаться в тёмную бездну, в которой находились руины долины тысячи Будд.
Сейчас последняя напоминала жалкую тень себя прошлой. С неба разливался небесный свет, освещая пыльные и разрушенные своды этого места. И тем не менее, даже несмотря на то, что всё вокруг как будто утратило свою былую ужасающую ауру, напоминая не столько монстра, сколько его высушенный труп, Маи всё равно казалось, что в глазницах этого запылённого скелета сгущается мрак, что некая тёмная энергия всё ещё трепещет в её потрескавшихся костях.
Трепет усилился, когда ноги Первого и её собственные опустились на песчаную землю. Не теряя времени, он снова топнул, песок под ними провалился, и они полетели ещё ниже. Мрак сгустился, и я всё же Мая сразу узнала каменные своды подземелья, где она и Мастер… Нет, Фан Линь, поправила себя девушка в этот самый неподходящий для поправлений момент… увидели ужасную статуя.
И она была здесь: покрытая мириадами трещин, которые не только не лишали её мрачного величая, но даже делали ещё более ужасающей. Две глубокие вертикальные трещины заменяли глаза этого создания
Мая посмотрела на него и стиснула зубы.
— У этого места длинная история, — раздался из темноты рядом с ней серый голос Первого. — Последние несколько десятков тысяч лет мне неизвестны, но на заре времён именно здесь Основатель Звёздного Дао запечатал душу Бессмертного Императора Ву Шэна… Последний не погиб… Вернее, не совсем погиб. Совсем убить Бессмертного бывает довольно проблематично. Особенного Императора, который обладает более чем одной душой. Конкретно здесь храниться его Душа Желания, та страсть, которая пожирала всё его естество, безумное стремление увидеть и узнать, что спрятано за границей девятого неба…
Мужчина спокойно посмотрел на статую.
— Зачем… — наконец уловила момент и отважилась спросить Мая. Он повернулся.
— Зачем вы меня… И чего вы от меня хотите.
Мужчина помолчал некоторое время, потом ответил:
— Чтобы объединить клинок Девяти Небес, нужно собрать все его составные части воедино, а затем поглотить единственное оставшееся небо. После этого созданный им аватар, часть самого клинка, станет его мастером… Именно ему, мне или тебе, затем придётся уничтожить незримую границу Девятого неба.
— Я… Я не хочу этого… — сказала Мая, и удивилась, настолько жалким и ребяческим прозвучал её протест.
Мужчина ничего не ответил. Он медленно прошёл вперёд и вытянул руку. И снова перед ним один за другим появились шесть клинков. Первый присел и закрыл глаза. В следующую секунду первый меч, первое небо, Хризалия. и второй — Крит, — вспомнила Мая названия… или не вспомнила, или всё это время она их знала и не знала об этом… — сблизились и стали сливаться воедино… Словно расплавленные, и в то же время совершенно холодные, они медленно соединялись в единую субстанцию.
Мая медленно шагнула назад. Она посмотрела в неба, на тонкую трещинку света у себя над головой, окружённую безграничной чернотой.
Её нужно бежать, подумала девушка, и тут же отбросила эту мысль. Нет… Это невозможно. От него сбежать невозможно. Этот монстр принёс её сюда за считанные секунды, хотя Долина Тысячи Будд и Золотая Звезда находилась едва ли не на разных краях Звёздного небосвода. Он нашёл её, почувствовал, хотя находился на расстоянии, которое стократ превышало всю протяжённость Звёздного Небосвода.
В начале, вспомнила девушка метафору, воин стоит на великом и безграничном диске, который называется мир; но постепенно, по мере того, как он становится всё сильнее и сильнее, он возвышается над оным, и вот уже диск превращается перед ним в обыкновенную тарелку.
Для этого человека вся вселенная была такой тарелкой.
В то же время Мая едва ли могла покинуть её пределе.
Она находилась в ловушке.
В ловушке настолько огромной, что не могла даже представить себе, что находится за её пределами.
Сердце девушки стиснулось от ужаса.
Но она не заплакала.
Не отчаялась.
Мая мимолётно вспомнила мастера… Фан Линя… И не потому что думала, что он придёт и спасёт её, нет, она молилась, чтобы этого не случилась, ибо здесь, в этом месте его ожидала верная смерть, она вспомнила его, потому что сама должна была спасти…
Мая закрыла глаза и медленно присела на пол и скрестила ноги.
Он вспомнила фразу своего мастера… В данном контексте действительно больше подходило слово мастер, извинила она себя… Если враг слишком силён, если сбежать невозможно, тогда… Просто нужно стать ещё сильнее.
Пока Первый продолжал собирать клинок воедино, Мая погрузилась в медитацию…
…
…
…
Что если всё это время сильнейшие техники древних бессмертных на самом деле были здесь, на этих самых пьедесталах? Фан Линь посмотрел на ближайшую, жёлтую подставку и нахмурился.
Не смысле, поправил он себя, что они были спрятаны, но… иначе.
Первое туманное предположение возникло у него, когда он увидел, как Хань Цзи постепенно обретает свои силы.
Затем он вспомнил его записи. Невероятно подробные, они, тем не менее, почти ничего не рассказывали о процессе обретения ранга Золотого Бессмертного.
Наконец Фан Линю вспомнились эти пьедесталы.
Он сделал несколько шагов назад и посмотрел на них.
Желтый, красный… Три штуки. Один слева, другой справа и третий посредине…
Единственное породило двойственное, двойственное — тройственное, а тройственное — всё вообще…
А что если…
421. Путь 2
…Что если в этом и была вся суть? Странная мысль. Суть техники заключается в его отсутствии. Но именно эта мысль поразила Фан Линя, как молния. Собственный путь вдруг мелькнул перед ним как бы в перспективе. Он увидел уже тропинку, по которой всё это время шёл, увидел, как она вдруг обрывается, увидел свои попытки нащупать дальнейшую дорогу, и вдруг понял, что перед ним вовсе не бездна, как предполагал он раньше, но безграничной поле возможностей.