Завод-3: назад в СССР (СИ)

— Заходи, я всё равно так рано не ложусь, — сказала Аня.
Повторять не потребовалось, я зашёл в комнату контролёрши и сразу отметил, как тут приятно пахнет. На подоконнике стояли домашние цветы, это они расцвели и благоухали.
— Нравится запах? — спросила девчонка, видимо, заметив это по моему лицу.
— Великолепно!
Судя по тому, что рядом с диваном стоял столик, Аня, несмотря ни на что, меня ждала. Все-таки молодец девчонка, всё у нее под контролем. Она поставила на стол тарелку с сыром.
— Присаживайся, Егор.
— А чего делать будем? — уточнил я, продолжая рассматривать комнату.
У Ани всё лежало по полочкам, на своих местах, и везде была идеальная чистота — ни пылинке, ни мусоринки. Куда ни глянь, идеальная хозяйка.
Что хочет Аня, я уже понял — на столе помимо тарелки с сыром стояла бутылка шампанского.
— Я хочу презентовать тебе свой новый стих, и попрошу тебя его оценить, — ответила девчонка и, покосившись на стол, добавила: — Заодно шампанского можно попробовать, бутылка уже давно у меня, но никак повода не было выпить.
— Ну, я только за, — согласился я. — Я уже подумал, что ты Новый год раньше времени собралась праздновать.
Про новый год я спросил не просто так, на стене напротив дивана висела гирлянда, сейчас выключенная. Хотел пошутить, что Аня, видимо, забыла ее убрать с прошлого года, но не стал — девчонки таких шуток не воспринимают.
— Нет, Егор, ты не понимаешь, это часть выступления, — заулыбалась Аня. — Подожди немного, сейчас все будет готово, и ты поймёшь, что я хочу.
Девчонка заметно нервничала. Подождать — подожду, я никуда не торопился, сел на диван. Контролёрша прошмыгнула в коридор, где у неё стоял шкаф. Я решил похозяйничать и, пока Аня отошла, открыл шампанского и разлил по бокалам. Сделал небольшой глоток и нашел вкус шампанского отменным.
Через несколько секунд Аня высунула свою руку из коридора и, нащупав выключатель, выключила свет.
— Ты прямо мне целое представление приготовила, — прокомментировал я.
— Я правда старалась, Егор.
Аня включила гирлянды, и темноту рассеял свет переливающихся лампочек. Я огляделся, выглядело действительно симпатично.
— Ты готов? — послышалось из коридора.
— Я — как пионер, всегда готов, — ответил я.
— Тогда закрывай глаза, тебя будет ждать сюрприз.
Я для вида зажмурился, сюрпризы я любил.
— Нормально закрывай, Егор, ладонями, я скажу, когда открыть!
— Ну ладно, — я отложил сыр, поставил бокал шампанского и закрыл ладонями глаза.
Раз Аня хочет поиграть, я с удовольствием.
— Считай до десяти, вслух! — попросила контролёрша.
Улыбаясь, я начал считать, раздумывая над тем, что там такого могла устроить мне Аня. На самом деле сюрприз мог быть совершенно любым, воображения девчонке было не занимать. Когда я досчитал до девяти и на счёт десять был готов открывать глаза, Аня попросила ещё пять секунд.
— Пожа-а-алуйста, — пропела она своим ангельским голоском.
— Понял, одиннадцать, две-е-ена-а-адцать, — я начал считать оставшиеся секунды нарочито медленно, чтобы она ещё раз не выпрашивала отсрочку.
Но на счёт тринадцать Аня шепнула:
— Можешь открывать глаза, у меня все готово…
Я открыл, проморгался и увидел перед собой Аню в необычном сценическом образе. На ней была нодета то ли простыня, то ли пододеяльник, на ткани были наклеены звёздочки, вырезанные из фольги. Она чем-то напоминала Снегурочку, которая пришла рассказывать стих своему Деду Морозу. Либо новогоднего антуража добавляли гирлянды, освещавшие ее тело с переливанием и бликами.
— Егор, позволь, я расскажу тебе немножечко предыстории об этом стихе, мне почему-то кажется, что это важно.
— Рассказывай.
— Ты как поэт поймёшь, некоторые идеи буквально летают воздухе. Ты пытаешься подойти к ним с разных сторон, но они в какую не ложатся на бумагу. И так пытаешься, и этак, — Аня вздохнула. — А потом происходит что-то, что как бы сразу расставляет всё по своим местам. И стих от этого льется как ручеек, одним сплошным потоком. Мой стих из таких, он давно уже витал в моей голове, и вот только вчера я села и сразу его написала. Послушай.
  
Она начала декламировать стих, краснея и смущаюсь, как будто никогда до этого не рассказывала стихов на публику. Я слушал, в который раз поражаясь её таланту. Стихи у Ани были проникновенные и брали за душу.И на какое-то мгновение у меня возникло ощущение, что это стихи посвящены мне.
Вслушивался дальше, строчка за строчкой, и понимал — я не ошибся.
— Сквозь тишину, сквозь стужу… — шептала сбивчиво Аня. — Я всё равно пойму — насколько ты мне нужен…
Закончив стих, она вдруг сбросила с себя простыню, которая упала на пол. Под тканью ничего не было. Я увидел её прекрасное тело в свете мелькающих гирлянд. Какие нежные плечи, а руки ждут момента, чтобы обвиться вокруг меня… Но она, застыв, не решалась ко мне подойти.
Я встал, шагнул сам к своей Снегурочке и нежно поцеловал её в губы. Только не как целует внучку Дедушка Мороз, а по-настоящему…
  
Глава 15
 
Когда я проснулся утром следующего дня, меня уже ждал завтрак от Ани. Вот это я понимаю! На столе перед диваном, на котором мы не спали всю ночь (если не считать последнего часа), меня ждал поднос с яичницей и поджаренной колбасой, а также кружка чая.
— Просыпайся, доброе утро! — Аня стояла возле зеркала и расчесывалась.
Я, конечно, улыбнулся в ответ, но полностью прочувствовал на себе правильность слов о том, что утро добрым не бывает. В глазах у меня словно был песок, а тело явно требовало отдыха после акробатических ночных упражнений.
На Ане была пижама, но даже нелепый фасон никак не скрадывал её женственность, и невооруженным взглядом было видно, что девчонка аж вся светится. Я зевнул, потянулся, с трудом разлепляя глаза. Поскольку ночка выдалась бессонной, я бы с удовольствием повалялся в кровати ещё, в идеале — до полудня. Можно было и не выйти сегодня на работу, но всё-таки впереди предстоял важный день. А там не так далеко выходные, может, в субботу удастся как следует выспаться.
Я, наконец, поднялся и сел на краю дивана, довольно потерев себя ладонями. Аня закончила возиться с волосами у зеркала, отложила расческу и взглянула на себя напоследок.
— Ты пока покушай, а я схожу душ, я как раз там очередь занимала, — шепнула она.
— Спасибо, неожиданно, но очень приятно, — ответил я.
Аня подкралась ко мне на цыпочках, чмокнула в губы, игриво улыбнулась. Я потянул её на себя, не прочь продолжить то, чем мы занимались всю ночь напролёт, но девчонка напомнила, что через полчаса нам уже надо быть на рабочих местах, и выскользнула из комнаты. Я покосился на настенные часы — и правда, проснулся я всё-таки позже, чем обычно. Времени было двадцать минут седьмого. Аня явно старалась меня не будить и всё-таки дала чуточку поспать.
Завтрак оказался отменным. Не зря умные люди говорят, что когда женщина готовит еду с любовью, она получается особенно вкусной. А может, у меня просто аппетит разыгрался на фоне последних событий. Вообще, я впервые за очень долго время проснулся с женщиной в одной кровати, чтобы вот так полноценно и осознанно. Я с удовольствием съел яичницу, выпил чай и закончил с завтраком как раз тогда, когда Аня вернулась из душа.
— Спасибо, ты великолепно готовишь, — я от души поблагодарил её.
— Подумаешь, яичница, — отмахнулась она, засмущавшись. — Если хочешь, я могу приготовить что-нибудь куда более интересное! Вот что ты любишь? Давай я тебе это приготовлю!
— Все, — я пожал плечами, какими-то особыми гастрономическими познаниями я никогда не обладал. — Так что буду ждать.
Я ожидал подобие серьёзного разговора — о том, как будут у нас складываться отношения дальше. Но нет, Аня не стала заводить эту тему.
Я пошёл в санузел, принял контрастный душ, что позволило более или менее прийти в себя. И примерно через полчаса выполз на работу. Выходя из общаги, поймал себя на мысли, что всё складывается в жизни слишком уж идеально. Хотя, хрен его знает, может, я рано делаю выводы, но время покажет.