Предательство, которому ты служишь (ЛП)

— Лука, не делай этого. Твоя рука, — тихо говорит он, но этого достаточно, чтобы хватка Луки на моем горле ослабла.
Я смотрю между двумя братьями, моя грудь вздымается от гнева.
В их глазах светится вина, но никто ничего не говорит.
— Принцесса?
Когда мой взгляд снова останавливается на ней, ее глаза полны непролитых слез, но не они заставляют мою кровь снова закипать, а ее растрепанные волосы и явно распухшие губы.
— Нет, — кричит она, явно такая же сердитая, как и я сейчас. — Ты не можешь появиться здесь после всего и смотреть на меня так, будто это я виновата. Она, блядь, забеременела от тебя, Кейн.
По нашей аудитории прокатывается громкий вздох.
— Ладно, все убирайтесь к черту, — раздается знакомый голос откуда-то позади Летти, но я не отрываю от нее глаз, чтобы увидеть, как маленькая блондинка очищает комнату, как профессионал с помощью Леона.
— Можешь уже, блядь, отпустить меня, — бормочу я Луке, но он только сильнее прижимается ко мне. — Убирайся от моего лица, придурок.
— Пошел ты.
Я двигаюсь быстрее, чем он может предвидеть, и мой кулак попадает прямо ему в глазницу, заставляя его отшатнуться и столкнуться со стойкой, к которой я его сначала прижал.
— Кейн, — кричит Летти, бросаясь к Луке, который соскользнул вниз, так что теперь сидит на полу, его глаз уже опухает вместе с ярко-красной отметиной на щеке.
Девушка опускается на колени рядом с ним, осторожно отводя его руку от лица, чтобы осмотреть повреждения.
— Тебе нужно уйти, — рявкает она, быстро оглядываясь на меня через плечо. — Никто не хочет, чтобы ты был здесь.
— Летти, пожалуйста. То, что она сказала, было ложью.
— Серьезно? — Она встает, поворачивается ко мне, ее глаза прищурены. — Докажи это.
— Ч-что?
— Докажи. Это.
Мои губы приоткрываются, чтобы что-то сказать, но у меня нет слов, как, черт возьми, я должен доказать это прямо сейчас.
— Ты не можешь стоять там и говорить мне, что не спал с ней.
Гнев и боль внутри меня сталкиваются, и я снова опускаю глаза на ее едва одетое тело.
— Я? Ты стоишь там, одетая в одну из их рубашек, и обвиняешь меня в том, что я был с кем-то еще до того, как приехал сюда. С кем из них ты трахалась сегодня вечером, Летти? К какому из них ты побежала, пытаясь забыть обо мне? На этот раз это был Лука, или ты снова использовала Леона, чтобы почувствовать себя лучше?
— Снова? — рычит голос у нее за спиной, и когда я смотрю через плечо Летти, я вижу, что Лука смотрит между Летти и Леоном, сдвинув брови.
— О, эта ночь становится все лучше и лучше. Он не знал. Не знал, что ты уже трахалась с его братом.
— Хватит, — рявкает Леон, подходя и становясь позади Летти.
— Ли?
— Не сейчас, Лу.
Улыбка растягивает мои губы, прежде чем из моего горла вырывается маниакальный смех.
— Ты чертова лицемерка, Скарлетт Хантер. — Я делаю шаг к ней, когда Леон обнимает ее за плечо. — Я не собираюсь, блядь, причинять ей боль, — выплевываю я.
Он усмехается.
— Немного поздно для этого.
— Черт возьми, это не помешало тебе забрать то, что принадлежит мне, при первой же возможности. — Мои губы кривятся в отвращении. — Или ты трахал ее все то время, что трахал я?
Я понятия не имел, что Лука оторвал свою задницу от пола, пока меня с силой не оттолкнули от Летти и Леона. Мое плечо врезается в стену, вызвав острую боль в руке.
— Убирайся из моего гребаного дома. — Он продолжает подталкивать меня к задней двери, и я позволяю ему это, пока мы не добираемся туда, затем я останавливаюсь.
— Убери от меня свои руки. — Я задерживаю его взгляд на несколько мгновений, прежде чем снова посмотреть на Скарлетт. — Она лживая сучка, Летти. Она не беременна, а просто хотела причинить тебе боль. А ты… ты сделала это. — Я киваю на близнецов. — Надеюсь, им понравилось, потому что у них может не быть другого шанса, когда я снова доберусь до тебя.
И Лука, и Леон делают угрожающий шаг вперед, как будто я на самом деле чертовски боюсь их.
— Это еще не конец, Принцесса. Ни в коем случае, — предупреждаю я, прежде чем развернуться и выйти из дома.
   
4
 
ЛЕТТИ
Тишина заполняет кухню Даннов, пока мы все смотрим на дверь, через которую только что отчалил Кейн.
Мое сердце колотится в груди, а руки дрожат.
Какая-то часть меня хочет ему поверить, побежать за ним и сказать, что все это было ошибкой. Но потом я вспоминаю, как та смотрела на него. То, что он говорит, может быть правдой, она, возможно, и не беременна, но Кейн все равно трахал ее, и Алана все еще хочет его.
— Все в порядке, — говорит Леон, обнимая меня сзади за шею и притягивая к своей груди.
— Нет, — возражаю я, прижимая к нему руки и делая шаг назад.
Леон продолжает смотреть на меня, когда я поворачиваюсь к Луке, который стоит всего в паре метров от меня, прислонившись спиной к стене, как будто ноги не могут удержать его. Его плечи опущены в знак поражения, а глаза затуманены, как будто его здесь на самом деле нет.
— Лу, — выдыхаю я, делая шаг к нему.
Он уже и так сходил с ума, ему действительно не нужно было, чтобы Кейн выпалил, что мы с Леоном не впервые были вместе.
Парень делает долгий вдох, прежде чем, наконец, поднимает лицо. Когда его взгляд находит мой, с моих губ срывается вздох, когда я вижу слезы в его глазах.
— Прости, — шепчу я, делая еще один шаг ближе к нему, нуждаясь в том, чтобы успокоить его, заверить, что все будет хорошо. Но чем дольше смотрю на него, тем больше начинаю сомневаться, что это вообще так. Парень выглядит совершенно опустошенным.
— Когда? — наконец спрашивает он, не сводя с меня глаз.
— М-много лет назад. Это было всего один раз, мы были пьяны. Ты был с… — Я ломаю голову, но на самом деле Лука-игрок, и это мог быть кто угодно. — Наверное, с очередной чирлидершей.
Неразборчивый звук вырывается из его горла, прежде чем он поднимает руку, чтобы провести пальцами по волосам.
— Я… я не знаю… Я не могу…
Лука отталкивается от стены и исчезает в коридоре, а затем либо идет наверх, либо выходит из дома, я понятия не имею.
Я стою там, мое тело обмякло от поражения, пока задаюсь вопросом, как же сегодняшний день превратился в такое дерьмовое шоу.
Поворачиваюсь, и мои глаза сразу же находят глаза Леона.
— Мне жаль, — произносит он одними губами, и я киваю, принимая это. Не то чтобы это была его вина.
— Мне тоже.
— Мы должны вернуться в общежитие, — наконец произносит Элла, напоминая мне, что был еще кто-то, кто стал свидетелем этого кошмара.
— Д-да.
— Нет, Лет. Останься, пожалуйста. Мне нужно знать…
— Я не могу, Ли. — Я смотрю на дверь, в которую Лука вышел всего минуту назад. — Я ему здесь не нужна.
— Но я хочу…
— Ей лучше вернуться в общежитие, — говорит Элла, притягивая меня к себе и обнимая. — Вам всем нужно остыть.
Леон приоткрывает губы, чтобы возразить еще раз, но парень должно быть понимает, что Элла права, потому что, вместо того чтобы спорить, делает шаг назад и говорит:
— Пойду принесу твои вещи.
В ту секунду, когда он тоже исчезает за дверью, я поворачиваюсь к Элле и, взглянув в ее обеспокоенные глаза, срываюсь.
Она обнимает меня и позволяет поплакать у нее на плече.
Понятия не имею, сколько прошло времени, но я даже не понимаю, что Леон присоединился к нам, пока она не благодарит его и не гладит рукой мои волосы.
— Пойдем, милая.
— П-подожди, мне нужно… — Я тянусь за своими кедами, прежде чем надеть их на ноги.
Она кивает кому-то через маленькое окошко в кухонной двери, и не проходит и секунды, как в комнату входит Мика.
— Готова?
— Да, — отвечает за нас Элла, прежде чем повести меня к той же двери, в которую не так давно выскочил Кейн.
Вечерний воздух позднего лета холодит мою кожу в ту секунду, когда мы выходим, и я обхватываю себя руками, пытаясь согреться, когда мы направляемся к дороге.