Между нами любовь (СИ)

Рая могла сделать вид, что не понимает сути вопроса, притвориться. Бог ты мой, но даже она не была настолько наивной. Давно уже…
Более того, она ждала аналогичного вопроса. Естественно, не от этого конкретного мужчины. А в принципе.
От любого из тех, кого сегодня обслуживала на мероприятии. Среди которых старалась быть незаметной, как мышка, лишь нейтрально улыбалась. Интуитивно надеясь на то, что никого не заинтересует, не привлечёт ничьего внимания настолько, чтобы услышать пресловутое предложение.
  
В этом заключался парадокс. Она ждала, надеялась и одновременно отодвигала момент, который разделит её жизнь на «до» и «после».
Она не хотела отвечать. Или хотела? Она уже ничего не знала и не понимала.
Выпрямилась и повела плечами.
– Триста.
Вот. Сказала.
Оказывается, не так и сложно...
Продавать себя. Назначать цену.
На лице мужчины не дрогнул ни один мускул.
– Дёшево себя ценишь, девочка. Тысяча за всю ночь.
У Раи похолодели пальцы.
Тысяча?
Она не ослышалась?
То есть вот этот холёный мужчина с властным выражением лица и холодными серыми глазами, о взгляд которых можно порезаться куда как сильнее, чем от разбитого хрусталя, предлагает провести с ним ночь за тысячу?..
– Вы, наверное, не поняли, – промямлила она. – Я имела в виду триста евро...
Господи, никогда ещё она не чувствовала себя настолько глупой!
И да – беспомощной.
Она мечтала, чтобы кто-то появился в комнате. Вошёл и прервал их разговор. Не позволил ей совершить самую большую глупость в жизни.
Но, как назло, ни официанта, ни распорядителя зала на горизонте не намечалось. Точно темноволосый незнакомец своей властной аурой запретил им появляться.
Он скривил губы.
– Естественно, евро. Он дороже по курсу. Пошли.
– Прямо сейчас? – выдохнула Рая и, натолкнувшись на ироничный взгляд, поспешно произнесла: – Я не могу. У меня…
Она беспомощно обвела комнату руками.
Мужчина раздражённо поморщился.
– Через пятнадцать минут у парковки. Вопрос с твоим работодателем я решу.
С этими словами он развернулся и направился к двери.
Но остановился и обернулся.
Рая сильнее вцепилась здоровой рукой в столешницу.
Пусть он передумает…
Пожалуйста…
– Как тебя зовут?
– Рая.
Он кивнул и вышел.
Не назвав своего имени в ответ.
Девушка безвольно обмякла.
Серьёзно?..
Она только что продала себя?
Она прикрыла глаза.
Дыши…
Всегда при любых обстоятельствах надо дышать.
– Эй, Мишанова, ты чего тут застыла? Да ёшкин кот! Ты поранилась, что ли?
Голос Аркадия Леонидовича ворвался в сознание девушки, не позволив ей провалиться куда-то дальше.
– Извините… Да… Я тут…
– Я вижу.
Невысокий жилистый мужчина остановился напротив неё и нахмурился. После чего повёл носом, втягивая в себя воздух.
– Ты разбила бокал?
– Я.
– Одна была тут?
Рая мотнула головой.
– Понятно.
Мужчина задумчиво вытянул губы трубочкой.
– В зал возвращаться будешь?
Если при разговоре с незнакомцем кровь отхлынула от её щек, то теперь вернулась в двойном количестве.
Аркадий Леонидович оценил происходящее верно. Знал, что и как. Не первый год в бизнесе.
Когда они ехали в загородный особняк, другие девушки-официантки открыто говорили, посмеиваясь, что надеются на дополнительную подработку. Что та с вероятностью девяносто девять и девять у некоторых точно наклюнется. Ещё тогда Рая обратила внимание, насколько красивы девочки, среди которых она случайно оказалась.
Бывает и такое…
  
глава 2 
 
– Дава, охренеть! Ты это видишь?
Только друзьям Давид Шахов разрешал себя называть Давой. Некоторые из них предпочитали произносить его имя на кавказский манер, что ему не особо нравилось.
– Вижу.
– Бывает же!..
Шахов смотрел в ту же сторону, куда и его друг Остигов.
Да, бывает, оказывается.
Он сжал челюсти. И что дальше?
Давид иногда сравнивал себя с хищником. Диким, первобытным. Так и должно быть. Без подобных инстинктов мужчине в данном мире не занять нужное положение.
Шахов занимал если не самое высокое в иерархии, то не последнее точно.
Сегодня он был зол, иначе не скажешь. День не задался с утра. Сначала его выдернули на незапланированное совещание, потом состоялось несколько неприятных, не принёсших никаких положительных результатов встреч.
А он на них надеялся.
Теперь ещё и мероприятие у Аишева, на котором он не появиться не мог. Если он рассчитывал (а он, чёрт побери, рассчитывал) подниматься дальше по социальной лестнице, данное мероприятие игнорировать было нельзя.
Сегодня здесь находились все сливки общества их региона, начиная от актрисулек, блогерш и заканчивая губернатором, депутатами и финансовыми воротилами. Причём не только местными.
Давид успел пообщаться со всеми, кто его интересовал.
Пообщались и с ним.
Он выпил несколько рюмок, привычно ожидая, что алкоголь сгладит эмоции.
Ни хера. Злость и ярость только усилились. Кипели и бились внутри него, трансформируясь в язвительность и жёсткость некоторых ответов. Те, кто его неплохо знали, предпочитали сегодня держаться подальше. Некоторые, наоборот, решили пощекотать себе нервы. Зря. То, что его не интересовало, он рубил на корню.
Возвращаться в таком состоянии домой он не планировал.
Шахов рассматривал два варианта окончания вечера, привычные для него.
Первый – тренажёрный зал и спарринг с хорошим бойцом. Мышцы требовали нагрузки, а тот зверь, что сидел в нём – крови. Но чьей именно – вот вопрос. Того бойца, что выйдет против него? Глупо.
Значит, оставался второй вариант.
Тот, которым пользовались мужики испокон веков.
Секс.
С послушной девочкой.
Или не очень...
Тут уже зависело от его конкретных потребностей.
Шахов любил игры. С людьми. С собой. С партнёршами для секса, которых он себе позволял в любое время дня и суток. Последние пять лет так точно... Ему зачастую нравилось дать страсти достигнуть апогея, в таком случае освобождение было более ярким и сильным.
Что раздражало – разрядка последнее время происходила только в теле. Голова оставалась тяжёлой, мысли, копошившиеся двадцать пять часов в сутки, не позволяли расслабиться, выложиться на сто процентов.
Да и с кем выкладываться? Со шлюхами? Тоже спорный момент.
Но окончанием сегодняшнего вечера всё же будет секс.
И он уже знал, с кем.
Внезапно...
Он мог себе позволить любую свободную женщину в зале. Некоторых несвободных тоже.
Известная блогерша несколько раз крутанулась вокруг него. Моделька с пятым размером груди и чрезмерными ягодичными имплантами – тоже. С этими дамочками всё понятно. Неинтересны. Язык не умеют держать за зубами.
Официантку, спешно снующую между гостями и разносящую напитки, он увидел одновременно с другом.
Сначала профиль. Идеальный... Аккуратный нос. Высокий лоб. Манящие розоватые губы без намёка на губную помаду. Надо же... И кто из распорядителей зала так знатно лоханулся, выпустив к голодным мужикам, алчущим в своей пресыщенности острых ощущений, такой лакомый кусочек?
На неё смотрели не только они с Остиговым. Её провожали взглядами почти все свободные мужики, мимо которых проходила девушка. Кто-то открыто, кто-то таясь. Но провожали.
Шахов не сомневался, что через N-ное количество времени к ней направят посланцев.
Конкурентов он не опасался. Здесь мало кто захочет с ним связываться.
Иногда какой-то человек обретает такую власть, что многим становится страшно. И неприятно.
Давид Шахов целенаправленно захватывал такую власть. Зона его влияния увеличивалась с каждым днём.
  
Он недобро оскалился, чувствуя, как адреналин в крови повышает градус. То, что надо.
Он шагнул вперёд.
– Дава…
Шахов предупреждающе взглянул на Остигова. Тот разве не этого добивался, привлекая к девчонке внимание?