Сталин и Берия. Секретные архивы Кремля. Оболганные герои или исчадия ада?
В 1933 году был арестован и отправлен в Соловецкий лагерь П. А. Флоренский, прославленный ученый и философ. А 8 ноября 1937 года он был расстрелян.
Во время гражданской войны в Испании под псевдонимом работал советником правительства республиканцев М. Е. Кольцов (настоящая фамилия – Фридлянд), известный советский журналист и редактор. После возвращения из Испании был схвачен сотрудниками органов (Сталин дал санкцию на арест), 1 февраля 1940 года по решению суда осужден за шпионаж в пользу западных держав на смертную казнь. Точная дата смерти М. Кольцова неизвестна.
23 мая 1937 года были расстреляны первые приговоренные по так называемому «пулковскому делу» – М. А. Балдин, С. К. Гирин, П. М. Каратыгин, Ю. Н. Лепешинский. Предлогом для фабрикации дела по обвинению большой группы ученых – астрономов, геофизиков, математиков – в намерении «установить на территории СССР фашистскую диктатуру» были события, связанные с наблюдением солнечного затмения 19 июня 1936 года. Это затмение, которое особенно хорошо должно было быть видно с территории СССР, вызвало большой интерес у иностранных исследователей. Но зарубежные контакты вызвали подозрение у НКВД и послужили поводом для массовых арестов сотрудников Пулковской обсерватории и других научных учреждений, а также их родственников.
Впрочем, происки врагов пытались усматривать не только в поведении ученых, но и в природных явлениях. 18 сентября 1938 года на советском полуострове Ямал было официально зарегистрировано необъяснимое наступление темноты днем – так называемый «черный день». До сих пор не существует научного объяснения этому феномену – локальному снижению прозрачности земной атмосферы. Эти случаи до сих пор используются многими религиозными авторами в качестве доказательств осуществления различных пророчеств, в том числе и библейских. Один из самых известных черных дней произошел 19 мая 1780 года в Северной Америке и вызвал панический ужас местного населения – на землю спустилась тьма, не стало видно ни Солнца, ни Луны, ни звезд. Многие люди стали говорить о наступающем конце света и молиться. А вот в 1938 году на Ямале бдительный сотрудник НКВД счел наступившую тьму результатом какого-то диверсионного акта, совершенного по заданию буржуазных разведок.
28 мая 1937 года был арестован С. Г. Фирин (настоящая фамилия – Пупко). Он имел звание старшего майора госбезопасности, а известность приобрел в качестве начальника строительства Беломорско-Балтийского канала в 1930–1932 годах. Был также заместителем начальника ГУЛАГа и начальником Дмитлага, созданного для строительства канала Москва – Волга, входил в редакторский коллектив книги о Беломорканале – «Канал имени Сталина».
А. И. Солженицын в своей книге «Архипелаг ГУЛАГ» отнес Фирина к числу «главных надсмотрщиков Беломора», назвав его одним из тех, на чьей совести «за каждым тысяч по тридцать жизней». Но Фирин ненадолго отстал от сгинувших при нем в ГУЛАГе – арестованный в мае, он был вскоре приговорен к смерти и 14 августа расстрелян на полигоне «Коммунарка» в Подмосковье.
Заговор маршалов
В середине 1937 года в Красной армии начались массовые репрессии против комсостава. 11 июня 1937 года состоялось заседание Специального судебного присутствия Верховного суда СССР по делу «антисоветской троцкистской военной организации», или «делу Тухачевского», согласно которому ряд высокопоставленных офицеров Красной армии обвинялся в заговоре с намерением захватить власть в стране. Среди обвиняемых были герои Гражданской войны маршал М. Н. Тухачевский, командармы И. Э. Якир, И. П. Уборевич и А. Я. Корк, а также председатель Центрального совета Осоавиахима Р. П. Эйдеман, военный атташе при полпредстве СССР в Великобритании В. К. Путна и другие.
Судебное заседание заняло всего один день, обвинение было признано доказанным. В числе преступлений значилась связь с изгнанным из страны Л. Д. Троцким, подготовка захвата Кремля силой оружия, терроризм, военный саботаж, шпионаж в пользу Германии. Все обвиняемые были приговорены к смертной казни и расстреляны в ночь на 12 июня.
Еще до этого 31 мая 1937 года в Москве, в своей квартире, застрелился видный советский военный деятель, армейский комиссар 1-го ранга Я. Б. Гамарник. Причиной самоубийства стало принятое накануне решение Политбюро ЦК ВКП(б) об отстранении Гамарника от работы в Наркомате обороны и исключении его из состава Военного совета. Кроме того, приказом народного комиссара обороны Гамарник был уволен из РККА. А поводом для столь суровых оргвыводов стало его заступничество за Тухачевского.
Гамарник по болезни находился дома, и 31 мая к нему приехали заместитель начальника политуправления РККА А. С. Булин и управляющий делами Наркомата обороны И. В. Смородинов, которые и сообщили обо всех решениях. Понимая, что в ближайшее время он будет арестован, Гамарник застрелился сразу после ухода посланцев Ворошилова.
Сталин пообещал разгромить внутренних врагов Страны Советов еще раньше. Недаром начальник разведуправления Красной армии С. П. Урицкий в своем письме от 27 сентября того же года напоминал Ворошилову: «…1 мая 1937 г. после парада у Вас на квартире вождь сказал, что враги будут разоблачены, партия их сотрет в порошок, и поднял тост за тех, кто, оставаясь верным, достойно займет свое место за славным столом в Октябрьскую годовщину».
Племяннику покойного председателя петроградской ЧК верноподданнические заявления не слишком помогли – не прошло и полутора месяцев с момента написания этого письма, как сам Урицкий был арестован, обвинен в шпионаже и антисоветском военном заговоре и после жестокого следствия расстрелян.
Московские и другие процессы
1 ноября 1937 года тогдашнее руководство НКВД во главе с Н. Ежовым составило список обвиняемых, которых планировалось приговорить к смертной казни на закрытом заседании Военной коллегии Верховного суда СССР. Поскольку это происходило в разгар борьбы с так называемыми троцкистами, то в список попали те, кто был обвинен в причастности к «троцкистскому заговору». К этому моменту состоялись уже два суда над троцкистами, были осуждены и расстреляны Зиновьев, Каменев, Радек, Пятаков. Из подписанного Сталиным списка от 1 ноября были вычеркнуты несколько имен – их вождь намеревался судить публично, что и произошло в марте 1938 года (процесс по делу «Антисоветского правотроцкистского блока», или Третий московский процесс).
17 ноября 1938 года Совнарком СССР и ЦК ВКП(б) выпустили «Постановление об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия». В документе было отмечено, что за предыдущие два года «органы НКВД проделали большую работу по разгрому врагов народа и очистке СССР от многочисленных шпионских, террористических, диверсионных и вредительских кадров из троцкистов, бухаринцев, эсеров, меньшевиков, буржуазных националистов, белогвардейцев, беглых кулаков и уголовников». Однако далее говорилось, что те самые разномастные враги, пробравшись в сами органы, стали способствовать нарушению законности и массовым репрессиям против честных людей. Постановлением ликвидировались так называемые внесудебные тройки и запрещались массовые аресты и высылки.
29 ноября 1938 года на заседании Военного совета при НКО СССР Ворошилов изрек: «Весь 1937 и 1938 годы мы должны были беспощадно чистить свои ряды, безжалостно отсекая зараженные части организма до живого, здорового мяса, очищались от мерзостной предательской гнили… Достаточно сказать, что за все время мы вычистили больше четырех десятков тысяч человек. Это цифра внушительная. Но именно потому, что так безжалостно расправлялись, мы можем теперь с уверенностью сказать, что наши ряды крепки и что РККА сейчас имеет свой до конца преданный и честный командный и политический состав».
На местах ревнители чистоты рядов разошлись в это время так, что в январе 1938 года пленуму ЦК ВКП(б) пришлось принимать постановление «Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии, о формально-бюрократическом отношении к апелляциям исключенных из партии и о мерах по устранению этих недостатков» с требованием «прекратить огульные репрессии». Была создана комиссия по разбору жалоб, первые же итоги ее деятельности продемонстрировали, что если продолжать в том же духе, то можно совсем остаться если не без армии вообще, то без командиров точно.