Хорошо быть тихоней (СИ)

========== Часть 1 ==========
(Неизмененные части).
25 августа 1991
Дорогой друг,
Я пишу тебе, потому что одна девушка сказала, что ты слушаешь и понимаешь, и не пытался переспать с ней на той вечеринке, хотя у тебя и была такая возможность. Пожалуйста, не старайся выяснить, кто она такая, потому что тогда ты сможешь выяснить, кто такой я, а я действительно не хочу, чтобы ты это сделал. Я буду давать людям другие или похожие имена; я не хочу, чтобы ты меня нашёл. Я не написал обратный адрес по той же причине. Я не имею в виду ничего плохого, честное слово.
  
Мне просто нужно знать, что кто-то там слушает и понимает, и не пытается переспать с человеком, даже если у него есть такая возможность. Мне нужно знать, что такие люди существуют.
Я надеюсь, ты надёжный друг, потому что другие видят тебя именно таким. По крайней мере, это то, что я слышал.
Такова моя жизнь. Чтобы ты знал, я чувствую себя одновременно и весёлым, и грустным, не понимаю, как такое возможно. Я стараюсь думать о своей семье как о том, что заставляет меня идти вперёд, особенно после того как прошлой весной мой друг Майкл перестал ходить в школу. Мы услышали голос мистера Бона из громкоговорителя:
— Мальчики и девочки, я с прискорбием сообщаю вам, что один из наших студентов ушёл из жизни. Мы устроим поминки в честь Майкла Добсона во время собрания в эту пятницу.
Я не знаю, как новости путешествуют по школе, но очень часто они оказываются правдой. Может быть, это было в столовой. Трудно вспомнить. Но Дэйв в нелепых очках сказал нам, что Майкл покончил жизнь самоубийством. Его мама играла в бридж с одним из соседей Майкла, и они услышали звук выстрела.
Я, правда, не помню многого из того, что произошло после объявления, кроме того, что мой старший брат пришёл в офис средней школы мистера Бона и сказал, чтобы я перестал плакать. Затем он положил руку мне на плечо и попросил меня успокоиться к тому времени, когда вернётся отец. Мы отправились есть картошку фри в Макдональдс, и брат научил меня играть в пинбол. Он даже пошутил, что из-за меня пропустил последние уроки, и спросил, не хочу ли я помочь ему в работе над своей машиной. Думаю, я и правда, был ужасно подавленным, потому что прежде он никогда не позволял мне работать с ней.
На школьном собрании попросили сказать несколько слов тех ребят, кто действительно любил Майкла. Я думаю, учителя боялись, что некоторые из нас будут пытаться убить себя или что-то вроде этого, потому что они выглядели очень напряжёнными и не спускали с нас глаз.
Бриджит, у которой не в порядке с психикой, сказала, что иногда сама думала о самоубийстве, когда по телевизору шла реклама. Она была искренней, и это озадачило специалистов. Карл, к которому все дружелюбно относились, сказал, что это очень грустно; он не может покончить с собой, так как это грех.
Так специалист прошёл всю группу, и, наконец, дошла очередь и до меня.
— Что ты думаешь, Чарли?
Это было странно; я никогда не встречал этого человека, он был специалистом и знал, как меня зовут, хотя я не любил светить своим именем.
— Ну, я думаю, что Майкл был хорошим парнем, и я не понимаю, почему он это сделал. Не знаю, что на самом деле беспокоит меня, но это действительно грустно…
Я только что перечитал эту запись, здесь она звучит совсем не так. Особенно в таком состоянии; тогда я всё время плакал, плакал без остановки.
Психолог сказал, что подозревал, что у Майкла «не все дома», и поэтому люди вокруг не воспринимали его как собеседника. Это может быть одной из причин, по которым Майкл решил покончить с собой.
Тогда я начал кричать на консультанта, ведь Майкл общался со мной. И я заплакал ещё сильнее. Он попытался меня успокоить, сказав, что имел в виду взрослых: учителей или консультантов. Но это не сработало, и, в конце концов, мой брат приехал на своей машине, чтобы забрать меня.
В конце учебного года учителя относились ко мне иначе, некоторые из них завышали мои оценки, хотя я не становился умнее. Сказать по правде, я думаю, что заставил их всех переживать.
Похороны Майкла были странными, потому что его отец не плакал. А спустя три месяца он ушёл от мамы Майкла. По словам Дэйва, это случилось в обеденное время. Иногда я думаю об этом. Интересно, что происходило в доме Майкла во время обеда и телевизионных шоу? Майкл никогда не оставлял записок, потому что его родители не так беспокоились о нём. Может быть, это связано с личными проблемами Майкла. Хотел бы я знать, это могло бы изменить всю ситуацию. А теперь уже ничего не поделаешь.
Но что действительно заставляет меня задуматься, так это есть ли у меня личные проблемы; но я думаю, что многим другим приходится куда хуже, чем мне. Например, когда первый парень моей сестры начал встречаться с другой, она проплакала все выходные напролёт.
Мой папа говорил:
— Есть люди, которым приходится гораздо хуже.
Моя мама была спокойной. Месяц спустя моя сестра встретила другого парня, и всё снова наладилось. И мой папа продолжал работать. Брат проводил вечера, занимаясь своей машиной. До тех пор пока не уехал в колледж в начале лета. Он играет в футбол за команду университета Пенсильвании, и ему нужно целое лето, для того чтобы тренироваться и улучшать свои навыки.
Я не думаю, что в нашей семье есть «любимчик». Нас трое, я самый младший, а мой брат — самый старший. Он очень хороший футболист и любит свою машину. Моя сестра очень красивая, ею интересуются мальчики, она меня старше, а скоро и я буду совсем как она, и меня будут оставлять одного.
Моя мама много плачет во время телевизионных программ, а папа упорно работает; он честный человек. Моя тётя Хелен говорила, что это из-за кризиса среднего возраста. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что она имеет в виду; ему недавно исполнилось сорок, но ничего не изменилось.
Тётя Хелен была моим самым любимым человеком во всём мире. Она была сестрой моей мамы. Когда тётя была ещё совсем юной, она давала мне читать книги. Мой отец говорил, что они слишком тяжёлые для меня, но я любил их, тогда он просто пожимал плечами и разрешал мне их читать. Тётя Хелен жила с нашей семьёй в течение последних нескольких лет, потому что с ней произошло что-то нехорошее. Никто не рассказывал мне, что случилось, хотя я всегда хотел это знать.
Когда мне было около семи лет, я перестал спрашивать об этом, потому что когда я спрашивал, тётя начинала плакать. Именно тогда мой отец ударил меня, сказав:
— Ты задел чувства тёти Хелен!
Я не хотел, чтобы она и дальше плакала, потому и перестал спрашивать. Тётя сказала отцу, чтобы он больше меня не бил, но папа сказал, что это его дом, и что он может делать в нём всё, что захочет. Поэтому мама была тихая, такими были и мы с братом и сестрой.
Я не помню, что случилось, но я стал очень сильно плакать, и через некоторое время родители пришли в мою комнату. Мама выпила несколько бокалов белого вина и рассказала мне, что случилось с её сестрой. Некоторым людям на самом деле приходится хуже, чем мне, это действительно так.
Наверное, я пойду спать. Сейчас очень поздно. Я не знаю, почему я написал так много сегодня. Я написал это письмо, потому что с завтрашнего дня иду в старшую школу и очень переживаю по этому поводу.
С любовью, Чарли.
7 сентября 1991
Дорогой друг,
Я не люблю старшую школу. Кафетерий здесь называется «Пищевой центр», и это странно. В моём классе по углублённому изучению английского есть одна девушка, Сьюзен. В средней школе со Сьюзен было очень весело. Она любила смотреть фильмы, а её брат Фрэнк записывал ей на кассеты отличную музыку, которую она давала нам слушать. Но летом ей сняли брекеты, она стала выше, похорошела, у неё появилась грудь. Теперь она по-дурацки ведёт себя в коридорах, особенно если рядом мальчики. Как по мне, это довольно грустно, ведь Сьюзен больше не выглядит такой счастливой. Если честно, ей не нравится признавать, что она с нами в одном классе, и она больше не здоровается со мной, когда мы сталкиваемся в коридорах.