Красная дорама 2 (СИ)

Обе тут же притихли и уже без споров засеменили с холма.
Ну а я прошел за символическую каменную ограду к указанному мне кособокому одноэтажному домику. Одно из его окон слабо светилось, в него я аккуратно и постучал.
— Кого еще там демоны принесли? — глухо послышалось изнутри почти сразу.
— Соджу! — звякнул я пакетом с бутылками.
Не прошло и четверти минуты, как дверь дома приглашающе приоткрылась.
Хозяин — девушка не ошиблась, это был именно Сон Хак Кун — встретил меня в тесной, обшарпанной прихожей. Кажется, он был уже слегка навеселе. Впрочем, если уж на то пошло, я и сам явился сюда не то чтобы вовсе на сухую.
— Вы? — удивился тракторист, узнав меня.
— Мы, — уточнил я — и с видом фокусника, вынимающего кролика из шляпы, одну за другой выставил на тумбу при входе четыре темные бутылки с зелеными этикетками.
— Ничего себе! — присвистнул хозяин. — Но это же все… не просто так? — проявил он завидную догадливость.
— Вот это — просто так, — слегка подвинул я в его сторону одну из бутылок. — Исключительно в знак моего к вам искреннего расположения. А вот эти, — ловко пробежался я подушечками пальцев по трем закупоренным горлышкам, — уже мое деловое предложение.
— Поколотить кого-то нужно? — нахмурился Сон. — Боюсь, с таким не ко мне…
— Нет, колотить никого не надо, — поторопился я развеять опасения собеседника. — Все гораздо проще. Завтра наша — Седьмого Управления — полеводческая бригада должна получать рассаду в первую очередь. И в таком количестве, чтобы весь день работать без простоев. И потом так же — до конца мая. С меня, соответственно — по столько же каждый вечер, — кивнул я на соджу.
Насчет «до конца мая» — это я, конечно, замахнулся с запасом. Не дадут схеме столько проработать, спохватятся раньше. Но уж закладываться — так на максимум, а там посмотрим.
Глаза у Сона загорелись. Тракторист протянул руку к бутылкам… Однако тут же ее отдернул — и даже зачем-то спрятал ладонь за спину.
— Гм… Тут какое дело… Есть заковыка, товарищ бригадир…
— Что еще за заковыка? — прищурился я.
— Одну такую бутылку я уже за завтра взял, — качнул он головой куда-то назад, в направлении двери из прихожей в комнату. — Сами, наверное, знаете от кого. Как с этим-то быть?
— Там — одна, тут — три, — сделав лицо кирпичом, заметил я.
— Так-то оно так…
— Нет, если вы не согласны… — я подхватил с тумбы ближнюю ко мне бутылку и сделал вид, что собираюсь убрать ее обратно в пакет.
— Нет, нет! — поспешил остановить меня Сон. — Просто думаю, как все потом объяснить тому товарищу… Но это — моя проблема!
— Так мы договорились? — возвращать бутылку на тумбу я пока не спешил.
Тракторист еще помедлил.
— Я сейчас! — бросил затем он — и скрылся в комнате.
Тут же и вернулся — с двумя пустыми стаканами.
— Давайте тогда так! — заявил Сон. — Эту — выпьем с вами вместе! — кивнул он на ту бутылку, что получил от меня в качестве подарка. — Уважите рабочего человека, товарищ бригадир?
Хм… К такому обороту я, признаться, оказался не вполне готов…
— А то этот Хонг, — с пылом продолжил тем временем тракторист, походя назвав наконец вслух своего прежнего заказчика, — на простых людей, как на вшей, смотрит! Через губу разговаривает… Вот вы, кажется, не такой! — снова показал он глазами на дармовую бутылку. — Так как, товарищ бригадир? Выпьете со мной?
Ну да… Типа, ты просишь меня привезти в поле рисовую рассаду, но делаешь это без уважения, даже не называешь меня своим другом и собутыльником…
Эх, на что только не пойдешь ради дела!
— Чего ж не выпить с хорошим человеком доброго соджу⁈ — не без труда сдержав обреченный вздох, выдавил лучезарную улыбку я.
* * *
Зря я ругал соджу, которым угощал меня в столовой Хонг — по сравнению с пойлом из местного магазинчика то была просто божественная амброзия напополам с небесным нектаром! Такой жуткой дряни, как в доме у тракториста, я не пробовал, наверное, со студенческих лет — понятно, в «прошлой жизни». А может, и вовсе никогда! Права была Ким: ну чисто крысиный яд!
  
Ох-х…
А мы с колхозником еще и не ограничились первой бутылкой, зачем-то откупорили вторую — он настоял, а я поостерегся все испортить отказом…
Да без закуски…
Еще раз: ох-х!..
Надеюсь, оно того стоило.
Провожаемый горячими заверениями Сона, что вся рассада колхозной теплицы теперь будет наша, я вышел из дома тракториста, жадно вдохнул вечернего воздуха — и побрел к себе.
Изначально в планах на этот вечер у меня значились еще целых два пункта: помыть мотоцикл и постирать дорожную одежду. Но сейчас с каждым новым шагом я все больше склонялся к мысли, что, в лучшем случае, осилю из этого лишь что-то одно. И к концу пути — а шел, похоже, долго — окончательно утвердился в этом мудром решении.
В задумчивости постояв возле байка и ничуть не вдохновившись его видом, методом исключения я выбрал стирку. Прихватил из гостевого дома перепачканную форму — и направился к рукомойнику. Пустил воду, и только стал примериваться, как бы сподручнее взяться за дело — услышал позади робкое:
— Товарищ Чон!
Обернулся — и встретился взглядом с Ким Чан Ми.
Караулила она меня тут, что ли?
— Товарищ Чон, как все прошло? — живо поинтересовалась у меня глазастенькая. — С трактористом.
— В лучшем виде, — скупо обронил я — сосредоточившись больше на том, чтобы невзначай не покачнуться на глазах у собеседницы. С этим вроде справился.
— А вы стирать собрались, да? — кивнула девушка на ком одежды у меня в руках.
— Типа того…
— Отдайте лучше нам! У нас там и мыло есть! Мы все сделаем — и завтра вам принесем! — предложила вдруг девушка.
Упираться мне и в голову не пришло.
Заручившись этой нежданной помощью, заниматься мотоциклом я сегодня уже тоже не стал. Кое-как доплелся до футона, рухнул на него пластом — и вырубился.
  
11. Ночной разговор
 
«Владимир Юрьевич! Господин Григорьев!..»
Так, это у нас тут что еще за новости?
Дайте поспать спокойно — у меня, между прочим, был трудный день! А вечер — так и вовсе удался…
Блин! Голова будто битым стеклом набита, напополам с песком!
Чтоб я еще когда-нибудь влил в себя хоть рюмку этого проклятого соджу… Упаси Чучхе!
«Владимир Юрьевич! Я чувствую: вы совсем рядом! Ответьте, пожалуйста!»
«Да?» — неохотно буркнул я из глубин сна.
Ну, из таких себе глубин, если честно — как говаривал один мой хороший знакомый, сон алкоголика чуток и тревожен…
«О! Получилось! Владимир Юрьевич, это Катя Кан, бывшая ученица Элеоноры Эдуардовны Цой!»
«Вот как?.. Мои соболезнования…» — рассеянно пробормотал я.
«В связи с чем?» — опешила моя собеседница.
«Ну, получается, вы тоже умерли — как и госпожа Цой…»
«С чего это вы такое взяли?» — теперь помимо удивления в голосе девушки мне явственно послышалась и нотка возмущения.
«Ну… — а и правда: с чего?.. Ох, как же болит голова! — При жизни госпожа Цой говорила, что не сможет долго поддерживать со мной контакт. Типа, десять дней — и все… А потом вышла на связь уже из этого вашего мира духов. После смерти. Вот я и подумал, что вы, значит — тоже…»
« Нет-нет, со мной все в порядке! — поспешила заверить меня Катя. — Просто кое-чему научилась. И главное: перебралась к вам поближе! Расстояния материального мира имеют значение даже при ментальном контакте — хотя казалось бы: разговор-то действительно через мир духов идет, тут вы правы… Каждые три тысячи ли — это чуть больше тысячи километров — канал связи истончается на порядок! Поэтому Элеонора Эдуардовна так вам и говорила: из Москвы в Корею так просто не дотянешься! Но я же в Сеул переехала! Уже почти месяц как! А отсюда до вас, можно сказать, рукой подать!»
«А вам-то что в России не жилось?» — бесцеремонно брякнул я.