Сталин и Берия. Секретные архивы Кремля. Оболганные герои или исчадия ада?

В это же время началась его переписка с Лениным.
 
Из воспоминаний Сталина
 
Я познакомился с Лениным в 1903 году. Правда, это знакомство было не личное, а заочное, в порядке переписки. Но оно оставило во мне неизгладимое впечатление, которое не покидало меня за все время моей работы в партии. Я находился тогда в Сибири в ссылке. Знакомство с революционной деятельностью Ленина с конца 90-х годов и особенно после 1901 года, после издания «Искры», привело меня к убеждению, что мы имеем в лице Ленина человека необыкновенного. Он не был тогда в моих глазах простым руководителем партии, он был ее фактическим создателем, ибо он один понимал внутреннюю сущность и неотложные нужды нашей партии. Когда я сравнивал его с остальными руководителями нашей партии, мне все время казалось, что соратники Ленина – Плеханов, Мартов, Аксельрод и другие – стоят ниже Ленина целой головой, что Ленин в сравнении с ними не просто один из руководителей, а руководитель высшего типа, горный орел, не знающий страха в борьбе и смело ведущий вперед партию по неизведанным путям русского революционного движения. Это впечатление так глубоко запало мне в душу, что я почувствовал необходимость написать о нем одному своему близкому другу, находившемуся тогда в эмиграции, требуя от него отзыва. Через несколько времени, будучи уже в ссылке в Сибири, – это было в конце 1903 года, – я получил восторженный ответ от моего друга и простое, но глубоко содержательное письмо Ленина, которого, как оказалось, познакомил мой друг с моим письмом. Письмецо Ленина было сравнительно небольшое, но оно давало смелую, бесстрашную критику практики нашей партии и замечательно ясное и сжатое изложение всего плана работы партии на ближайший период. Только Ленин умел писать о самых запутанных вещах так просто и ясно, сжато и смело, – когда каждая фраза не говорит, а стреляет. Это простое и смелое письмецо еще больше укрепило меня в том, что мы имеем в лице Ленина горного орла нашей партии. Не могу себе простить, что это письмо Ленина, как и многие другие письма, по привычке старого подпольщика, я предал сожжению.
 
Побег из Иркутской губернии удался не сразу. Первый раз Джугашвили был вынужден вернуться, поскольку он не смог достать теплую одежду. Вторая попытка оказалась успешной, и он добрался до Тифлиса.
25 января 1904 года в Тифлисе Джугашвили-Сталин впервые встретился со Львом Розенфельдом, впоследствии взявшим фамилию Каменев. Именно под этой фамилией он стал известен как один из виднейших революционеров, а в 1936 году расстрелян с одобрения Сталина. Но до этого было еще далеко, а тогда в Тифлисе Розенфельд встретил бежавшего из ссылки Джугашвили, позаботился о конспиративном жилище для него, а также постоянно принимал его у себя в гостях.
29 ноября 1904 года в Тифлисе в помещении столярной мастерской Чодришвили была проведена партийная конференция Кавказского союзного комитета РСДРП. Среди участников были активные деятели комитета – М. Цхакая, А. Цулукидзе, С. Шаумян, П. Джапаридзе, а также Джугашвили-Сталин, взявший незадолго до этого псевдоним Коба (он позаимствовал его из романа Александра Казбеги «Отцеубийца», изданного в 1882 году, где Кобой звали главного героя). На конференции было принято решение о подготовке к III съезду РСДРП. Перед этим Сталин провел большую работу по созданию революционных организаций в Кутаисской губернии. Помимо партийных ячеек им была основана нелегальная типография.
«Цель своей жизни он видел в низвержении сильных мира сего, – так определял мотивы поведения Сталина в тот период его непримиримый соперник и противник Троцкий. – Ненависть к ним была неизменно активнее в его душе, чем симпатия к угнетенным, тюрьма, ссылка, жертвы, лишения не страшили его. Он умел смотреть опасности в глаза. В то же время он остро ощущал такие свои черты, как медленность интеллекта, отсутствие таланта, общая серость физического и нравственного облика. Его напряженное честолюбие было окрашено завистью и недоброжелательством. Его настойчивость шла об руку с мстительностью. Желтоватый отлив его глаз заставлял чутких людей настораживаться… Не увлекаясь среди увлекающихся, не воспламеняясь среди воспламеняющихся, но и быстро остывающих, он рано понял выгоды холодной выдержки, осторожности и особенно хитрости, которая у него незаметно переходила в коварство».
 
20 ноября 1905 года в Тифлисе вышел в свет первый номер «Кавказского рабочего листка». Это была первая ежедневная большевистская легальная газета на Кавказе. Ее возглавляли И. В. Сталин и С. Г. Шаумян. Номер открывался статьей Сталина, посвященной революционным событиям в Центральной России. «Эти события надвигаются на нас с неумолимой строгостью истории, с железной необходимостью. Царь и народ, самодержавие царя и самодержавие народа – два враждебных, диаметрально противоположных начала. Поражение одного и победа другого может быть только результатом решительной схватки…» Сталин писал о том, что на первом этапе революции либеральная буржуазия могла отчасти разделять ее устремления, но после манифеста 17 октября она уже получила тот уровень свободы, который ей требовался. А пролетариату этого было явно не достаточно.
 
Статья Сталина в газете «Кавказский рабочий листок»
 
Великая Русская Революция началась! Мы пережили уже первый грозный акт этой революции, завершившийся формально манифестом 17 октября. «Божьею милостью» самодержавный царь преклонил свою «коронованную голову» перед революционным народом и обещал ему «незыблемые основы гражданской свободы»…
 
Но это только лишь первый акт. Это только начало конца. Мы находимся накануне великих событий, достойных Великой Русской Революции. Эти события надвигаются на нас с неумолимой строгостью истории, с железной необходимостью. Царь и народ, самодержавие царя и самодержавие народа – два враждебных, диаметрально противоположных начала. Поражение одного и победа другого может быть только результатом решительной схватки между тем и другим, результатом отчаянной борьбы, борьбы не на жизнь, а на смерть. Этой борьбы еще не было. Она впереди. И могучий титан русской революции – всероссийский пролетариат готовится к ней всеми силами, всеми средствами.
 
Либеральная буржуазия пытается предотвратить эту роковую схватку. Она находит, что уже пора положить конец «анархии» и начать мирную «созидательную» работу, работу «государственного строительства». Она права. Ей достаточно того, что пролетариат уже вырвал у царизма при первом своем революционном выступлении. Она смело может заключить теперь союз – союз на выгодных для себя условиях – с царским правительством и соединенными усилиями пойти против общего врага, против своего «могильщика» – революционного пролетариата. Свобода буржуазная, свобода для эксплуатации уже обеспечена, и этого ей вполне достаточно. Русская буржуазия, не будучи ни минуты революционной, уже открыто становится на сторону реакции. В добрый час! Мы не будем особенно скорбеть по этому поводу, Судьба революции никогда не находилась в руках либерализма. Ход и исход русской революции зависят всецело от поведения революционного пролетариата и революционного крестьянства.
 
Городской революционный пролетариат, руководимый социал-демократией, и вслед за ним революционное крестьянство, невзирая ни на какие козни либералов, будут неуклонно продолжать свою борьбу, пока не добьются полного свержения самодержавия и не создадут на его развалинах свободной демократической республики.
 
Такова ближайшая политическая задача социалистического пролетариата, такова его цель в настоящей революции, и он, поддерживаемый крестьянством, добьется этой цели во что бы то ни стало.
 
Путь, который должен привести его к демократической республике, намечен им так же ясно и определенно.
 
1) Решительная, отчаянная схватка, о которой мы говорили выше, 2) революционная армия, организованная в процессе этой «схватки», 3) демократическая диктатура пролетариата и крестьянства в виде временного революционного правительства, выдвинутого в результате победоносной «схватки», 4) Учредительное собрание, созванное им на основе всеобщего, прямого, равного и тайного избирательного права, – таковы те этапы, которые должна пройти Великая Русская Революция, прежде чем она придет к желанному концу.
 
Никакие угрозы правительства или широковещательные царские манифесты, никакие временные правительства вроде правительства Витте, выдвигаемые самодержавием для своего спасения, никакая Государственная Дума, хотя бы созываемая на основе всеобщего и пр. избирательного права, созываемая царским правительством, – не могут совратить пролетариат с его единственно верного революционного пути, который должен привести его к демократической республике.
 
Хватит ли сил у пролетариата, чтобы дойти до конца по этому пути, хватит ли сил у него, чтобы выйти с честью из той гигантской, кровопролитной борьбы, которая предстоит ему на этом пути?
 
Да, хватит!
 
Так думает сам пролетариат и смело и решительно готовится к бою.
 
20 ноября 1905 г.