Завод-3: назад в СССР (СИ)

Я решил дождаться, пока с перекура вернётся Серега, и, пока ожидал, перекинулся парой слов с Аней.
— Егор, приходил главный редактор, тебя искал, — сообщила мне девчонка.
— Да? — удивился я. — Чего хотел?
— Не сообщил, но сказал, что ты, когда узнаешь — будешь прыгать до потолка! — Аня искренне заулыбалась, вытягивая передо мной руки ладонями вверх. — представляешь, когда он говорил, у меня аж ладошки вспотели!
Девчонка даже сейчас от предвкушения поёжилась. Мне тоже было интересно, что же такого хочет мне сообщить главред. Но идти сейчас в редакцию не было времени, поэтому я уточнил у Анюты номер внутреннего телефона Лютиковича.
— Не, уже как полгода не работает, — сказала она и шепотом добавила. — Говорят, когда писал стихи — разбил… что-то там у него не получалось с рифмой.
Я припомнил, как застал главреда среди кучи скомканной бумаги. Стихи у него явно рождались в творческих муках.
— Ясно, обязательно зайду после работы, спасибо, Ань, что передала, — заключил я.
Контролёр не спешила уходить и внимательно на меня смотрела.
— Ну, а ты новые стихи пишешь? — заговорщицким тоном спросила она, и оглядевшись, еще тише добавила. — Если тебе понадобится какая-то поддержка в поиске вдохновения, как тогда с песиком, я готова тебе помочь! Только скажи…
Дальше она рассказала, что тоже попыталась поискать вдохновение самыми неожиданными способами.
— И один из них работает, представляешь?
— Какой? — поинтересовался я.
— Это нужно не рассказывать, а показывать, — заверила Аня. — Когда будет время, загляни ко мне, я с тобой поделюсь своим секретом.
Я пообещал контролёрше зайти к ней в самое ближайшее время — как знать, а вдруг и мне пригодится такое вдохновение. Для новых рацпредложений, например.
Наконец, я увидел Серёгу, вернувшегося с курилки, и подозвал его к себе:
— Серый, на минутку.
— Как раз хотел спросить, как ты сходил? — подошел мастер.
— Плодотворно, их начальник Иван Иваныч выбивает единицу под меня, — и я вкратце пересказал Серёге, как мне удалось этого добиться.
Мастер с интересом выслушал и протянул мне руку.
— Поздравляю! Я, зная Иваныча и его, скажем так, не самое благосклонное отношение к нашему цеху, думал, что ты только несколько недель будешь пороги его кабинета обивать. Но с качалками это ты хорошо придумал, они ж для обоих цехов, как заноза в заднице!
Я в двух словах объяснил, что мне теперь нужно вызвать технолога и внести изменения в технологию производственного процесса по позиции 54/21.
— А что за изменения?
— Если в двух словах, то изменения такие, что больше не придется туда-сюда бегать и браковками отмахиваться.
— А если подробностями? Я не спешу, — с заинтересованным видом попросил Сергей Алексеевич.
Поэтому я и рекомендовал его старшим мастером Роме — мужику действительно были интересны такие подробности, делом он горел. Я объяснил Серёге задумку, тот задал несколько уточняющих вопросов и, выслушав ответы, широко развёл руками.
— Вот это мысль, такое очевидное решение, а ведь никто и не догадался, — честно сказал он. — Теперь неудивительно, что Иваныч тебя согласился взять, с твоим третьим разрядом и с опытом работы в месяц. Голова, Егор! Сейчас вызову технолога, ты ему всё по уму объяснишь.
Серёга прямо при мне позвонил в техбюро и попросил моего соседа Валентина придти.
— Да, все верно, Валь, надо изменения в технологию производства вносить. Чем быстрее, тем лучше.
Мастер повесил трубку и как-то замялся, явно что-то хотел мне сказать, но не знал, с чего начать. Я с выражением на него посмотрел — мол, ну что там, не тяни резину.
— Кстати, Егор, можешь меня поздравить! — наконец, выдал он.
— Ну-ка, с чем поздравлять? — притворно удивился я.
— Рома предложил мне занять место старшего мастера! — выпалил Серёга. — Говорит, что со знающими людьми в цеху посовещался, и те предложили ему мою кандидатуру, ну а он её одобрил!
Я видел, как глаза теперь уже старшего мастера, горят радостным блеском. Для него такое назначение было прежде всего признанием заслуг и, конечно, стало долгожданным.
  
— Поздравляю, мужик, ты это заслужил, ты за дело болеешь, а не за свой карман, — я не стал говорить, что знающим человеком, с которым советовался Рома, был именно я. — Кто же теперь у нас будет мастером на участке? В чьи руки, так сказать, передашь?
— Вот чего не знаю, того не знаю, — пожал плечами Сергей. — Роман Викторыч на планерке сказал, что ему на эту тему ещё подумать надо. Ты, кстати, к нему загляни. Он как услышал, что ты на ту территорию поехал, сразу попросил передать тебе, чтобы как вернулся, зашёл к нему в кабинет. Передаю. Ты смотри, Егор, — он снова посмотрел на меня очень серьёзно, — это может быть твой шанс, Ромка за спецов обеими руками всегда держался.
Я заметил, что Серёга постоянно путается, называя нового начальника цеха то Ромкой, то Романом Викторовичем. Этика, скажем так, указывала на то, что начальника следует называть по имени и отчеству. Можно на «ты», но обязательно с отчеством. А Серёга, столько времени проработавший бок о бок с новым начальником, никак не мог к этому привыкнуть.
Я решил не откладывать дело в долгий ящик и сразу пошёл к Роме в кабинет.
— Роман Викторович вас ждёт, — мило сообщила мне секретарша, улыбаясь и тем самым как бы давая понять, что она в курсе всего происходящего.
— Кстати, Егор, ты пропуск забыл сдать, но я тебя уже отметила, как пришедшего, — защебетала она.
— Спасибо, я как обратно пойду, так положу пропуск, — ответил я.
— Да ладно тебе, сегодня можешь не сдавать, — секретарша прямо давала мне понять, что отныне видит во мне союзника.
Нет, дружить семьями и проводить совместный досуг я с ней не собирался, но такие связи мнев будущем явно не помешают.
Я зашёл в кабинет, где Рома уже примерился к креслу начальника — и, надо сказать, смотрелся в нём весьма органично. Гордость его так и распирала. Если у Сереги была мечта стать старшим мастером, то Рома так же горел желанием оказаться в кресле начальника.
— Ну что, как сходил? — с порога спросил он.
— Через месяц берут, обо всем договорились.
На лице Ромы появилось удивление. Как и Сергей, он хорошо знал Иваныча по работе, потому оказался удивлён такому решению.
Действительно, договориться с Иванычем было крайне непросто, за время моей работы он не раз давал от ворот поворот рабочим даже с пятым разрядом. Однажды не взял мужика на шестом разряде — но там уже была своя история, тот работяга нешуточно выпивал… При этом «с улицы» в цех было не попасть, он искал спецов внутри предприятия, с опытом работы. А находя, брал их с понижением разряда. Если у рабочего имелся четвёртый разряд, подтвержденный в другом цеху, то Иваныч брал кандидата на третий, а если пятый — то на четвёртый. И люди не отказывались от таких условий.
Зная эту кухню, Рома спросил, на какой разряд берут меня.
— Пока не знаю, быть может, снова в ученики, — я пожал плечами. — Главное, что берут.
Зазвонил телефон, Рома с непривычки вздрогнул, но тут же снял трубку.
— Начальник седьмого цеха, Клименко, — с гордостью выдал он в динамик. — Да, здравствуйте! Спасибо, да, работаю…
Рома покосился на меня и, тыкнув в динамик трубки пальцем, прошептал: — Иваныч звонит… есть такой архаровец, да, Егор Кузнецов, возражений по переходу не имею!
Иван Иваныч, соблюдая корпоративную этику, решил позвонить и лично удостовериться, что с моим начальством всё обговорено.
— До свидания, — Рома положил трубку, выслушав ещё какую-то реплику от Иваныча, и многозначительно посмотрел на меня. — Епрст, Егор, ну ты даешь!
И выдал небольшую театральную паузу.
— Что такое? — подыграл я ему, хотя уже догадывался, что сказал Роме Иван Иваныч.
— Он тебя на четвёртый разряд сразу берет! Сколько здесь работаю, первый раз такое вижу!
Я, положа руку на сердце, сам удивился. Решение действительно было из ряда вон.