Ван Ван из Чайны (СИ)
— Я — инвалид, и мало чего смог дать своим детям, — сложив руки на рукояти трости, вещал дед, не глядя в камеру — так попросил оператор. — Моя дочь осталась вдовой с малолетними детьми. Жить было очень тяжело. Но внуку мы постарались дать всё. Сейчас некоторые молодые люди постоянно чего-то ждут от Китая. Но мы должны думать не о том, что Китай обязан дать нам, а что мы можем дать Китаю. Ведь Китай — это все люди, которые населяют нашу прекрасную страну. Мы все должны стараться сделать нашу страну лучше. В том числе — как следует воспитывая наших детей и внуков, чтобы они выросли полезными членами общества. Как вы можете видеть, мы изо всех сил поощряли стремления Вана хорошо учиться, — он обвел рукой комнату, и оператор снял крупный план.
— В вашем доме нет канализации, вы пережили тяжелые времена, и все равно остались преданны Родине, — отработал пропагандистский сегмент журналист.
— Я вижу, как расцвел Китай под руководством Коммунистической партии, — улыбнулся дед. — Каким богатым и красивым он стал. Именно поэтому я до сих пор плачу партийные взносы и благодарен за достаточную для меня пенсию.
В кадр влезла бабушка, сев по левую сторону от меня:
— Именно комитет Коммунистической партии нашей провинции принял решение о реновации нашей деревни — благодаря этому мы, как и наши односельчане, живем в хорошем, новом доме. Именно комитет Коммунистической партии нашей провинции принял решение проложить канализацию в нашу деревню. Это не их вина, что горе-строители проложили трубу, которая проработала только два года. И уж поверьте нам, в выборе между септиком и подарком для нашего малыша, мы выберем Вана. Наш внук всегда был и будет на первом месте, и он на деле доказал, что мы в нем не ошиблись. Именно поэтому у Вана отдельная комната — Китай построил для нас дом, и его размеры — не повод лишать мальчика нужного для усердной учебы и отдыха от работы в полях личного пространства. Мы довольны тем, как мы живём — места немного, но благодаря этому наша семья по-настоящему дружна.
Вот оно, высокоуровневое умение «подать сигнал». Дедушка и бабушка не жалуются, а напротив — они всем довольны, просто рассказывают о своих взглядах на мир. Строителям, полагаю, теперь страшно попадет, и им придется спешно чинить централизованную канализацию. «Достаточная пенсия» — это жалкие гроши, и с них прадед умудряется отчислять партийные взносы. Срочно нужно исправиться и «проиндексировать» Ван Ксу как надо!
Я изо всех сил держал на лице растроганно-благодарную мину, переводя взгляд с прадеда на бабушку и пытаясь не скатиться в несвойственный «Первому ученику Сычуани» гротеск — многоопытный журналюга уже пару раз меня одёргивал, когда мы снимали столовую.
— Мы даже купили ему приставку для отдыха и телевизор получше, чтобы глаза нашего малыша меньше уставали, — добавила бабушка. — Стоил ли результат Гаокао нашего внука всех этих лишений и строгой экономии? Безусловно, да! Дети — продолжение нашей жизни. То, что будет после нас. Мы вырастили Вана достойным человеком. Все, кто усердно готовится к этому экзамену, знайте одно — если получилось у нас, значит получится и у вас. Даже школьник из деревни может стать Первым учеником.
— Оправдывать надежды семьи — это очень важно, и от лица Коммунистической партии Китая и отдела по организации и контролю качества образования провинции Сычуань я выражаю семье Ван благодарность за образцовое воспитание сына, — подвел итог смысловому сегменту «контролёр» и скомандовал. — Перерыв.
Камера выключилась, и он проинформировал:
— Официальная церемония оглашения баллов за Гаокао состоится в школе послезавтра. Я туда приеду, чтобы должным образом поздравить Ван Вана с титулом первого ученика — вручить грамоты и премию от Министерства образования. У телевидения свои законы, — снова повторил любимую фразу. — Поэтому репортаж мы снимаем несколько раньше. Прошу вас во время награждения выглядеть так, словно вы не знали о результате.
— Сделаем все, что в наших силах, многоуважаемый господин Чень, — от всех нас пообещал прадед.
— Уверен, что ваша замечательная семья не подведет нас, — с улыбкой покивал чинуша. — Фото с чеком и другими наградами — это формальность, поэтому позвольте вручить вам премию заранее — сто тысяч юаней, — он залез во внутренний карман и протянул мне приятно-пухлый конвертик. — У тебя большое будущее, юный Ван. Весь Сычуань будет следить за тобой, и я уверен, что ты не подведешь ни свою прекрасную семью, ни родную деревню, ни нашу прекрасную провинцию.
— Огромное вам спасибо, многоуважаемый господин Чень, — с поклоном принял я бешеную сумму. — Меньше всего на свете я хочу покрыть позором семью и Родину, которые дали мне такие большие возможности прожить достойную жизнь. Могу ли я передать часть моей премии в фонд общественной помощи городского округа Гуанъань, чтобы немного помочь тем, кому повезло меньше, чем мне?
Прадед медленно опустил веки, одобряя мое предложение — до приезда гостей мы обговаривали вероятность вручения мне премии и мою на это реакцию.
— Ты честно заработал эти деньги, и можешь распоряжаться ими по своему усмотрению, — инициатива вызвала у Чень Хуасяня одобрительную улыбку. Он повернулся к деду, показав, что «сигнал» им услышан, и я был рад, что не ошибся в своих домыслах. — Многоуважаемый Ван Ксу, я взял на себя смелость сделать пару звонков. В суматохе Культурной революции многие документы были утрачены, но нам удалось восстановить относящуюся к вам часть. Все мы, члены Коммунистической партии Сычуани, считаем, что за ваши достижения и с учетом безупречной репутации последовательного сторонника коммунистических идей, отдавшего за наше общее дело здоровье, вам положена персональная пенсия — от Министерства Труда и Социальной защиты со специальной доплатой от Коммунистической партии. Точного размера, боюсь, я вам сейчас не назову, но не далее чем завтрашним утром к вам прибудет уполномоченный чиновник для подписания нужных документов.
— От всей души благодарю вас и Коммунистическую партию за заботу о давным-давно бесполезном старике, — благодарно поклонился прадед.
— Вы это заслужили, многоуважаемый Ван Ксу, — формально ответил Чень Хуасянь и даже не попытался сделать виноватый вид, добавляя грустных подробностей. — К сожалению, из-за путаницы с документами не удастся выплатить вам пенсию за прошлые годы.
Не все коту масленица. Жаль — там бы «накапало» целое состояние. Впрочем, пенсия и без того обещает быть не маленькой. Мне приятно, что благодаря мне над нищей семьей Ван навис рог изобилия и не жалеет на нас содержимого.
Глава 15
Заканчивать съемки было решено за столом на заднем дворе, чаепитием. Солнце к этому моменту давно опустилось, и мы вынесли из дома фонари, заодно включив лампочку на задней стене дома. Довольно уютно, и оператор не стал вытаскивать из микроавтобуса прожектор. Здесь наконец-то внимание камеры снизошло на сестренок:
— Мы очень гордимся нашим старшим братом, — вполне достоверно заявила Дзинь.
— Он много помогает нам с уроками, и мы с сестрой приложим все силы, чтобы сдать Гаокао так же хорошо, как наш брат! — вторила ей Донгмэи.
Бабушка Кинглинг за время подготовки к приему гостей успела вдолбить в головы близняшек пяток фраз, и это — две из них. Сестренки покосились на меня и закусили губы. Стесняются пиариться.
— Учиться — это самое важное, — перехватил я инициативу. — Но мои сестренки хотят попробовать себя в качестве видеоблогеров. У них есть замечательный канал на Youku, и им удалось набрать свою первую сотню просмотров на недавнем ролике. Сейчас, когда я сделал хороший первый шаг на пути к оправданию надежд семьи, мы все станем усердно помогать Дзинь и Донгмэи воплотить в жизнь их мечту — если, конечно, они будут уделять учебе должное внимание.
Несогласованная с прадедом и бабушкой инициативой заставила их едва заметно поморщиться — не видят они в каких-то там «блогах» смысла — но уважаемый заместитель по контролю очень удачно решил поиметь симпатию молодежи, которая интернет обожает, и правильно делает — это же очень крутая штука: