Путь на восток

Кайсин без промедлений выскочила наружу, чтобы размять затекшие от долгого сидения ноги и успеть поймать лучи заходящего солнца, прорвавшиеся сквозь прорехи в облаках. Она развернулась лицом к западу и замерла. Багрово-оранжевое небо, испещренное длинными черными полосами туч, напоминало еще горячий, прямо с огня, разрезанный пополам пирог юэбин с пастой из семян лотоса и жасмина.
С грустью отметив, что гор, обрамлявших столицу, больше не видно, Кайсин тихо вздохнула. Она никогда не уезжала так далеко от дома. Да и был ли он теперь, дом? Что происходит в Синем дворце? Где сейчас Си Фенг? И как там Лю?
Она давно не вспоминала их и теперь корила себя за это.
Думать о тех, кто был с ней рядом когда-то, было слишком больно. Но еще больнее оказалось пытаться их забыть.
Высоко в небесах пролетела птица. Она то медленно поднималась, то резко пикировала, обрушивалась на землю камнем, но затем широко расправляла крылья и повисала в воздухе. Кайсин хотела бы присоединиться к ней. Воспарить над переживаниями и избавиться от тяжкого груза, что тяготил сердце.
Кайсин почувствовала что-то теплое и приятное. Словно дуновение южного ветерка, невидимая сила нежно коснулась ее холодной щеки. Обернувшись, она увидела, как вдоль вереницы экипажей и повозок, ведя под уздцы небольшого вороного коня, бодро шагал Вей Шен. Улыбчивый юноша выглядел счастливым и от этого становился намного моложе, чем показалось в прошлый раз. Кайсин не видела его с того самого вечера и даже успела позабыть об их мимолетном знакомстве.
Зато не забыл он.
– Моя госпожа! – Вей Шен вспыхнул и глубоко поклонился. – Приятно снова увидеть вас.
На нем была все та же черная броня Нефритового легиона и повязка вокруг головы, а еще странный толстый кожаный нарукавник на предплечье. Однако теперь, при свете солнца, его удалось рассмотреть лучше. Вей Шен был высок и статен. Узкий подбородок горделиво приподнят чуть вверх, в темных глубоко посаженных красивых глазах залегали таинственные тени, уголки тонких губ чуть подрагивали от нетерпения.
Конь фыркнул и ударил копытом по влажной земле.
Кайсин опомнилась и кивнула в ответ.
– Вей Шен, как же я рада тебя видеть!
Она не стала скрывать улыбку. Встреча с ним оказалась и правда очень радостной. После долгого томления в экипаже в молчании и одиночестве доброе лицо Вей Шена было сродни глотку свежего воздуха.
– Вы меня смущаете, – юноша потупил взгляд и крепче впился в поводья.
– Ох, прости, – быстро сказала Кайсин, осознав, что позволила себе слишком много.
Молодой человек округлил глаза и замялся.
– Нет-нет, это вы простите меня, госпожа. Я… не должен был…
Он неловко прокашлялся. Кайсин уставилась под ноги и принялась изучать полы собственного платья. Повисло молчание, прерываемое стрекотом конских ушей.
– Не хотите прогуляться? – вдруг спросил Вей Шен.
– Я… – девушка на миг испугалась, но вспомнив, что выбор у нее невелик: вернуться в экипаж или отправиться в шатер супруга, кивнула. – С удовольствием.
– Тогда пойдемте.
Вей Шен улыбнулся и жестом предложил путь по склону холма.
Какое-то время они шли, не проронив ни слова. Кайсин наслаждалась теплом, что дарило его присутствие, и гадала, о чем думает спутник. Девушка совсем ничего о нем не знала, но его аура… такая яркая, солнечная, внушающая покой и умиротворение, говорила лучше всяких слов. Она притягивала к себе, заставляла думать о том, что все беды мира не значат ничего, застилала все тревожные воспоминания. Рядом с Вей Шеном уже не хотелось думать о былых потерях и переживаниях.
И Кайсин отчаянно хотелось откликнуться на зов этой силы. Ведь он обещал исцеление ее истерзанной душе.
С тех пор как у нее начал проявляться этот странный дар, Кайсин научилась непостижимым образом понимать, что за человек перед ней, каков он внутри и как его слова разнятся с витавшей вокруг него силой. Это проявлялось по-разному, и раньше она не догадывалась, что ей помогала необычная, таинственная способность. Лишь теперь приходило осознание: она владеет особым даром. Эта странная сила – единственный ее союзник, и ему можно верить. Поэтому, смотря на Вей Шена, Кайсин не переживала и не ожидала подлости. Юноша был искренним, скромным, но отважным. И самое главное – добрым и вежливым.
 
Таким он ей показался.
Именно это она прочла в его ауре.
– Как зовут твоего коня? – девушка решилась нарушить молчание.
– Это мерин, – ответил Вей Шен и погладил животное по черному носу. – Его зовут Хэйседа. Вырастил его сам.
Поняв, что говорят о нем, животное фыркнуло и тряхнуло головой. Лоснящаяся длинная грива заблестела в лучах закатного солнца, словно в нее вплели мириады звездных бисеринок.
– Он красивый, – Кайсин не слишком разбиралась в лошадях, но попробовала сделать комплимент: – Выглядит дорогим.
– О да, редкая порода, – просиял юноша. – Это буянхонгорская горная. Такие лучше прочих умеют передвигаться по непростым горным тропам и перевалам.
– Буян… хонгорская? – недоумевала Кайсин. Она изучала провинции Империи, знала карты, помнила все названия городов, долин и рек, но о таком месте слышала впервые. – Где это находится?
– На севере, – Вей Шен махнул куда-то за плечо. – В землях варваров за Великой стеной.
– Немыслимо! Правда за Стеной?
– Да, госпожа. Много поколений назад моя семья привезла оттуда таких лошадей, и с тех пор мы стали известны как лучшие конезаводчики восточных провинций. Мой дед и отец снабжали лошадьми Нефритовый легион еще до моего рождения. Как и их деды, и отцы до них. Хэйседа – один из немногих, кто уцелел.
– Уцелел?
Вей Шен вдруг потемнел лицом и замедлил шаг.
– Да… была битва. Из-за восстания зеленых повязок сражения дошли и до моей деревни. Воинство нашей провинции ушло на запад, на помощь войскам Империи, и не осталось ни одного защитника. Выжившие мне потом рассказали… что произошло. Повязки не встретили сопротивления. Наше хозяйство сожгли. Спалили всю деревню. Не осталось совсем ничего. Мало кому из жителей удалось спастись.
Кайсин охнула и прикрыла губы пальцами.
– А твоя семья?
Юноша покачал головой.
– Прости меня, Вей Шен. Я… не хотела тебя расстроить.
– Что вы, госпожа! – вновь улыбнулся тот и потянул коня вперед. – Это было давно, в самом начале войны. Я уже успел смириться и начать жизнь заново. Теперь я служу магистру Шень Ену. И вам. Мне этого вполне достаточно.
Девушка кивнула в знак благодарности, но от тревожных мыслей ей стало дурно. Война затянулась. Мятеж все никак не прекращался, и слишком много судеб оказалось разрушено в ходе кровопролитных сражений. Кайсин с момента отбытия из столицы ничего не слышала о том, как продвигаются дела в борьбе против князя-мятежника Ма Тэна. Вей Шен напомнил ей, что мира в землях Империи давно нет, от этого на душе стало неспокойно.
– Как думаешь, Вей Шен, – сказала она после размышлений, – зеленые повязки могут напасть на нас?
– Здесь? Не бойтесь, госпожа, – усмехнулся молодой воин. – Вас охраняет Нефритовый легион. С нами даже армия Императора не стала бы искать ссоры, не то что какие-то повстанцы. К тому же не забывайте про магистра! Уж кому-кому, а господину Шень Ену они точно не страшны. Я слышал, во время вашей свадьбы напали мятежники из храма Семи ветров, и магистр применил свои умения! Говорят, молнии сверкали до самого неба!
– Да… так и было. Кажется.
– Простите. Я увлекся и забыл, что случилось.
Перед глазами снова возникли туманные облики обезумевшего Си Фенга и умирающего отца. Кайсин с трудом прогнала их и взяла себя в руки, чтобы сдержать слезы.
– Все хорошо, Вей Шен, – тихо ответила она.
Но все было совсем не хорошо. И даже не плохо.
Намного хуже.
Путь привел их к краю затопленных рисовых террас. Границу между ними и покрытыми густой осокой лугами отделяли посадки кустарников и небольших деревцев. Вей Шен остановился возле пышной камелии, бутоны которой тянулись вслед заходящему солнцу, и отпустил коня. Тот резво пробежался по кругу, а затем принялся жевать сочную зеленую траву. Юноша же долго изучал цветы, затем сорвал один из них и повернулся к Кайсин.