Фантазия Огнекамня (ЛП)

— Как скажешь, — ответила я. У меня не было никакого настроения спорить с ним.
Мы уничтожили ещё шестерых монстров-мутантов, прежде чем Доминик заговорил снова.
— Зачем ты пришла сюда, Арина?
Я вздохнула.
— За отходами. Ты это знаешь.
— Нет, я не спрашиваю, зачем ты пришла сегодня в это учреждение. Я спрашиваю, зачем ты вернулась в Авалон сейчас, спустя столько лет.
  
— В Ассамблее Авалона была вакансия, поэтому я вернулась, чтобы возродить Дом Феникса и вернуть себе своё фамильное имя.
Он повернулся ко мне лицом, и его глаза встретились с моими.
— Это единственная причина?
— Какая ещё может быть причина?
Мы смотрели друг на друга, и напряжение в воздухе было таким же громким, какими тихими были мы. Он думал, что я вернулась за ним? Это неправда. На самом деле, я надеялась полностью избегать его. Конечно, я знала, что это невозможно. Он наследник одного из самых могущественных Магических Домов Авалона. Я не могла избегать его, как не могла избегать дорог, просёлков и тропинок, которые составляли основу города.
— Я бы хотел, чтобы… — он замолчал. — Я не могу объяснить, как сюда попали монстры.
Ладно, если он хотел завязать светскую беседу, чтобы скрыть большую неловкость, которая стояла между нами, то я была более чем счастлива пойти навстречу.
— Как я уже сказал, монстры появились из-за того, что Дом Дракона неправильно утилизирует ваши элементы из иных миров.
— А я говорил тебе, что мы правильно утилизируем эти элементы. Твои братья работают на меня, помнишь?
Как я могла забыть?
— Они знают, что делают, — продолжил Доминик. — Они предупреждали нас о рисках, как только мы вступили во владение этим участком, и мы действовали соответственно. Дом Дракона управляет этой свалкой уже более десяти лет. И ни разу за десять лет у нас не было никаких монстров или каких-либо других проблем, если на то пошло. До сегодняшнего дня. Пока ты не появилась здесь.
Вот вам и светская беседа.
Я остановилась и посмотрела ему в лицо.
— Так ты думаешь, это моя вина?
— А ты как считаешь?
Мне не нравилось, к чему клонился этот разговор. Я должна была решить это раз и навсегда — пока Дом Драконов не порешал меня раз и навсегда.
— Я не имею ничего общего с вашими монстрами, — сказала я Доминику. — У меня нет необходимых ресурсов, чтобы устраивать диверсии в твоём Доме. Чёрт возьми, у меня едва хватает средств, чтобы купить себе завтрак.
— Если тебе нужно подкрепиться, я могу попросить принести сэндвичи.
В животе у меня заурчало. Я проигнорировала это.
— Я в порядке, Доминик. Мне не нужен перекус. Всё, что мне нужно — это чтобы ты отвёл меня к вашим Металитовым отходам.
Его брови сошлись на переносице.
— С какой целью?
— Чтобы проверить, что к чему, и навсегда покончить с обвинениями в том, что я была как-то связана с вашими монстрами.
— Монстры всё ещё существуют, — напомнил он мне. — Мы должны найти и уничтожить их всех.
— Я уверена, что в окрестностях Металитовых отходов мы найдём множество монстров, которых можно убить. В конце концов, они любят эти отходы.
— Что ж, хорошо. Следуй за мной.
Я так и сделала. Мы провели ещё несколько минут в тишине, пока шли в другой конец учреждения. В целом, всё было не так уж плохо. По пути мы убили несколько монстров, и мне даже не пришлось разговаривать с Драконом.
И вот мы оказались там, где хранились самые вредные Металитовые отходы. В отличие от других, более безопасных отходов, эти бочки хранились внутри склада. Крыша была прочной и долговечной. Стены и окна были надёжно защищены, а единственные две двери, ведущие в здание, были массивными, толстыми и жаропрочными. В помещении даже поддерживалась температура ровно на четыре градуса выше точки замерзания, как и положено. Тут не было ничего грязного или неуместного. Не было избытка воды. Никаких дырявых бочек. Ни крошки.
Здесь также не было никаких монстров, и я не понимала, как они могли выбраться со склада. Я не обнаружила никаких царапин, вмятин или каких-либо повреждений на стенах или выходах. Странно.
— Похоже, все ваши правила безопасности соблюдаются, — заметила я.
— Как я и сказал, — ответил Доминик, наблюдая за мной.
Я продолжила поиски. Здесь должно быть что-то, какая-то подсказка, которая объяснила бы появление монстров. Я покинула здание через чёрный ход, который привёл меня в узкий переулок между этим зданием и соседним. Я нашла несколько десятков бочек для мусора, но все они пустовали.
— Что они здесь делают? — спросил Доминик, подходя ко мне сзади.
Я оглянулась на него через плечо.
— Значит, этих бочек здесь быть не должно?
— Нет, не должно, — ответил он. — Все пустые бочки для мусора должны оставаться на складе в здании 6 до тех пор, пока они не понадобятся.
— Чтобы избежать загрязнения, верно, — сказала я, вспомнив правила, которые разработал мой отец, когда мы управляли этим заведением. Я направилась к контейнерам. — Достаточно небольшого количества плесени или даже дождевой воды, скопившейся внутри бочек, и вы рискуете вызвать неблагоприятную реакцию с отходами, — я открыла крышку одной из бочек и заглянула внутрь.
— И что? — Доминик подошёл ко мне сзади. — Ты что-нибудь там видишь?
— Нет, но есть много вещей, которые мы не можем увидеть, — я вытащила из-под толстовки свой набор для тестирования.
— Что ещё у тебя там спрятано?
Я оглянулась и одарила его ухмылкой.
— Всё-то тебе нужно знать.
Он фыркнул.
— Ты выглядишь нелепо в этой палатке.
— Это не палатка. Это толстовка.
— Это намного больше, чем просто «толстовка с капюшоном», — сказал Доминик, когда я достала из одного из внутренних карманов свой мини-набор инструментов.
— Хорошо, — согласилась я. — Тогда носимое одеяло.
— Носимое одеяло?
— Да, они в моде на Земле.
— Разве на Земле не изобрели централизованное отопление?
— Конечно, изобрели. Но людям по-прежнему нравятся одеяла, которые можно носить как толстовки.
(Я подозреваю, что Арина одета в то, что можно найти на наших маркетплейсах по запросу «толстовка-плед», — прим)
— Земля кажется довольно нецивилизованной.
Я рассмеялась.
— Ты такой сноб, Доминик.
— Я не сноб.
— Нет, сноб. Ты краснеешь и негодуешь, если кто-то надевает не тот галстук, или не тот костюм, или — о ужас! — вообще приходит не в костюме, — я обернулась и подмигнула ему.
Его глаза посуровели и сузились.
— Я так понимаю, что люди Земли ходят вообще без одежды?
— Нет, они носят одежду, — сообщила я ему. — Просто другую одежду.
— Например, носимые одеяла.
— Именно так, — я позволила себе последний смешок, а затем сосредоточилась на тест-полосках в своих руках. Они только начали менять цвет. И все они рассказывали одну и ту же историю. — О, ну… чёрт.
— Арина?
Я показала ему обесцвеченные тест-полоски.
— Эти бочки были скомпрометированы. Все.
— Скомпрометированы, — он перевёл взгляд на бочки, затем снова на меня. — Как именно?
— Кто-то посыпал их Крашем.
— Я не знаком с этим веществом.
— Это потому, что его нет в Авалоне, или, по крайней мере, не должно быть. Это вещество из другого мира, — я нахмурилась. — Краш — это, ну, это немного странная штука. Оно похоже на цветочную пыльцу, но при этом ведёт себя как живое. Движется стаями, как птицы или бабочки.
— Оно живое?
Я покачала головой.
— Не знаю. Было несколько исследований Краша, но все они закончились… плачевно.
— В каком смысле?
— Исследователи, изучавшие Краш, сходили с ума, или умирали, или… в общем, с ними случалось много по-настоящему плохих вещей. В конце концов, Научный Совет Авалона отменил все исследования этого вещества. Итак, мы очень мало знаем о Краше, кроме того, что он довольно бурно реагирует с Металитом. В сочетании Краш превращает Металит в довольно диких зверей.