Закрывая открытые двери (СИ)

 Мучительно простонав, парень первым делом подумал про отчеты. Их надо было кровь из носа сдать сегодня, двадцать четвертого числа, но по стечению диких для понимания обстоятельств, Том не мог ни вытащить новые файлы, ни отнести их начальству. Парень предпринял попытку вернуть все на свои места. Он быстро вышел из кабинета, а затем снова зашел. Ничего не изменилось.
  
 - Твою же мать! – с отчаянием в голосе проговорил Бреннер и снова повторил попытку. После нескольких раз злой и расстроенный парень плюхнулся за стол, сжимая виски ладонями и пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. За время размышлений Бреннер пришел к выводу, что рано или поздно он вернется в настоящее, главное не опускать руки и продолжать искать верный путь.
 Парень немного посидел, а затем решительно встал, намереваясь вернуть утерянное время. Он ходил по разным кабинетам, открывая и закрывая двери, интересовался у сотрудников о сегодняшней дате, вводя их в недоумение, заглядывал в окна, надеясь увидеть там солнце, а не тучи, но все старания оказывались тщетными. Коллеги утверждали, что сегодня двадцать второе и других вариантов развития событий пока не предвиделось. Том возвратился в свою обитель, где впал в уныние.
 Стрелки часов неумолимо двигались к обеденному перерыву. Бреннер подумал о Георге. Нервы сдавали и хотелось с кем-нибудь поговорить на тему «сбоя временных рамок». Сомнение в том, что адекватный человек сможет понять суть проблемы, превышало любое желание что-либо рассказывать вообще. Но, тем не менее, настроившись, Том решительно направился к Кантору. Он резко открыл двери кабинета, наталкиваясь на пронзительный взгляд Билла, который стоял, опираясь одной рукой на косяк двери. Хоть парень и шел к другу за советом, но и появление Райдера не стало для него сюрпризом.
 - Ты нарываешься? Давно я рожу тебе в кровь не разбивал?
 - Заткнись! – прервал его Том, даже не останавливаясь и твердым шагом шествуя к Георгу.
 Билл не ожидал такого поворота в разговоре, а потому с удивлением и легкой растерянностью посмотрел в след Бреннеру, неуверенно выкрикнув:
 - Я тебя предупредил!
 Том ничего не ответил. Под косые взгляды коллег он прошел по коридору до конца и открыл дверь, за которой предположительно должен был находиться Георг Кантор.
 Друга на месте не оказалось. Том с удивлением осмотрелся, натыкаясь взглядом на окно, за которым светило слепящее солнце и календарь с двадцать четвертым числом. Сердце с бешеной скоростью принялось стучать внутри, а его обладатель едва не подпрыгнул от радости. Нервно засмеявшись, Том поспешил вернуться в кабинет.
 Войдя к себе, Бреннер обнаружил изменения, и это осчастливило его настолько, что хотелось об этом прокричать в открытое окно, только вот вряд ли кто-либо смог бы оценить подобный душевный порыв, продиктованный бурными эмоциями. Том тут же сел за компьютер доделывать отчеты, надеясь успеть в срок.
 Работа на позитивной волне шла быстро и с удовольствием. Том еще никогда так не радовался настоящему, в голове мелькнула мысль, что моменты прекрасны, и их чаще надо ценить.
 Все доделав вовремя, в прекрасном расположении духа, Бреннер поспешил к начальству.
 Он быстро собрал нужные документы и вышел. По пути ему попался Кантор, которого довольный вид друга развеселил. Том задорно подмигнул ему со словами:
 - Зайдешь ко мне на обед. Вместе спустимся.
 - Стандартно. Я, кстати, только что от шефа. Он сказал, чтобы ты не забыл про отчеты. Тебе через два дня их сдавать.
 На последних словах Бреннер остановился, как вкопанный. Выражение лица с радостного сменилось на гримасу ужаса.
 - Нет-нет-нет! Сейчас этого не может быть, - забормотал он.
 - С утра, по крайне мере, было, - недоуменно ответил Георг. – Ты забыл про отчеты?
 Том глянул на документы в руках. Это оказалось совсем не то, что он брал изначально.
 - Только не сейчас! Только не это! – Бреннер в панике подошел к первой попавшейся двери и вошел через нее в кабинет, вводя в ступор немолодую женщину с причудливой прической на голове. Коллега, нечего не понимая, изумлённо приподняла брови, наблюдая за тем, как Том то заходит, то выходит, постоянно спрашивая про сегодняшнее число.
 Георг не выдержав, подошел к обеспокоенному другу.
 - Том, с тобой все в порядке?
 - Точно! – Бреннера осенила идея, и он подвел Кантора к порогу, а сам зашел с обратной стороны двери. – Стой там, я так буду знать какое сейчас число!
 По логике Тома, Георг должен был исчезнуть, если сейчас двадцать четвертое апреля, или остаться, если число по-прежнему будет двадцать второе. Том закрыл дверь перед носом Кантора, а затем резко распахнул, создавая колебания воздуха и шевеля тем самым волосы на голове друга.
 Георг с не менее удивленным видом, чем у женщины за спиной Тома, наблюдал за манипуляциями, как ему показалось, не совсем здорового товарища. А Бреннер продолжал истязать дверь, раз за разом распахивая и захлопывая ее.
 - Ну, давай же! Давай!
 - Том… - дверь закрылась, а затем снова открылась. – Ты странно… - все повторилось, – ведешь себя, - и снова Бреннер хлопнул дверью перед лицом Кантора.
 Наконец Георг просто не выдержал, придерживая объект издевательств ногой, он грубо взял Тома за руку и потащил его в свой кабинет. Уже на месте Кантор усадил Бреннера на стул, сверля его сканирующим взглядом и самостоятельно пытаясь понять, в чем причина такого буйного поведения.
 - Том… - Георг в уме принялся тщательно подбираться слова, чтобы не обидеть друга. – Ты сегодня, мягко говоря, странный. Ничего не хочешь мне сказать?
  
 Парень примерно сидел на стуле и барабанил пальцами по коленке. Да, он хотел с кем-то поделиться, но сейчас это желание пропало напрочь.
 - Я понимаю, что выгляжу как придурок, но ты меня не поймешь.