Предательство, которому ты служишь (ЛП)

— Ложись в постель, — требует она, откидывая простыни, чтобы я мог скользнуть под них.
— А штаны? — самодовольно спрашиваю я.
Ее взгляд задерживается на мне на мгновение, прежде чем опуститься к моему поясу.
— Ты хочешь, чтобы мне было удобно, не так ли?
— От тебя одни неприятности, Кейн Ледженд.
Ухмылка растягивает мои губы, когда девушка обходит меня и опускает руки к моему поясу, прежде чем расстегнуть штаны.
Желание проносится сквозь меня в ту секунду, когда ее мягкие костяшки пальцев касаются моей чувствительной кожи, и мой член набухает. На мгновение отодвинув всю боль в сторону.
Летти расстегивает пуговицу на моих брюках и обхватывает пальцами ткань, чтобы стянуть их вниз по моим ногам.
В ту секунду, когда натыкается на мой член, она ахает.
— Кейн, — рычит она. Думаю, она хотела предупредить меня, но в моей голове это звучит совсем не так.
— Что? Ты раздеваешь меня. Ничего не могу с этим поделать.
— Конечно, не можешь, — бормочет она. — Садись. — Я делаю, как велено, и опускаюсь на край кровати, вздыхая с облегчением, что мне больше не нужно держаться на ногах.
Она стягивает с моих ног брюки, а затем носки, прежде чем откинуть одеяло и кивнуть мне, чтобы я залезал.
— Но… — Я надуваю губы.
— И не нокай мне, Ледженд, — нахально говорит она, уперев руки в бедра, как будто она здесь главная. Даже раненый, я все еще могу уложить ее на спину за считанные секунды, и она это знает. — Ты голоден?
— Изголодался, — бормочу я, оглядывая ее с головы до ног.
— В смысле еды, Кейн. Все остальное сейчас исключено из меню.
— Кайфоломщица. Смотреть, как ты обхватываешь губами мой член прямо сейчас, было бы…
Летти стонет от разочарования. Я смеюсь секунду, прежде чем понимаю, насколько это на самом деле больно, и резко останавливаюсь, чего, конечно, она не упускает, если ее приподнятая бровь и выражение «Я же тебе говорила» мне о чем-нибудь говорят.
— Возьми это, — говорит она, протягивая две таблетки и стакан воды. — Я пойду за едой. Не делай глупостей.
Девушка проскальзывает в ванную, чтобы освежиться, прежде чем еще раз проверить, как я, и выходит из комнаты. Мой взгляд следует за ней, пока она не сворачивает за угол, затем я откидываю голову назад и позволяю своим глазам снова закрыться, поскольку боль неуклонно пульсирует в каждом сантиметре моего тела.
Вспоминаю свое время с Виктором и его головорезами. Я знал, что будет плохо, когда он настигнет меня, ожидал побоев, но предполагал, что если Виктор нажмет на курок, то меня не будет рядом, чтобы рассказать историю. Может быть, он становится мягкотелым в старости, или, как я и подозревал, в глубине души заботится не только о себе.
В семье Харрисов не было секретом, что он готовил младшего брата к тому, чтобы тот стал его приемником. Рид мог быть вторым в команде и связать будущее с «Ястребами», в конце концов, это его право по рождению. Но в Грее Виктор видел что-то другое, и обучал его — промывал мозги — делать всю его грязную работу. Я имею в виду, что никто даже с половиной мозгов не подумал бы, что похищение Харли в начале этого года было хорошей гребаной идеей, но Грей это сделал. Интересно, сожалеет ли он об этом сейчас?
Я представляю себе молодого Грейсона Харриса, с которым Кайл дружил, и задаюсь вопросом, почему у него все пошло не так.
— Привет, как у тебя дела? — спрашивает Рид, отвлекая мои мысли от своего младшего брата.
— Ну, знаешь. Как на вершине мира.
Он смеется, подходит к стулу под окном и подтаскивает его ко мне.
— Похоже он заглотил наживку.
— Ну, я все еще жив, не так ли?
— Почти, — бормочет он, опуская взгляд на мою зашитую пулевую рану. — Док хорошо поработал, а?
— За эти годы у него было много практики, — невозмутимо говорю я.
— Думаю, да.
Между нами воцаряется тишина.
— Ты уверен во всем, начиная с этого момента?
— Конечно, чувак. Уверен. Я… эм… сказал Летти, что она может поговорить с Аланой, — признается он, потирая затылок.
— Хорошо, пусть Алана объяснит свою точку зрения.
 
— Хочешь, чтобы я поднял ее или…
— Это зависит от тебя, чувак. Она твоя пленница.
Рид хихикает и его глаза загораются.
— Тебе слишком нравится, что она здесь, не так ли?
— Что заставляет тебя так говорить?
Громкий грохот эхом разносится по дому, сопровождаемый, как я могу только предположить, чередой проклятий Летти.
— Мне, наверное, следует… — Он показывает большим пальцем через плечо. — Да, я пойду. Это звучало дорого.
Поднимаясь со стула, он идет к двери, прежде чем оглянуться на меня.
— Тебе очень повезло, Кейн. Держись за нее.
— Так и планирую, чувак.
После того как Летти принесла мне сэндвичи и призналась, что разбила почти все тарелки Рида о его кафельный пол, я рухнул, и девушка обвилась вокруг меня, как обезьянка. Это было идеально, если не считать агонии, в которой я находился, и того факта, что она все еще отказывалась отсосать мне.
Груз, который давил на мои плечи в течение… ну, годы, наконец спал. Я больше не был марионеткой Виктора и мог жить своей жизнью. Пока Рид выполняет свою часть — в чем я не сомневаюсь, — все кончено. Действительно все кончено.
Я лежу, наблюдая через окно, как восходит солнце, когда Летти начинает шевелиться рядом со мной.
— Доброе утро, Принцесса, — шепчу я, когда ее ресницы распахиваются.
— Привет, — говорит она, ее глаза сразу же загораются, когда она смотрит на меня, и широкая улыбка расплывается на ее губах. — Как ты себя чувствуешь?
— Как будто попал под автобус, — признаюсь я.
— Ну, ты выглядишь сексуально. Синий и фиолетовый тебе очень идут, — бормочет она, указывая пальцем на мое разбитое лицо.
— Да? Я знал, что тебе понравится, — шучу я.
— Чертовски ненавижу это, Кейн. Я продолжала просыпаться ночью с образом того, как он наставляет на тебя пистолет.
— Все кончено, детка, — уверяю я ее, крепче прижимая к себе и игнорируя жгучую боль, которая пронзает мое тело при движении.
— Но так ли это? Закончится ли это когда-нибудь на самом деле? Он всегда будет на заднем плане.
— Это часть моего прошлого, которую я никогда полностью не смогу оставить позади, — признаюсь я. Это правда. В любой момент Виктор может отказаться от нашей сделки, но я уверен, что он этого не сделает. Кроме того, здесь замешаны и другие вещи, помимо того, что я просто пытаюсь выбраться. Рид не посвятил меня ни в какие детали, но я знаю, что он что-то замышляет. Эта путаница с поставками — только верхушка айсберга, в этом я уверен. Но я счастлив позволить ему делать свое дело, в то время как на этот раз я начну свою жизнь заново.
— Все в порядке, — говорит она, нежно обхватывая мою щеку и заглядывая мне в глаза. — Я понимаю. Это и часть моего прошлого. Но это необязательно должно определять наше будущее. Чего ты хочешь сейчас, Кейн?
— Тебя, — отвечаю я, не теряя ни секунды.
— Я у тебя уже есть, — смеется она. — Что ждет тебя дальше, Ледженд?
Я откидываю голову назад и тоже смеюсь, и это так чертовски приятно.
— Я собираюсь вернуться в колледж, так или иначе. Даже если буду учиться онлайн или в местном колледже. Я хочу получить диплом и достойную работу. Хочу быть таким человеком, которым ты сможешь гордиться.
Летти улыбается мне, ее глаза блестят от слез.
— Я уже горжусь тобой. — Наклоняясь вперед, она осторожно касается своими губами моих, но я запускаю пальцы в волосы на ее затылке и заставляю ее поцеловать меня как следует.
Рана на моей губе открывается, наполняя мой рот, как и её, медным привкусом крови, но наш поцелуй не прерывается. Я улыбаюсь, зная, что она такая же порочная, как и я, потому что прямо сейчас уверен, что она чертовски мокрая для меня.
— Летти, — стону я, когда она, наконец, отстраняется.
Она прикусывает нижнюю губу и смотрит на меня сквозь ресницы.