Рыцарь трудного дня (ЛП)

Называя себя идиотом на каждом шагу.
В тот момент, когда я извлёк Экскалибур, всё изменилось. Его золотое сияние вырвалось вперёд, освещая весь зал и обе группы испустили громкий крик, как будто само его существование затрагивало их глубинную суть. Все эльфы повернулись в мою сторону и бросились вперёд, нацелившись на меня. Теперь они испускали сладостный нечеловеческий звук, от которого у меня заныли уши.
Лондонские рыцари быстро блокировали их, встав между эльфами, Экскалибуром и человеком, который его нёс. И я пошёл вперёд, помахивая огромным золотым клинком перед собой, как будто он был невесомым, незнакомое возбуждение наполнило моё сердце. Может быть, я никогда и не был рыцарем, но я встречал и Мерлина, и Артура, и в тот момент мне казалось, что я получил их благословение.
Ко мне прыгнул эльф в сверкающем серебром доспехе, его клинок сиял ярко, как солнце. Я срубил его одним ударом, Экскалибур прорезал его зачарованную броню, словно её и не было. Лезвие глубоко вошло ему в грудь. Я выдернул его, и в воздух полетела золотистая кровь. Эльф упал, и я двинулся дальше. У меня не было ни умения, ни изящества. Экскалибур был неудержим. Я колол, рубил и резал, и эльфы умирали от моей руки, и это было хорошо, так хорошо… Теперь я широко улыбался, кричал и смеялся, пробивая себе путь сквозь эльфов, словно садовник сквозь высокие сорняки.
Это так не похоже на меня, но не я веду эту партию, - это меч. Он знает что делать, а я его верный партнёр. Убивая эльфов я бил мечом со скоростью и мастерством, недоступными для меня. Экскалибур жил в своей стихии, вернувшийся домой, чтобы исполнить то, для чего он был создан.
Я проткнул эльфа насквозь, меч пробил его нагрудник и вышел из спины. Золотая кровь струилась по доспеху, но эльф даже не вскрикнул. Он не отступил, навалился пытаясь идти вперёд, вдоль лезвия, стремясь добраться до меня. Я бесстрастно посмотрел в его искажённое лицо и одним резким движением выдернул меч из его тела.
Тогда он закричал и я вскрыл ему горло. А затем я стремительно развернулся, чтобы заблокировать атаку следующего эльфа, приближающегося к моей слепой зоне. Я не знал, что он там, но меч знал. Эльф нанёс удар, но я блокировал его приняв на клинок Экскалибура, и светящийся эльфийский меч разлетелся на дюжину осколков. И пока шокированный эльф колебался, я срубил его и перешёл к следующей жертве. Я даже не сбил дыхания.
А потом я остановился и огляделся, потому что эльфов больше не было. Все они были мертвы, - порубленные и неподвижные тела на широком и окровавленном мраморном полу. Лондонские рыцари издали громкий триумфальный клич, - салютуя, пронзая воздух поднятыми окровавленными клинками, затем повернулись ко мне и вознесли хвалу. Я кивнул. Не было ощущения, что я что-то сделал. Я оглянулся в поисках сэра Гарета, но он уже пробежал через арку, двигаясь по коридору, небрежно стряхивая капли золотой крови со своего клинка. Я последовал за ним. Он думал о женщинах и детях, сокрытых в донжоне - как и я.
На этот раз мне было легче догнать его. Экскалибур давал мне всю необходимую силу и скорость. Сэр Гарет бросил на меня быстрый взгляд. Зачарованный эльфийский клинок прорубил длинную борозду на его броне задев ребра по левой стороне и по сверкающей стали стекала кровь. Но глаза его сияли, а улыбка оставалась заразительной. Он рассмеялся, увидев выражение моего лица.
- Разве не славно быть рыцарем в сверкающих доспехах и поражать врагов? Наказывать виновных своими руками, быть храбрым и сильным и знать, что всё, что ты делаешь, имеет значение? Вот что значит быть Лондонским рыцарем, Джон!
- Вы говорите за себя, - сказал я. - Поверьте мне, я не гожусь в рыцари. Меч поддерживает меня.
- Экскалибур не смог бы пробудить в вас ваш потенциал, если бы его не было с самого начала. Герой поневоле остаётся героем, мой друг.
Я всё ещё пытался придумать ответ на этот тезис, когда мы ворвались в Зал Забытых Зверей. В дальнем конце стоял эльфийский колдун, облачённый в балахон алого шелка. Он непринужденно улыбнулся нам, как будто мы были гостями, прибывшими как раз к обеду, затем сделал широкий жест бледной длиннопалой рукой, и каждая трофейная голова на стенах открыла пасть и закричала от боли и ярости.
 
Не живые, но в сознании и понимающие, что с ними сделали. Они вращали глазами, щёлкали пастями и изо всех сил цеплялись за монтажные доски, которые крепили их к стенам. Широкие трещины появились в каменной кладке вокруг каждой головы, старый камень раскололся, как будто какой-то невообразимый вес и давление приложили с другой стороны стены. А потом головы рванулись вперёд, всей массой тела расшвыривая камни, устремляясь вслед за ними.
Они снова обрели полноценные тела, все эти давно вымершие звери, и каждый из них жаждал мести. Длинные и гладкие, огромные и сильные, быстрые и смертоносные все они пристально смотрели только на сэра Гарета и меня. Сотни разъяренных зверей и один очень большой, адски злой дракон.
- Вот дерьмо, - сказал я.
- Лучше и не скажешь, - сказал сэр Гарет. - Как вы думаете, им полегчает, если я пойду и объясню, что в наши дни мы в основном занимаемся охраной дикой природы?
- Вы можете попробовать. Я планирую бежать. Постарайтесь не отставать.
- С удовольствием присоединюсь к вам, Джон, но, к сожалению, путь во внутренние покои и к донжону находиться в другом конце этого зала.
- Вот дерьмо.
- Не могу не согласиться. Итак, вперёд в бой. Постарайся не отставать…
Сэр Гарет шагнул вперёд, держа меч наготове, нисколько не смущенный явным перевесом сил. Я остался на месте. Экскалибур, казалось, почти ожил в моей руке, подталкивая меня вперёд, но я отклонил его приказ и убрал меч. Храбрость - это очень хорошо, но иногда всё, что она может дать вам, - славную смерть.
Я могу оценить свои шансы когда вижу угрозу. Я сталкивался с ними раньше. И я по опыту знаю, что вы не победите их, встретившись с ними лицом к лицу. Вы выигрываете думая нестандартно и просто жульничая.
Я всё ещё не мог найти в себе силы и увидеть в этих давно умерших существах угрозу. Они были здесь жертвами. Они не просили, чтобы их убили и повесили на стену, а потом призвали с помощью колдовских чар. Бедные ублюдки. Поэтому, я призвал свой дар и использовал его, чтобы найти магию, которую эльфийский колдун использовал, чтобы вернуть их обратно в этот Мир.
Это оказался пучок серебряных нитей, тянущихся от головы каждого зверя к поднятой руке колдуна. Эльфы всегда предпочитали позволять другим делать их грязную работу и не заботиться о пешках, которые они используют. И поэтому для меня было самым лёгким делом в мгновение ока разорвать все нити и освободить зверей.
Эльфийский колдун вскрикнул от боли и шока, и психическая энергия от разорванного заклинания заставила его отшатнуться назад и обхватить голову. Все немёртвые звери в зале упали на колени и рухнули на пол, освобождённые от своего посмертного бремени, и немёртвых тел о которых они никогда не просили. Окончательно мертвы.
Призвав свой дар и Зрение, я Увидел, как призраки сотен древних зверей поднялись, наконец-то освободившись, звери покидали Мир, чтобы встретить новый яркий свет, который взывал к ним. Один за другим они уходили в направлении, которое я чувствовал, но не видел, навсегда покидая Зал Забытых Зверей. Наконец-то возвращаясь домой. Больше не привязанные к этому месту.
Ищущий Зверь уходил последним. Он повернул свою благородную голову и посмотрел на меня огромными добрыми глазами. А потом он коротко склонил передо мной свою огромную голову и ушёл вслед за остальными.
 
Сэр Гарет огляделся по сторонам, забыв о замершем в его руке мече. Он посмотрел на меня. - Джон, это вы сделали? - Что вы сделали?
Я мог бы рассказать ему о первых охотниках его Ордена, которые не только брали головы своих жертв в качестве трофеев, но и привязывали к этим головам духов зверей, как знак собственности, но я этого не сделал… Грехи прошлого должны остаться в прошлом. Я улыбнулся.