Одиночка (СИ)

Голос женщины дрогнул.
- Хозяин поговорил со мной: поинтересовался моим самочувствием, спросил, как давно я стала огоньком. Внимательно выслушал. А потом предложил избавить меня от огненного духа. Так же, как убрал с моего тела знак подчинения. Но только не даром - в обмен на мою службу и преданность в будущем.
Тилья посмотрела на меня.
- Я согласилась.
- Колдуны могут доставать из огоньков саламандра?
Я вспомнил Гора. И Битву Огней. Запах палёной плоти.
- Сиоль многое умеют, Линур, - сказала Тилья. – Даже такое, чему не научились столичные кланы. В том числе и извлекать из тел людей саламандров. Не спрашивай, как они это делают – не смогу тебе ответить. Скажу лишь, что я больше не огонёк. И не раб. Служу клану Сиоль. Именно поэтому пришла в Селену – хозяин велел передать послание Карцам. Я выполнила его задание. Потому и оказалась в том подвале – кит Рилок не собирался меня отпускать, планировал выведать у меня всё, что мне известно о Сиоль и о Валесских горах. Могу тебя успокоить, у него бы это не получилось – об этом позаботился хозяин. По этой причине я и не могу тебе многого рассказать. Прости.
- Понимаю, - сказал я.
Солгал.
Не понимал.
Как объяснить её поведение? Почему вдруг стал для Двадцатой чужим? И почему я, который ещё вчера так ждал этой встречи, теперь не знал, о чём говорить?
- Расскажи о себе, - попросила Тилья. – Как ты сумел выжить? Я видела, что тебя ударил челон! Как ты жил после того, как меня похитили? Как дрался на Арене? Как погибли… наши?
Отвечал я кратко. Без особого желания. Хотя ещё вчера бы описывал произошедшие в моей жизни события, свои мысли и чувства в красках, приправлял бы рассказ признаниями и восклицаниями.
Когда сказал: «Вот в общем-то и всё», заметил, как Тилья подавила вздох. Поддавшись взметнувшейся в груди буре эмоций, привлёк женщину к себе, обнял. Почувствовал, как участилось её сердцебиение. Прижал лицо к её волосам, вдохнул их запах.
Тилья не сопротивлялась.
Но никак не ответила на мои действия. Замерла.
Я попытался заглянуть ей в лицо. Но женщина отвела взгляд.
- Почему? – спросил я.
Сказал одно слово. Но Тилья поняла, о чём именно я спросил.
- Прости, Линур, - ответила она.
В воздухе у стены появилась темная точка. Мигнула. И раскрылась в диск портала.
- Мне пора.
Тилья высвободилась из моих объятий, встала с кровати.
Я схватил её за руку.
Спросил:
- Ты… меня любишь?
Мне показалось, что женщина вздрогнула.
Она всё же посмотрела мне в глаза.
- Я уже говорила тебе, Вжик, что не умею любить, - сказала Тилья. – Забыл, кто я? Я была розой. Шлюхой. И, кажется, всё ещё остаюсь ею. Меня учили избегать влюблённостей. Стараюсь так и поступать. Прости меня.
Я выпустил её руку.
Мне показалось, что на глазах женщины блеснула влага.
Плачет?
Тилья отвернулась. И ушла через портал.
***
Я дождался, пока пятно портала исчезнет (едва сдержал порыв шагнуть в него следом за Тильей). Сбросил с себя чужую одежду. Сжал в руке пустой кошель, откуда женщина извлекла шар-маяк, завалился на кровать.
Мысли, ещё недавно переполнявшие голову, разбежались. С уходом Двадцатой я словно потерял часть себя. Внутри меня образовалась пустота – там, где раньше обитали чувства, желания, надежды.
Лежал, смотрел на потолок.
Не испытывал желания ни ругать колдунов, ни жалеть себя, ни есть, ни пить, ни вставать с кровати. Не представлял, что буду делать завтра: искать Двадцатую теперь не нужно, к Белине идти незачем, а моя цель (обучиться магии) не приблизилась ни на шаг (а что хуже – не представлял, в каком направлении к этой цели шагать).
Однако желание стать магом, похожим на Линура Валесского, не исчезло – только это и не позволило мне впасть в абсолютное уныние.
Задремал.
Слышал, как приходила Мираша. Не стала меня тормошить. Ушла.
Отметил, что за окном рассвело, что звуков с улицы доносилось всё больше. Но не как ночью, когдагорланили песни подвыпившие мужчины - раздавались голоса женщин, детей. Всё чаще слышал скрип повозок и топот лошадиных копыт.
 
Днём в окно заглянуло солнце, заставило меня отвернуться к стене. Вставать с кровати я даже не думал – решил отоспаться, пока есть возможность. Жители квартала разошлись по делам, позволили мне дремать в тишине, видеть сны.
Снилась мне Двадцатая (во сне пока не научился называть её Тильей). Но не та, прятавшая глаза женщина, которую я встретил ночью. А привычная - моя Двадцатая, которая отвечала на мои ласки, которая меня любила.
Сквозь дрёму отметил, что за окном вновь стало многолюдно. Точно на рыночной площади. Слышал всё больше голосов – громких, резких, мужских.
А окончательно меня разбудила вломившаяся в комнату Мираша.
Женщина растолкала меня и сказала:
- Вставай Линур! Просыпайся! Внизу, в зале, тебя ждёт сиер вар Нойс кит Шемани. Просит, чтобы ты срочно спустился! Хочет с тобой поговорить.
- Исон? – переспросил я. – Что ему от меня нужно?
- Вставай! У нас опять неприятности. Трактир окружён отрядами городской стражи! Их тут больше чем бездомных собак на помойке. Пришли по твою душу.
- По мою?
- Да! Стражники велели клану Луар выдать тебя. Заявили, что если Луар не исполнят их требование в ближайшее время, то они применят силу: войдут в трактир и арестуют тебя сами. Понимаешь, что это значит?
- Что? Пусть заходят.
- Если они сюда войдут, то нарушат договор с тёмными! Тот, который соблюдают уже десятки лет! Из-за тебя! Императорский клан Орнаш, который охраняет город, пойдёт на такое только в трёх случаях. Либо ты совершил что-то ужасное, Линур; либо арестовать тебя приказал император; либо кто-то отвалил за твою голову огромные деньги.
Я зевнул. Потёр глаза.
- Даже знаю кто. Карцы. Точнее, вар Руис кит Рилок. Женишок сиеры вар Вега. Вот только как они меня так быстро нашли? И откуда узнали, где я? Кто-то подсказал?
Сам себе ответил:
- Белина. Больше некому.
  
Глава 31
 
Спустился по скрипучей лестнице на первый этаж. О стражниках думать не получалось – всё ещё вспоминал о Двадцатой. Приподнимал подбородок, глубоко дышал.
Почувствовал, что из кухни пахнет жареным мясом. Увидел сигаретный дым, клубившийся над столом Исона, с удовольствием вдохнул аромат чиманы. Услышал приглушённый дверью и стенами гул голосов. Ещё в комнате я выглянул из окна и убедился, что улица около трактира наводнена стражниками.
Поймал на себе недовольный взгляд Ушастого Бити - тот дежурил за стойкой. Наградил трактирщика улыбкой. Ответил на приветствие Исона.
Кроме нас с Мирашей, рыжего и Бити в зале никого не было, куда-то спрятались даже девицы разносчицы.
- Я начинаю верить в то, что ты действительно не из Тайного клана, дружок, - сказал Исон. – Ты создаёшь шума больше, чем все тайные вместе взятые. И слишком часто влипаешь в громкие истории. Что ты не поделил с Карцами? Это ж как нужно было прижать этим жадюгам промежность, чтобы они решились пойти ради тебя на такие траты?! Рилок поставили на уши всю городскую стражу! Ищут тебя и твою подружку. Что ты натворил? Нагадил в их сокровищнице?
Я выдвинул стул, уселся рядом с Исоном.
Сказал:
- Это из-за той женщины - сиеры вар Вега кик Марен, к которой ты меня на днях подвозил. Помнишь? Она невеста сиера вар Русиса кит Рилок. Думаю, всё дело в ней.
- И что с ней? – спросил рыжий. – Ты её как-то оскорбил? Нет? Что тогда? Только не говори, что ты её?..
Он сделал руками жест, изображая, что именно я делал с Белиной.
- Скорее уж она меня!
 
Исон ухмыльнулся.
- Ух ты ж!.. Вот это да! Ты не знал, кто она?
- Знал.
- Да ты герой! И сумасшедший. Влюбился?
- Нет.
- Тогда зачем? – спросил Исон. - Решил пощекотать себе нервы?
- Так получилось, - сказал я.
- Примерно так же я недавно ответил отцу: мол, бывает. Не прокатило.