Моё желтоглазое чудо (СИ)

Этот парень… Да что он себе позволяет вообще?!
Я вздохнула, прижимаясь затылком к стене. Несмотря на гнев и возмущение, я была слишком смущена произошедшим. Очень хотелось сбежать с оставшихся пар и еще неделю не появляться здесь, чтобы привести свое душевное состояние в норму. Слишком много чувств, и они слишком противоречивы. Меня тянуло к Нейту, как ни к кому другому, но в то же время его поведение вызывало желание закусить удила и гордо удалиться в закат. Я вздохнула еще раз и поднялась на ноги, сжав кулаки для стабилизации. Нужно идти на пару, я и так опоздала. Сяду где-нибудь в уголке, подальше от этого самодовольного наглеца, и тихонечко себе послушаю преподавателя. Благо, сегодня на рисование времени у меня не будет, так что находиться с Нейтаном наедине мне больше не светит, а значит, я смогу это все пережить. А до завтра успею собраться с мыслями и серьезно поговорить о его поведении. Ведь как бы мне не хотелось сбежать, я просто не имею на это права.
Преподаватель встретил меня длинной проповедью о том, как важно вовремя приходить на пару и как из маленьких проступков может вырасти большой бардак, вплоть до массового убийства. Я слушала его молча, внутренне надеясь, что Нейтан тоже подвергся данной процедуре, призванной защитить будущее студента от падения на самое дно. И то, что данная проповедь не несет никакой пользы для общества и будущего в целом, а лишь отражает паршивость характера самого преподавателя меня совершенно не волновало. Вопреки увещеваниям, я хотела, чтобы страдала не я одна.
Сам Нейт сидел на своем месте и, как ни в чем не бывало, читал учебник. Рядом примостилась его подруга, пристроив подбородок у него на плече, словно своей книги на столе не имела. Она обеими ладонями держала его за руку, будто думала, что он должен сейчас начать вырываться. Но он не вырывался. Нейтан сидел с таким видом, словно вообще был один. Что у них за отношения такие, спрашивается.
Получив от злостного лектора разрешение сесть, я направилась к заднему ряду, но когда проходила мимо, парень вдруг оторвался от чтения и бросил на меня взгляд. И было в нем слишком многое, чего там не должно быть. Я уж было испугалась, что сейчас зальюсь краской и смущенно убегу в уголок, но неожиданно сама для себя вздернула подбородок и посмотрела на него свысока, изогнув бровь. Пускай я по жизни тихая и смирная, но это не значит, что какой-то красавчик может делать со мной все, что ему вздумается. Ну, или хотя бы пусть он так думает.
Рабочий день прошел ровно и гладко, но настроения мне это особо не улучшило. Марианна, которая стала появляться на своем рабочем месте с завидной регулярностью, окольными путями попыталась выяснить, все ли у меня в порядке, чем изрядно удивила, но откровенности не дождалась. Ни к чему это, директрисе на парней жаловаться, не ее это забота. Франциско же честно напек пирожных, и теперь я несла их домой, сама не зная, зачем. Да, в последнее время я частенько таскала домой сладости из-за не пойми откуда проснувшейся к ним тяги, но сейчас это ушло так же, как и пришло. Что теперь с ними делать? Не выбрасывать же, в конце концов. Грешно такое чудо выбрасывать.
Парк встретил меня тишиной, разбавленной лишь шелестом листьев под моими ногами. Я брела медленно, не желая слишком рано возвращаться домой, где тишина и покой были гораздо более угнетающими, чем здесь, несмотря на прохладу вечернего воздуха. И настолько задумалась, что телефонный звонок заставил вздрогнуть от неожиданности. Выудить телефон из сумки оказалось той еще задачей, но я справилась даже до того, как он отзвонил.
— Алло?
— Хэй! — радостно возвестил голос Эда. — Ты там жива?
— А должна нет? — я тоже невольно улыбнулась, несмотря на формулировку вопроса.
Просто он задал его с такой интонацией, что даже возмутиться не захотелось.
— Да просто тот хмырь выглядел так, будто готов убивать людей, невзирая на закон, — снисходительно пояснил парень.
— Чего же ты тогда меня не защитил по-дружески от смерти ужасной? — саркастично поинтересовалась я, присаживаясь на ближайшую лавочку.
 
— Я открою тебе тайну, подруга, — таинственным тоном сообщил Эд. — Ты выглядела так, что если я вмешаюсь, ты поможешь ему меня закапывать. Что между вами двоими, а? И чем это грозит мне?
Я прикрыла глаза, улыбаясь. Этот человек вообще знает, что вопросы о возможных угрозах задаются не таким веселым тоном?
Но что ответить на эти самые вопросы я не знала. Сказать, что Нейтан лезет ко мне целоваться вдруг безо всякого согласия? Да вот прям щас. Эд ведь может полезть защищать мою честь и будет скандал. Вот если сама не справлюсь, тогда уже других вмешивать буду.
Приняв это героическое решение, я кивнула сама себе, несколько раз, для верности.
— Все в порядке, — я постаралась придать голосу как можно более веселые интонации. — Нейт просто немного перегнул палку.
— Я все еще недостоин знать? — усмехнулся друг.
— Испытательный срок, — хихикнула я.
— Но если же будет что-то серьезное, ты же мне скажешь? — шутливые интонации пропали из его голоса, сменившись беспокойством.
— Если он будет меня убивать, я буду очень громко кричать, — я не смогла сдержать смеха.
Возможно, это было большой глупостью, но я не верила, что Нейтан способен причинить мне вред. Ну, кроме пары сотен мертвых нервных клеток и поцелуя. Несмотря на странность поведения от него не исходило настоящей угрозы. А может это говорило мое слегка задурманенное его красотой и вниманием сердце.
— Я на это надеюсь, — хмыкнул парень, на некоторое время затих, после чего заговорил чуточку быстрее: — Упс, меня зовут. Вот прямо ни минуточки без меня не могут!
На фоне раздалось неожиданно довольно различимое «А-а-а-а, небо падает на землю, мы без тебя не выживе-е-ем», и я, не сумев сдержать смех, отпустила его спасать мир и обладательницу этого явно детского голоска. Где Эд нашел детей, я не знала, но, думаю, скоро меня ждет рассказ в лицах на эту тему, стоит только пойти с ним погулять.
Этот разговор слегка нормализовал мне настроение, но домой все равно не хотелось. Впрочем, особого выбора у меня не было — на улице становилось все холодней и темней, а ночевать на улице было бы не лучшим решением. Пришлось встать и возобновить путь к тишине квартиры.
Мысли невольно вернулись к Нейтану. Воспоминания о поцелуе все еще бросали меня в жар смущения, но стоило бы попытаться понять ситуацию. Потому что это было странно. Ведь он говорил о запахе, что было сущей нелепостью. «Его запах на тебе». Вот что за глупость? Не мог же он учуять запах другого человека с такого расстояния! Тем более чужой. Это было бы совершенно странно, если бы не одно любопытное обстоятельство, о котором Нейтан, в силу своего отсутствия с утра, не мог знать. На перемене между первой и второй парой я пыталась догнать одного очень нужного мне преподавателя и чуть не выскочила за ним на улицу без верхней одежды. Но в холле столкнулась с только что вошедшим Эдом, который на лету исхитрился накинуть мне на плечи свое пальто. То есть, чисто теоретически, на мне действительно мог быть его запах. Но Нейт просто не мог этого учуять, никто не может! Он же не служебная собака, в конце концов. Так зачем было нести подобную чушь? И почему он на самом деле был так разгневан? Почему поцеловал меня? Почему вообще обратил на меня свое высокое внимание? У него вон, какая красавица под боком, явно готовая на все ради благосклонного взгляда с его стороны. Так зачем же ему я? Но разум и логика не могли дать мне ответов. А вот один черноволосый парень — да. Нужна только смелость, чтобы спросить его.
Вернувшись домой, продрогшая и печальная, я поставила чайник греться и пошла переодеваться в мягко-теплые домашние вещи. Но темно-синий свитер, весь день гревший меня и казавшийся вполне приличной сущностью, нагло запутался в заколке, на некоторое время застопорив процесс раздевания. Это привело меня к довольно удивительному осознанию — этот самый свитер пах вовсе не моими духами. А его. Быстро выпутав заколку, я стащила свитер и задумчиво опустилась на кровать. Подняла ткань к лицу и сделала глубокий вдох. За каких-то пару минут близкого контакта свитер промах им, кажется, насквозь. Как я не заметила этого раньше? Все оказалось довольно просто — этот запах был совершенно привычен. Я бы даже сказала, он был каким-то родным. И очень знакомым. Я… знаю этот запах. Вопрос только, откуда?