Алмаз. Книга первая (СИ)

— Почему? — Олегу стало любопытно.
— Они всегда все портят! — взялась за чемодан и, уже не шифруясь, с грохотом выкатила его на лестничную клетку. — Разбирайтесь сами!
Вот так два моих лучших друга с самого утра испортили мне настроение. Начало моих «каникул» было осквернено — иначе не скажешь — мыслями о том, какую же глупость они все-таки сделали и как мне это потом расхлебывать. Не сомневалась, что решение этой проблемы они не раздумывая спихнут на меня. Но сейчас я решила об этом не думать и на протяжении всего полета слушала музыку в наушниках.
Когда с нудными процедурами в аэропорту было покончено, я устало поплелась к стоянке такси. Неожиданно неизвестно откуда взявшийся белый хэтчбек перегородил мне дорогу, так некстати отрезав путь к выбранной мной машине. Нерадивый водитель был обречен услышать от меня пару нелестных отзывов по поводу своих навыков вождения, но, приглядевшись к нему, я произнесла только одно:
— Что ты здесь делаешь? — засомневалась, тем ли рейсом летела, увидев сидящего за рулем Костю. — Что за шутки?
По-пижонски он снял солнцезащитные очки и оглядел меня с головы до ног.
— Никак не могу с тобой расстаться, детка.
— Еще один дурак, — не сдержалась я, чем вызвала непонимание парня.
Но тот гнул свою линию:
— Любовь делает дураками даже гениев.
У Кости было романтическое настроение, мое же после утреннего столкновения с Олегом имело налет цинизма.
— Страшно представить, что же она творит с дураками, — сделала едкое замечание, совсем не обрадованная Костиной выходкой.
  
8 глава. Шутники и доверие
 
Сегодня какой-то день ненужных встреч!
— Ты сейчас же садишься в самолет и возвращаешься обратно! — категорично заявила Косте.
— Так скоро? — он словно не замечал, что я сержусь, и более того, подливал масла в огонь. — Я даже не успел познакомиться с твоей семьей.
— Что-о-о? — нечеловеческим голосом пропищала я. Его поведение, нет, наглость переходила все дозволенные рамки. — Зачем тебе с ней знакомиться? Будешь просить моей руки? — скептически глянула на парня.
— Смотря какое приданое за тебя дают, — нахально ухмыльнулся. — Корову?
— Нет, стадо баранов, — перешла я в оборону, — таких же, как ты!
— Тут одним стадом не обойдешься, — ехидно резюмировал Костя.
Он может развлекаться сколько угодно, но я не собираюсь потакать его взбалмошным идеям.
— Не дури, зачем приехал? — требовала честного ответа.
— Ладно, Марго, забирайся в машину, — наконец в его тоне появилась хоть какая-то серьезность. Парень вышел из авто, чтобы помочь мне с багажом. — А то за нами уже пробка образовалась.
Я оказалась в безвыходном положении: с одной стороны, мне надо было добраться до дома, с другой — недовольные водители уже сигналили нам и требовали убраться с дороги.
— Твоя взяла! — сдалась я. — Только подвезешь меня, и на этом все!
— Конечно, — Костя не стал спорить, и я на мгновение расслабилась, поверив, но тут он продолжил: — Познакомлюсь с твоими родителями и все.
— О господи! — застонала, готовая молиться всем богам мира, только чтобы избавиться от этого наказания.
— Я здесь, сладенькая, — ухмылялся музыкант.
— Никакой ты не бог, что бы ни кричали тебе на концертах! — конечно, касаться святого для него — его музыки — было низко, но парень сам затеял войну, и я хотела, не сомневаюсь, как и он, выйти из нее победителем. — Ты — маньяк! Преследуешь меня, куда бы я ни отправилась!
— Это всего лишь потребность быть рядом с любимым человеком, — пояснил он приторно-сладким голосом.
Ах так? Ну я устрою тебе сладкую жизнь, любимый человек!
Под злобные возгласы автолюбителей я села в Костину машину, и мы благополучно покинули территорию аэропорта и взяли курс к месту, где я провела все детство, и миру, куда я не собиралась пускать музыканта, по крайней мере, на данный момент. Но настойчивый парень прижал меня к стенке, и мне только оставалось минимизировать его ураганное воздействие на мою семью. А опыт общения с ним подсказывал, что это будет непросто. Костя порой бывал просто непредсказуем, например, как сегодня. Как он до такого додумался? На что рассчитывал? Что я запрыгаю от восторга? Хотя… Нормальные девушки так и реагируют на романтические эскапады. Нет, я все-таки чокнутая!
 
Я немного отвлеклась от всех этих мыслей, от которых бежала, приехав в родной город, и разглядывала давно знакомые улицы. Мимо проносились наполированные до блеска витрины магазинчиков, зеленые скверы и извилистые аллеи. Каждый уголок хранил воспоминания о моей жизни. Приятные и те, что я мечтала забыть.
— Милое местечко, — завил Костя, оглядываясь по сторонам.
— Любуйся, пока есть время, — беззлобно посоветовала, сохраняя показное равнодушие, — твое пребывание здесь будет недолгим.
Но парень не отставал от меня в попытке сыграть на моих нервах.
— Я планировал задержаться на недельку.
— Нет! — я растеряла все свое хладнокровие. — А как же съемки в шоу, концерты, студия? — засомневалась, что он так просто оставит эти атрибуты своей звездной жизни.
— Всем время от времени нужен отдых, — и тут нашелся, что ответить.
— И Андрей тебя спокойно отпустил? — вспомнила о цепном псе, что рьяно следил за соблюдением всех условий контракта, которые Костя, несомненно, нарушил, исчезнув из всеобщего поля зрения.
— Марго, ты задаешь слишком много вопросов, — уходил он от ответа.
Вопросов было в меру, просто Костя не хотел отвечать на них. Думаю, для него вырваться из распланированной жизни, где каждый шаг — пункт в графике неотложных дел, было сродни подвигу. Или самоубийству. Андрей, скорей всего, обнаружив исчезновение своей звезды, обрывает телефоны и сыплет ругательствами и проклятиями в адрес непутевого брата. Теперь поступок Кости трогал меня. Как после этого захлопнуть перед ним дверь?
— Делай что хочешь, — дала добро, но тут же предупредила, — но это может быть опасно.
— Что? — Костя недоверчиво поглядывал то на дорогу, то на меня. — Почему?
— Сам узнаешь, — я поджимала губы, чтобы не рассмеяться.
— Ты просто издеваешься, — решил он. — Это такая месть.
— Считай так, если тебе от этого спокойней.
Всю дорогу музыкант терзался сомнениями и выпытывал у меня правду. Я была неприступна, отчего чрезвычайно гордилась собой. Не все же Косте слыть шутником.
Мы проехали последний перекресток, отделявший нас от дома моих родителей, когда вдалеке на обочине заметила сине-белую машину и переминавшегося рядом сотрудника ДПС. В моей голове созрел коварный и совершенно не красящий меня план.
— Кость, — робко я положила руку ему на бедро, — на самом деле я рада, что ты здесь.
Парень кинул удивленный взгляд на свою ногу, где мои пальцы неловко вырисовывают невидимые узоры, потом посмотрел на меня:
— И почему ты передумала?
Мне понадобилось немало храбрости, чтобы скользнуть рукой еще выше, давая недвусмысленный намек.
— У нас появится возможность побыть наедине.
После выходки Олега я поняла одну простую истину: мужчина не способен рассуждать рационально, когда дело касается секса. Поэтому Костя даже не заметил, как я ненавязчиво давила на его колено и как стрелка спидометра медленно, но верно уходила вправо. Реакция сотрудника полиции не заставила себя ждать, и он взмахнул жезлом, призывая Костю остановиться.
— Первый визит в мой родной город — и уже привод в участок, — ерничала я, пока машина прижималась к обочине. — Моим родственникам это не понравится. Нет, не отдадут они в руки преступника свою корову и стадо овец.
— Ну, Маргарита! — громко выдохнул парень.
— Да, сладенький? — смотрела на него невинными глазами, строя из себя божий одуванчик.
Я приготовилась выслушать гневные угрозы отомстить, но Костя лишь спокойно заявил:
— Ты станешь моей женой.
Вот что на такое ответить? Я молчала, потому что ни иронии, ни веселья не было в его тоне, только твердая уверенность осуществить задуманное.