Возвращение Безумного Бога 2 (СИ)

То, что я сделал — было крайне опасно. Но… я не мог по-другому. Не мог оставить Айсштиль этому зверью.
— Эстро… — в шоке прошептала она, — Что ты…
Я молча приклеил Страницу ей прямо на лоб, полностью закрыв лицо.
— Тише… — ласково произнес я, смочив свой палец в остатках Энергии Бездны, — Всё будет хорошо.
Я написал на белом листе одну фразу:
 
Полная Архивация Ледяного Мира Мертвых.
 
После чего закрыл Книгу Судьбы и коснулся узоров на ее обложке. Те вспыхнули на мгновение, превратившись снова в амулет-мозаику. Я быстро набрал на нем новую комбинацию, и резко поднес его к белоснежному листу на лице Айсштиль. Тот снова вспыхнул, превратившись в характерные узоры, застывшие на белой поверхности листа.
И теперь уже весь Мир Мертвых вздрогнул до основания. Ледяная пустошь, статуи воинов и монстров, гигантский глаз — все начало распадаться на частицы, обращаясь в Ничто…
И даже тело Айсштиль начало распадаться на мельчайшие снежинки и кристаллы льда.
— Эстро… что происхо… — прошептала она, прежде чем исчезнуть. В воздухе осталась лишь мерцающая тень от ее больших ледяных глаз.
— Всё хорошо, — я попытался обнять ее и успокоить, но мои руки зачерпнули лишь пустоту.
Тень Айсштиль окончательно развеялась. А я развернулся и выскочил наружу, следом за остальными. Яркий сверкающий Разлом за моей спиной захлопнулся.
Стоило мне вернуться в реальный мир, как меня тут же скрутило. Боль, словно раскаленный кнут, с неимоверной силой полосовала каждую клеточку моего тела, рвала на части, сводила с ума.
Вырванная страница Книги Судьбы опустошила мои духовные потоки, заставляя их метаться в безумной агонии, пытаясь восстановить утраченную связь. Это ощущалось как тысячи обжигающих разрядов, пронзающих меня насквозь, разрывающих на части. Мир вокруг расплывался в тумане искаженных, пульсирующих красок, звуки доносились будто сквозь толщу воды.
Сквозь этот кошмарный гул я различал взволнованные, обеспокоенные голоса:
— Костя⁈ Костя, ты меня слышишь⁈ Очнись, ну же! — это была Настя, ее срывающийся и полный тревоги голос с трудом пробивался сквозь звон в ушах.
Я видел лишь тени вокруг. Кажется, девушка метнулась ко мне, яростно хватая за плечи, заглядывая в глаза.
— Да что с ним такое⁈ Почему он так мучается? Быстрее, помогите ему, твари тупые! Если он сейчас умрет, я тут всех поубиваю! — она буквально рычала, срываясь на крик и сверкая безумными глазами.
Я впервые видел Настю, обычно крайне спокойную и флегматичную, в таком… безумном состоянии.
— Держите его крепче, сейчас сделаю укол! — раздался чей-то незнакомый голос.
Я попытался что-то сказать, предупредить их, но из моих губ вырвался лишь хриплый, сдавленный стон. Боль разрывала меня на части, лишая сознания и воли. Укол в руку обжег, вызывая новую волну агонии, и темнота тут же поглотила меня, забирая прочь от этих мучений. Но перед тем как окончательно отключиться, я уловил отчаянный, срывающийся крик Насти и пульсирующее биение собственного сердца в ушах.
* * *
Кабинет князя Дмитрия Кривотолкова поражал своей аристократической роскошью. Массивные дубовые панели стен и высокие окна в пол создавали ощущение уединенности и величия. Тяжелые шторы из темно-красного бархата закрывали окна, погружая помещение в полумрак. В дальнем углу кабинета находился камин с высеченным над ним гербом рода Кривотолковых. Языки пламени мерцали в его мраморной раме, отбрасывая зыбкие отблески на стены.
Весь интерьер дышал мощью и авторитетом. Огромный письменный стол из темного дерева, заваленный бумагами и документами, возвышался в центре, словно трон. За ним в глубоком мягком кресле восседал сам граф Кривотолков — суровый и неприступный, как скала. Он глядел на монитор компьютера, просматривая текущие котировки акций.
В какой-то момент по его лицу скользнула хищная улыбка.
— Кажется, пришло время брить стадо… — с довольным видом произнес он и протянул руку к телефону.
В дверь постучали.
 
— Войдите, — коротко бросил князь, одновременно нажимая кнопку вызова на телефоне.
В помещение вошел его сын, Олег Кривотолков. Выглядел он… как побитая собака, а смотрел на отца… тоже крайне виновато. Гипс с забинтованной руки он уже снял, та практически выздоровела.
Князь Дмитрий Кривотолков возвышался над сыном, словно грозная скала. Его суровое, изборожденное морщинами лицо излучало ауру непреклонной силы. Орлиный нос и холодные серые глаза придавали ему облик хищника, готового в любой момент настигнуть свою добычу. Коротко остриженные седые волосы лишь подчеркивали его властный и решительный вид.
— Ну, рассказывай, как ты облажался, — произнес он. Одновременно он начал разговор по телефону, — Привет, Сергей. Да… Да, это защищенный канал. Время пришло, скупай все те акции, о которых мы говорили неделю назад. Да, вваливай на рынок всё, что есть. А те активы… сам знаешь какие… все сбрасывай… да, всё, полностью.
Олег нервно сглотнул, чувствуя на себе тяжелый, пронизывающий взгляд отца. Его руки едва заметно дрожали, а голос слегка дрогнул, когда он начал рассказывать о событиях на дуэли. Олег старался держаться прямо, но внутренне сжимался под гнетом отцовского взгляда.
Князь, одновременно слушая Олега и ведя разговор по телефону, отошел к окну, любуясь на ночной город. Они находились в высотном здании бизнес-центра, принадлежащего семье Кривотолковых.
— Спецам передай, путь ломанут аккаунт того клоуна и опубликуют пару постов от его имени, — продолжал он, — Прогреют миллионы его подписчиков… Он, конечно, напишет опровержение, но пофиг. Паника поднимется и сыграет нам на руку.
Когда Олег закончил свой рассказ о событиях на дуэли, он сжал кулаки от ярости.
— Всё, бывай, — он закончил разговор и нажал отбой на телефоне. После чего резко повернулся к сыну, — Так ты говоришь, что этот выскочка Безумов победил Шмидта? — процедил Дмитрий сквозь зубы, — И это после всего, что мы с этим щенком сделали? После того, в какого инвалида его превратили…
Он резко развернулся и с размаху ударил Олега кулаком в лицо. Тот отшатнулся, схватившись за пылающую щеку.
— Ты, ничтожество! — прорычал Дмитрий, — Как ты мог так опозориться?
Олег испуганно отступил, прижимая руку к щеке.
— Отец, я… я пытался, но Безумов оказался сильнее. Он словно взбесился, когда выпил то зелье! Я не ожидал… А потом еще тот Разлом…
Он умоляюще смотрел на отца, пытаясь оправдаться, но каждое его слово лишь усугубляло ситуацию.
Дмитрий обрушил на него новый град ударов, повалив на пол.
— Не ожидал? Ты что, совсем дурак? Константин — хитрый и изворотливый щенок! Он как-никак сын Ивана Безумова, моего сильнейшего противника! Конечно, он будет использовать любые средства, чтобы победить. А ты, размазня, даже этого предусмотреть не смог!
Осознавая собственную беспомощность перед лицом разъяренного Дмитрия, Олег съежился, словно загнанный в угол зверь. Его лицо исказилось страхом, а в глазах мелькнула паника.
Князь схватил Олега за грудки и притянул к себе, сверля его яростным взглядом.
— Теперь из-за твоей бездарности весь план рухнул! Мы должны были навеки покончить с этим проклятым родом Безумовых. Они — угроза для нашего клана, для всего нашего будущего! Мы убили их княгиню, превратили князя в бесполезный овощ, гадящий под себя… Конечно, Константин либо кто-то из его потоков захочет отомстить! Это дело чести. Ты это понимаешь своим крохотным мозгом?
Олег испуганно закивал головой.
— Отец, я… я исправлюсь, обещаю! Дай мне еще один шанс, я обязательно…
Дмитрий презрительно оттолкнул его, брезгливо поморщившись.
— Нет, на тебя нельзя положиться. Теперь этим вопросом займусь я лично.
Он подошел к столу и достал из ящика толстую папку, раскрыв ее перед Олегом.
— Вот, полюбуйся. Это досье на Константина Безумова. Здесь все о нем, что добыли мои соглядатаи, начиная с графика дня и заканчивая цветом его трусов. И если верить последним сведениям в досье, Константин очень сильно изменил свой привычный распорядок дня, а его здоровье резко пошло в гору… Это странно, особенно с учетом его уверенной победы над Вольдемаром. Не говоря уж про закрытие Разлома в одиночку и про прирученных Аномалий. В этом надо обязательно разобраться.