Упал. Очнулся. Папа! (СИ)
Ждала его полгода, как последняя дура — все же любовь у нас с ним была, хотелось верить, что на всю жизнь.
А он вдруг письмо написал, что у него теперь есть другая, и у них скоро будет ребенок. Что по большому счету я сама виновата в том, что не сложилась семья у нас. И все-таки он понимает, что поступил некрасиво, поэтому просит его простить, а заодно и развод дать. И что, если я хочу сохранить детям его фамилию, то он не против, но алименты готов платить только Стёпке.
Глава 23
В общем, наревелась я тогда на всю жизнь вперед! Назарекалась, называется! А когда поняла, что плачь не плачь, а ничего уже не изменить — взяла себя в руки. Ничего не выясняла и не писала, дала мужу развод и обрубила концы. Фамилию тоже хотела сменить, но все не до этого было. Как только Сонечка ножками пошла, я устроилась работать в местный кондитерский цех оператором, а потом и место младшего экономиста заняла. Правда, на полставки.
Мама очень помогала, и подруги тоже, чем могли. А вот Славка с алиментами пропал — не везло ему что-то с работой.
Поначалу очень сложно было — школа в одном конце городка, садик в другом, работа в третьем. С транспортом и поликлиникой беда. Как-то раз приехала Тамарка, посмотрела на наше провинциальное житье-бытье, и сказала, что, если я хочу сделать карьеру и твердо встать на ноги, нужно возвращаться в город. Да, легче не будет — в первое время так точно, но они с Костиком и Лизой помогут. Я ведь у них умная, лучше всех в классе училась, мне бы только почву под ногами ощутить.
И помогли.
Первое время мы поселились на даче у Лизиных родителей. Было лето, Синичкина взяла отпуск и жила с нами, а я искала работу. А потом уже и квартиру сняла.
Потихоньку все стало налаживаться — особенно после знакомства с Матвеем Ивановичем и приходом в «Сезам». Все, кроме личной жизни — вот на нее не хватало ни сил, ни средств, ни желания. Я вообще стала думать, что не очень-то она мне и нужна, эта личная жизнь. Мужчины, конечно, внимание обращали, но легких отношений я не искала (Тамарка считала, что еще не дозрела до них), а в существование такого чудака, который полюбит не только меня, но и моих детей, после Славки уже не верила.
Такое только в кино и бывает, а нам и вчетвером неплохо!
Одна только мама надеялась, что я еще встречу своего мужчину. Может быть, и не принца голубых кровей, но обязательно хорошего человека, который станет мне мужем, а ее внукам папой.
Мечтательница! Ха, интересно, когда и где?
Ну и ладно, мамам верить не запретишь, а мне работать надо и детей растить. Мне совсем не до этого. Вон, уже нашла «папу» на свою голову, теперь страшно в собственной квартире с ним встретиться.
Мое утро в выходные дни всегда начиналось с кухни, а день шел по привычному укладу. Проснуться, умыться и детворе что-то вкусное приготовить. Потом сбегать в магазин, успеть погулять с младшими, убраться в квартире, постирать, приготовить ужин, ну а вечером проверить уроки. Всё, как у всех, поэтому сейчас, открыв холодильник, я всерьез задумалась: а что, собственно, приготовить на завтрак? Детворе любимые сырники со сметаной и малиновым топингом — это понятно, а Воронову что? Он не просто мужчина крепкий, он педант по жизни. Следит за телом, а значит и питается хорошо — наверняка зелень, орехи, мясо и еще раз мясо предпочитает… Такое меню мой бюджет долго не выдержит. Но он мой гость, а это немаловажно. Скажет потом, что вредная Петушок его голодом морила.
М-да уж, муж в семье — целая проблема!
Сырники приготовила на всех. А подумав, еще и тосты запекла с ветчиной и сыром — решила, что к обеду схожу в магазин и что-нибудь посерьезнее придумаю. Дети уже проснулись и играли со мной рядом — Степка носился с трансформером, Сонечка собиралась кормить Катю, а Риточка читала книжку о Гарри Поттере. В единственную комнату в квартире, где висел телевизор и спал «папа», детям заходить было строго-настрого запрещено. А это означало, что мультики подождут. Еле уговорила потерпеть!
Закипал чайник, я расставляла тарелки на столе и думала о том, будить Воронова или нет. Сейчас или позже? А если сейчас, то что ему сказать? Здравствуй, привет, или просто «Доброе утро»?
Но он вдруг появился сам.
Вошел в кухню в одних спортивных брюках — взъерошенный и мрачный после сна, с проступившей на скулах щетиной, остановился на пороге и как-то уж очень пристально на меня посмотрел. Я бы даже сказала, с подозрением в глазах. Смерил взглядом с головы до ног, задержав его на моей футболке до бедер и домашних леггинсах.
Душу мгновенно пронзил страх. Неужели вспо…
— Что это? — Воронов поднял руку, и я увидела перед собой мужские тапки.
Ну вот, обошлись без приветствия, а я так переживала.
— Тапки, — осторожно ответила, не понимая, к чему он. — А что?
— Чьи?
Честно говоря, тапки были Костика — совсем новые, Тамарка на всякий пожарный принесла — вдруг пригодятся для достоверности картины. Она и пижаму принесла, и пару футболок с носками, новую зубную щетку и даже гель для душа не пожалела мужской. Позавчера она точно соображала намного лучше меня и помогала с воссозданием семейной обстановки.
Кажется, меня ждал какой-то подвох, но какой именно — прочесть во взгляде Воронова не смогла. Поэтому выдала единственно возможный в данном случает вариант:
— Т-твои.
— Мои?! — разжал жестко сомкнутые губы Воронов. — Да они на три размера меньше! У тебя что, кто-то есть кроме меня? — неожиданно выдал. И главное гневно так, будто он и вправду мой муж. — Кто здесь был, пока я лежал в больнице?!
Верите, я онемела! Тон шефа мне был хорошо знаком — этим он меня не удивил, а вот подтекст… К нему я оказалась совсем не готова.
— А?
Зато Воронов не растерялся и обратился с вопросом к «свидетелям».
— Дети? К маме кто-нибудь приходил, пока меня не было? — строго вопросил, и попробуй такому не ответить. — Например, незнакомый дядя?
Стёпка с Соней переглянулись, открыли рты и покачали головками — нет, мол. Я застыла столбом, но, слава богу, Риточка сориентировалась — даже и не ожидала от обычно молчаливой с чужими людьми племяшки. Перевернула невозмутимо страницу в книге и спокойно ответила:
— Это тебе тетя Тома подарила. Купила со скидкой и принесла. Не переживай, никого здесь не было, только мы.
Теперь озадачился Воронов. Опустив тапки, дождался, когда девочка поднимет на него глаза и задал логичный вопрос:
— А зачем подарила? Они ведь мне малы.
— Ну, не знаю, — Рита пожала плечами. — Вы всегда друг над другом подшучиваете, — неожиданно нашлась. — Может, не надо было ей говорить, что у тебя старые порвались?
— Даша, это правда? — повернулся ко мне шеф, и я бы рада ему ответить, но теперь меня от его «Даши» заклинило. Да что ж такое-то!
Но все-таки кивнула неуверенно:
— Ага. Вы с Томой такие шутники… ха, оба! Обхохочешься! Ты это… завтракать будешь?
Завтракали молча, с трудом разместившись за небольшим кухонным столом. Воронов не капризничал, ел все, что предложила, а я старалась на него не смотреть — ну и торс! О плечах лучше вообще не думать. Как-то не привыкла я видеть начальство без рубашки и галстука.
Закончив, какое-то время смотрел на всех нас, потом встал, сказал: «Спасибо» и, сообщив: «Я в душ», ушел, позволив мне наконец-то выдохнуть.
На то, что новый «муж» не приучен за собой мыть тарелку — я махнула рукой. Он и в офисе с кофемашиной самостоятельно справиться не мог. Проводив взглядом красивую мужскую спину, решила не быть гордой и считать это ответственным заданием — все-таки жизнь ему спасаю! Но когда уже возилась у мойки, расставляя посуду, неожиданно вновь услышала глухое «Даша!». И прозвучало оно из ванной комнаты.
Хм. Обсушив руки полотенцем, я вышла из кухни и остановилась у нужной двери. Шикнув на малышей, чтобы не торчали рядом, спугнула их в детскую.