Мы, Николай II (СИ)

— Зато Вы Император Всероссийский, царь Польский, а также Великий Князь Финляндский, а мой чин, понимаешь, соответствует лишь чиновнику 3 класса, — Куропаткин хитро улыбнулся.
— Предлагаю отставить меряться чинами, — я чуть заметно улыбнулся. — Поговорим о деле.
— Дел много. В первую очередь необходимо улучшить командный состав армии, условия службы и быта офицеров, понимаешь, внести большую справедливость и равномерность в прохождении службы, увеличить оклады и отпуск.
— Как будем улучшать командный состав?
— В первую очередь, займёмся реформой общего уровня образования офицеров, двухлетние курсы всех кадетских корпусов предлагаю заменить трёхлетними, так как объём информации, понимаешь, ежегодно увеличивается. Также займусь Академией Генштаба. Там и состав преподавателей стоит обновить и материальную базу улучшить. Сроки прикомандирования офицеров генерального штаба к строевым частям стоит увеличить, чтобы теория, понимаешь, подкреплялась практикой.
— В целом по улучшению материальной базы какие предложения?
— Тут, понимаешь, пища, одежда, жилище, много вопросов, особенно у младшего офицерского состава. Средств, понимаешь, не хватит. Потому начнём с ремонта казарм, введём чайное довольствие, походные кухни, а также разовьём сеть солдатских лавочек и чайных. Если немного оклады приподнять, смотришь и армия воспрянет. Опыт закупки провианта у производителей, понимаешь, нарабатывать надо, производство консервов с длительным сроком хранения наращивать и галет, соответственно полевые хлебопекарни будем внедрять. А для управления всем этим хозяйством, понимаешь, учредить планирую интендантский офицерский курс, чтобы были у нас свои снабженцы, в финансах и организации снабжения разбирающиеся.
— А что по вооружению?
— С поставкой лошадей уже порядок навожу. По артиллерийской части срочно требуется перевооружение ручным огнестрельным оружием и 76-мм скорострельными пушками, закупаем первые пулемёты и формируем первые пулемётные роты, внедряем новые образцы крепостной и осадной артиллерии.
— Советую также присмотреться к опыту англичан по созданию и оснащению бронепоездов, кстати, есть у меня предчувствие, что скоро появятся бронепоезда на гусеничном и колёсном ходу, — более прямого намёка на появление танков я дать не мог. — Кстати, присмотритесь к стали Гадфильда, его эксперименты по использованию добавок, улучшающих свойства этого материала, сейчас активно проводят немцы.
— Это момент, понимаешь, я отдельно хотел обсудить. Внешнюю разведку необходимо улучшать и укреплять кадрами, также много средств понадобится.
— В этом направлении отказа не будет. Прошу сосредоточиться на двух моментах — промышленный шпионаж и контрразведывательная деятельность по недопущению вмешательства иностранным держав в наши дела. Думаю, логично будет развивать одновременно оба направления.
— Слушаюсь, Ваше Величество. Я вот ещё что задумал — сборы полевые, манёвры, учёбу на местности надо активнее использовать. Теории без практики грош цена. А для этого сразу попрошу 1,5 миллиона рублей на покупку участков, так как своих земель для этой цели у нас нет. В организационном отношении предложение также есть: штабы Петербургского, Московского, Одесского, Киевского, Туркестанского и Приамурского военных округов преобразовать по образцу западных пограничных военных округов. Главный штаб также, понимаешь, требуется переформировать, выделив в его составе управления: генерал-квартирмейстерское, дежурного генерала, военных сообщений и военно-топографическое для лучшего взаимодействия с окружными штабами.
— Да, уважаемый Алексей Николаевич, дел невпроворот.
— А мы, понимаешь, потихоньку, Николай Александрович, — хитрая улыбка заиграла на лице Куропаткина. — Потихоньку. Всё успевает тот, кто никуда не торопится.
— Да, порядка 8 лет на всё про всё у нас есть?
— Что Вы этим хотите сказать?
— По имеющимся у меня данным, — я сболтнул лишнее, ведь о войне с японцами в данный момент никто даже не помышлял, теперь нужно было красиво выкручиваться. — Особо секретным данным — наш восточный сосед — Япония активно готовится к войне с нами. Собираюсь основательно обсудить эту тему с управляющим Морским министерством Павлом Петровичем Тыртовым. Вы лично знакомы?
  
— Близко не знаком, по службе несколько раз общались, нормальный мужик. Но японцы то, мать их, понимаешь, за ногу… — со всей искренностью произнёс Куропаткин, улыбка сошла на миг с его лица, но вскоре заиграла вновь. — А мы готовиться будем, Ваше Величество, серьёзно готовиться.
— Это правильно, и ещё про казаков не забудьте, вплотную прошу заняться улучшением их благосостояния и земельного устройства. На эту силу мы будем опираться при возникновении проблем внутренних…
  
Глава 9
 
УСКОРЯЙСЯ, ЕСЛИ ХОЧЕШЬ БЫТЬ ЗДОРОВ
 
В последнюю ночь перед возвращением в Санкт-Петербург мне приснился кошмар — при огромном стечении народа я нечаянно назвал Петербург Ленинградом. Хорошо хоть про выстрел Авроры не разболтал. Как там в анекдоте — в этот день, как никогда, Штирлиц был близок к провалу…
Проснулся я от стука капель дождя по окнам. Небо затянуло серыми тучами, дождь был не майский, а какой-то моросящий, осенний.
— Я не буду целовать холодных рук, в этой осени никто не виноват, я уехал, я уехал в Петербург, а приехал в Ленинград, — напел я с улыбкой знакомую песенку, и вдруг мне стало безумно грустно — куда забросила меня злодейка-судьба, даже до рождения Гурченко и Моисеева ещё десятилетия, что уж говорить о временной пропасти с миром, близким и понятным мне. Очень захотелось отдохнуть от дел, посидеть и спокойно поболтать с кем-то, к примеру, с царственной супругой.
Александра Фёдоровна сидела за столиком напротив и очень маленькими глотками пила крепкий бразильский кофе из любимой кофейной чашечки. Это было единственное действенное средство, которое придавало ей на какое-то время бодрости и сил.
— Ники, майн либе, ты совсем меня не замечтаешь.
— Замечаешь, дорогая, — я открыто улыбнулся супруге. Эта женщина, безусловно, заслуживала внимания и уважения. Она была мила, прекрасно образована, трудолюбива, по-своему хозяйственна. Верная супруга, многодетная (если ничего не изменится) заботливая мать. Конечно, здоровье Аликс оставляло желать лучшего, болела она много и часто. Беспокоили ноги, мучала подагра, хроническими были проблемы с сердцем и сосудами, периодически случался грипп (они здесь называли его инфлюэнцией). Но основной проблемой была истерия, о которой я знал ещё из прочитанного в прошлой жизни. Пока эта болезнь практически себя не проявляла, ведь рождение больного наследника пока не случилось, но я-то, как никто другой знал, что ген гемофилии В, унаследованный Аликс от своей царственной бабки — английской королевы Виктории, затаился в её организме и уже готовился к внезапному нападению на наших детей. Единственный ген в хромосоме Х, а какие страшные последствия для России и всего Мира он имел. Кстати сказать, и в XXI веке заболевание является очень сложно излечимым. Помогает только введение свежезамороженной донорской плазмы и концентрата фактора свёртывания, а ещё препарат «Хемдженикс» по цене 3,5 миллиона долларов за дозу. Доллары на царском посту я бы, конечно, достал, но вот «Хемдженикса» в XIX веке не было и в помине.
— Ты весь в делах, планах, мыслях, но твоя семья тоже требует внимания, — Аликс холодно улыбнулась и спичкой зажгла папиросу в элегантном вытянутом мундштуке.
— Всё ради семьи, дорогая, всё ради семьи, — я не лукавил, все мои действия с момента появления в этом сюрреалистическом спектакле жизни были направлены на изменение хода исторических событий, но ускоряя их, вполне возможно я не откладывал, а ускорял и нашу общую гибель.
— Отдохни, поговори с умным человеком. Отец Иоанн Кронштадтский просил передать, что у него было видение, — Аликс обожала всё религиозно-мистическое, загадочное и неизвестное.
— Видение?