Афера (для) миллионера (СИ)

— Мне, видимо, вообще тебя из дома лучше не выпускать, а?
— М-макс… — ее потерянный голос вызывал раздражение, которое очень хотелось сорвать на Саше.
Тот сидел на корточках у слегка пожелтевшего уже куста и, приподнимая его рукой, издевательски звал Лену, умоляя ее о прощении. Макс кинул в него полупустой бутылкой воды, попадая в плечо.
— Эй, ну ты чего?! — вскинулся он, — Нашлась потеряшка, так радуйся!
— Ты где? — ласково проворковал он в трубку, чтобы не напугать.
— Я у дома. Макс, я…
— Заходи пока, я скоро подойду, — он поднялся, тут же направляясь в сторону дома, — И извини за Сашу, ладно?
— Нет, это ты…
— Лен, мы дома спокойно поговорим, только обещай никуда не убегать, хорошо? Я очень волновался, что ты не берешь трубку.
***
— Я уже спрашивал у Саши, теперь спрошу у вас обоих, — Максим улыбался, но мне почему-то было слегка не по себе; судя по тому, как ерзал и отводил глаза Саша, ему тоже, — Я похож на идиота?
Сразу, как он вошел, я кинулась извиняться, но он меня одернул, усадил нас всех с чаем на любимый мягкий ковер в гостиной и теперь у меня почему-то было ощущение, что Максим — это наш с Сашей учитель, который отчитывает нас за попытку списать на экзамене. При мысли о Максе-учителе накатило легкое возбуждение, и я нахмурилась, пытаясь скрыть такую неуместную сейчас дебильную улыбку фантазерки-извращенки.
— Она смеется, смотри! — тут же нажаловался мой сосед по парте, — По-моему, она считает тебя идиотом…
Я не удержалась и ткнула его локтем в бок, но он и без меня уже затих под строгим взглядом сексуально-злого Макса.
— Максим, ты не идиот, ты самый лучший на свете! — такого Максима очень хотелось задобрить и я судорожно вспоминала Валину инструкцию.
Что же там было? На нервах вспоминалось с трудом… Фальшивые комплементы и пламенные слезы? Нежные слезы и страстный поцелуй?! Черт, надо было записывать!
— Ты такой хороший, но, пойми, ты пригрел на груди змею!..
— Ты кого змеей обозвала, швабра кудрявая! — вскинулся Саша.
— А ты про себя подумал? — вскинула бровь я, — Это показательно! — я поймала взгляд своего все еще парня и желание выделываться и выяснять отношения скромно свернулось, — Максим, прости, пожалуйста… Я не знаю, что тебе сказал твой… кхм, друг! Но я правда виновата. Я… — глаза опять были на мокром месте из стыда за свои грязные планы на него, — Я собиралась соблазнить тебя ради денег!
— Слышал! — подскочил тут же Саша, — Ты это слышал?! Сама призналась! И что ты теперь скажешь? Опять про Мари вспомнишь?! Да она тут вообще не при чем! Все дело в этой…
— У тебя есть какая-то Мари?! — взвилась я раньше, чем успела подумать о том, что это я тут провинившаяся сторона.
— Она тебя обманывает!..
— Максим, я люблю тебя! Не уходи от меня к Мари!..
Максим устало потер лоб и вскинул руку, заставляя нас замолчать.
— Еще раз. Я что, похож на идиота? — мы молчали, — Я задал вопрос.
Я покачала головой.
— Нет, конечно, ну что ты…
— Лена, — он наклонился и проникновенно заглянул мне в глаза, — Ты потрясающая художница, но ты отвратительная актриса. И соблазнительница, откровенно говоря, не самая хитрая и умелая. Очень красивая, но очень неумелая! — грустно покачал головой он, — Да я в первую же секунду нашего разговора понял, зачем ты ко мне подошла… Я же не идиот! Не слепой и не глухой! И отнюдь не наивный альтруист и благодетель, хотя все меня, видимо, таковым считают!
— Я не девственница! — зачем-то добавила я, чтобы он точно знал, кого прощает.
Саша посмотрел на меня, как на идиотку.
— Спасибо, что поделилась.
— Не волнуйся, это совершенно не важно, честное слово, — улыбнулся Максим, — Я принимаю твои извинения. Больше так не делай, — я кивнула, и на лицо наползла робкая улыбка, — У нас все хорошо, ладно? Саш.
Саша замялся, глядя на меня с то ли уроком, то ли виной.
— Прости меня, пожалуйста, — выдавил из себя он под недовольным взглядом друга.
— Как-то без огонька, — улыбнулся Максим с мягкой издевкой, — Давай еще раз?
 
Саша скрипнул зубами.
— Пр-р-рости! — угрожающе потребовал он, — Полез не в свое дело. Хочешь, денег дам? Ай! — он обижено посмотрел на Макса, который дал ему оплеуху, — Ладно-ладно. Мне жаль. Прошу прощения у обоих! Больше не буду лезть в ваши дела! И да, Мари — это моя бывшая жена.
Сердце счастливо билось от мысли, что Максим меня простил. Что у нас с ним все хорошо. Что этого идиота бросила жена!
— А ты меня будешь опять обижать, после того, как прощу? — уточнила я, — А то мне-то не жалко, но может для моего душевного спокойствия лучше нахер тебя послать?
— Себя нахер пошли, соблазнительни… Ай! Да понял я, хватит! Кстати, — он посмотрел на меня уже без обвинений во всех грехах мира, — А можно картину-то посмотреть?
— Мне, кстати, тоже интересно! Ты еще не дорисовала?
Вообще-то, ту, что для мамы, я уже дорисовала. Но пока показывать побаивалась. Решила вечером еще посмотреть — вдруг что-то поправить надо, а сразу не заметила? Но под двумя взглядами отказываться не хотелось. Просто потому, что работай я, на самом деле, была довольна… И мне хотелось словить пару восхищенных взглядов. Очень хотелось увидеть чужой восторг! Я уже и забыла, как это приятно, когда все от тебя в восторге… Так что я провела их в выделенную мне под мастерскую самую светлую комнату в квартире.
Я нервно мяла край кофты, пока они разглядывали картину. Почему они еще не делаю мне комплименты?! Боже, неужто я поторопилась с выводами и картина так себе… Ну, конечно, у них у самих подруга — художница! И не то что я, а нормальная — деньги на своей работе зарабатывает…
— Очень красиво, — совершенно искренне сказал Саша, — Прям вау! Я даже верю, что Макс тебе и правда нравится. Он же тут красивее, чем в жизни! Я щас сам влюблюсь…
Саша повернул ко мне почему-то совершенно счастливо лицо с по-детски светлой улыбкой. Я залюбовалась, признавая, что в человеке с такой улыбкой точно должно быть что-то хорошее. Улыбался бы так почаще, глядишь, и жена бы не бросила! Правда эту улыбку тут же ладонью закрыл Макс.
— Не улыбайся ей так! — и улыбнулся мне сам, — Лен, мне очень нравится, спасибо большое! Уверен, мама будет в восторге. А что, я правда такой красивый?
— Да ладно, ты же мне за это деньги заплатил… Ну, вроде, неплохо получилось, да?
Я попыталась сделать вид, что смутилась, но почти физически ощутила, как раздувается мое эго. Еще бы они не оценили! Меня обожали учителя в художке, обожали учителя в универе, обожали и ненавидели однокурсники! Я же чертовски талантлива! Я мастерски умела извернуть композицию, отлично подбирала цвета, а пластическая анатомия для меня была как семечек погрызть! Я же прекрасно умела передавать движение, не наводила грязи даже когда впервые взялась за масло, и вообще — руки у меня не золотые, а бриллиантовые…
— Ты же на комплименты напрашиваешься? Макс, она на комплименты напрашивается, ты посмотри на ее лицо! Уверен, она считает себя лучше других!
— Вовсе нет, — вскинулась я, — Я очень скромная!
Максим засмеялся и вдруг подтолкнул Сашу к выходу.
— Тебе пора, я сам ей комплименты скажу.
Стоило нам остаться одним, он притянул меня себе в объятия, продолжая заворожено разглядывать свое лицо на картине. Нарисованный Макс мягко, но хитро улыбался, тепло поглядывая на зрителя.
— Правда, очень красиво… И так непринужденно. Будто я там живой. И по наброскам было видно, конечно, но ты правда очень талантливая.
— Спасибо, — я повернулась к нему и поцеловала в подбородок.
 
Макс крепче прижал меня к себе.
— Знаешь, ты сегодня заставила меня понервничать.
— Прости, — я виновато уткнулась лбом в его грудь.
— Я так извелся!
— Прости…
— Весь на нервах бегал по округам тебя искал…
— Мне правда стыдно!
Он запустил руку под толстовку, невесомо проводя ладонью по позвонкам вверх, а потом опуская руку вниз, к краю джинс.