Предательство, которому ты служишь (ЛП)

У меня перехватывает дыхание, когда я смотрю на нее. Такая чертовски красивая и такая чертовски моя.
Девушка поднимает голову, когда начинает приходить в себя после оргазма. Когда ее глаза находят мои, они расширяются и блестят от желания.
— Так чертовски сексуально. А теперь иди сюда и отсоси у меня, и не останавливайся, пока моя сперма не потечет тебе в глотку.
Быстрее, чем я ожидал, она вскакивает со стула и заползает на край кровати.
Обхватив руками пояс моих боксеров, стягивает их с моих ног и бросает на пол, прежде чем поцелуями проложить путь вверх по моим бедрам.
— Принцесса, — наполовину предупреждаю, наполовину стону я, уже настолько на гребаном взводе от просмотра ее маленького шоу, что знаю, что не продержусь долго, если она продолжит дразнить меня.
— Такой нетерпеливый, Ледженд. Теперь я сижу за рулем, так что откинься на спинку сиденья и наслаждайся поездкой.
Я стону, потому что, как бы сильно я ни хотел оказаться внутри ее рта, правильная поездка и погружение глубоко в ее киску были бы намного лучше, но я уже знаю, что Летти этого не сделает, потому что не хочет причинить мне боль. И, честно говоря, я все равно не уверен, что выдержал бы это, хотя и не собираюсь никому в этом признаваться.
Она целует всю дорогу вверх, прежде чем полизать и подразнить мои яйца, пока я продолжаю медленно дрочить.
— Летти, черт возьми.
Я наблюдаю за каждым ее движением, когда она начинает лизать и сосать мою длину, и убираю свою руку, чтобы она могла полностью овладеть мной.
Держась за основание, она облизывает и сосет до самого кончика, мое освобождение уже близко, прежде чем она даже раздвинет губы и глубоко засосет меня.
— Детка, мне действительно нужно…
— Тише, я знаю, что тебе нужно, — шепчет она, прежде чем, наконец, впустить меня в свой рот.
— О, черт, черт. Черт, Летти. — Подняв руку, я запускаю пальцы в ее волосы, но не беру контроль, я просто позволяю ей делать свое дело, прежде чем достигаю точки невозврата всего несколько минут спустя, и выпускаю все, что у меня есть, ей в глотку, как и обещал.
— Черт, Принцесса, — выдыхаю я, когда она отстраняется от меня и вытирает рот тыльной стороной ладони.
Ее глаза все еще закрыты, и я точно знаю, что она чертовски готова к моему члену.
— Убери это выражение из своих глаз, Ледженд. Этого не будет. Не раньше, чем ты исцелишься.
— Но ты фактически напрашиваешься на это, — замечаю я.
— Я не сказала ни слова, — возражает она, вставая с кровати.
— Я могу читать тебя, как открытую книгу, Скарлетт Хантер, и все твое тело кричит: «Трахни меня, Кейн. Трахай меня, пока я не перестану чувствовать свои ноги».
Она смеется надо мной, собирая свою брошенную одежду.
— Неважно, что, по твоему мнению, кричит мое тело. Этого не будет.
— Ладно, хорошо. Но я бы не стал надевать ничего из этого, потому что мне понадобится твоя помощь в принятии душа.
— Нет, Кейн. Не думаю… — Ее слова исчезают в ту секунду, когда она поднимает глаза и видит, что я сижу на краю кровати, готовый отправиться в ванную.
— Помоги мне, или я пойду один, а я не уверен, что могу быть один, знаешь ли, после того, как в меня стреляли. — Я смотрю на нее своими лучшими щенячьими глазами, и она закатывает свои в ответ.
— Удар ниже пояса, Ледженд.
— Сработало, не так ли? — спрашиваю я, когда она стоит передо мной, все еще обнаженная, и протягивает руку.
— Любое валяние дурака, и у тебя будут большие неприятности, — предупреждает она.
— А когда у меня не было неприятностей?
— Господи, — бормочет она, пока мы идем в ванную.
— Знаешь, мне это нравится.
— Что, ванная Рида? — невинно спрашивает она.
— Нет, Принцесса. Подразниваем друг друга с тобой, как обычные студенты колледжа.
Она отпускает меня, наклоняется к душевой кабинке и включает воду.
— Да, мне это тоже нравится. Давай вернем тебя, и сможем быть такими же нормальными, как сейчас, каждый день.
Обхватив рукой ее шею сбоку, я притягиваю ее к себе.
— Звучит как рай, детка. — Я трусь своим носом о ее нос. — Мы найдем где жить, только вдвоем, и я буду трахать тебя каждый день, как должен был делать годами.
 
— А я-то думала, что ты собираешься давать мне сладкие любовные обещания, — невозмутимо говорит она.
— О, Принцесса, что может быть слаще, чем многократные оргазмы, ежедневно доставляемые твоим покорным слугой?
— Да. Я думаю, в чем-то ты прав.
— Наше будущее начинается здесь, Скарлетт. Мы можем делать все что угодно и быть тем, кем, черт возьми, захотим, вместе.
Она опускает голову на мое не раненое плечо и судорожно втягивает воздух.
— Летти? — спрашиваю я, меня переполняет беспокойство, что я только что сказал что-то не то.
Она дает себе секунду, прежде чем поднять голову и посмотреть на меня. Ее глаза полны непролитых слез, которые она пытается сморгнуть.
— Я… я не могу дождаться, Кейн. Я хочу этого, хочу тебя.
— Черт, я люблю тебя, Скарлетт Хантер.
Мои губы находят ее, прежде чем мне придется увидеть противоречивое выражение на ее лице, как всякий раз, когда я говорю ей эти слова. Я знаю, она это чувствует, вижу это в ее глазах каждый раз, когда она смотрит на меня, чувствую это в каждом ее прикосновении, но по какой-то причине Летти сдерживает слова. Я хочу смириться с этим и дать ей время, в котором она нуждается. Черт, я понимаю, после всего дерьма, которое я бросал в неё на протяжении многих лет. Но я такой эгоистичный мудак, мне нужно их услышать. Мне нужно знать, что она действительно моя во всех отношениях.
Мы целуемся в течение долгих минут, прежде чем Летти берет меня за обе руки и ведет в кабинку, где очень тщательно моет каждый сантиметр моего тела, очень осторожно, чтобы не намочить мою рану. Она идеальная медсестра, ну, пока не встает на колени и не уделяет моему члену дополнительное внимание еще раз, тогда она снова просто моя маленькая грязная шлюха, и я бы ни за что на свете этого не изменил.
  
23
 
ЛЕТТИ
— У него в подвале чертова камера пыток, Кейн. Скажи мне, что ты тоже считаешь это гребаным безумием, — чуть не визжу я, когда мы отъезжаем от дома Рида позже в тот же день.
Я подумала, что мне мерещится, когда выглянула в окно и увидел свою машину, стоящую на подъездной дорожке Рида, но оказалось, что, пока я была с Кейном, развлекая его…, мы пропустили визит других Харрисов, которые пригнали мою машину.
Краем глаза я вижу, как Кейн пожимает плечами, когда мы проезжаем через массивные ворота и выезжаем на дорогу.
— Да, это странно. Но это же Рид. Он чокнутый, — говорит он, как будто я только что обнаружила, что у него дома есть теннисный корт или что-то в этом роде, а не место, где он буквально мучает людей, возможно, до смерти, но думаю, что мне лучше не знать, правда ли это.
— Кто еще у него там внизу?
Кейн хихикает.
— Честно говоря, понятия не имею. Комнаты могут быть полными или пустыми…
— Кроме Аланы, — вмешиваюсь я.
— Да, кроме нее. Это бизнес «Ястребов». Чем меньше знаешь, тем лучше.
Я бросаю на него взгляд, чувствуя, что Кейн не совсем честен со мной, но решаю не обращать на это внимания. Я действительно не хочу этого знать. Достаточно того, что теперь я знаю о существовании этого подвала и что Рид держит Алану там, внизу, как домашнее животное.
Возможно, я невзлюбила ее с той секунды, как она набросилась на моего мужчину около стадиона, но все же я бы никому не пожелала такой жизни. Я могу только сказать себе, что она этого заслуживает, и надеяться, что Рид не ведет себя с ней как настоящий монстр.
Как будто он может читать мои мысли, Кейн протягивает руку и сжимает мое бедро, пока я веду машину.
— Я бы не стал беспокоиться об Алане, детка. Что-то подсказывает мне, что она наслаждается своим пребыванием там, внизу.
— Что ты… нет, — говорю я, обрывая себя. — Я не хочу знать. Просто забуду, что у него вообще есть подвал.