Осень бедствий (СИ)

Пришел в себя,, как миленький. И нашатыря не понадобилось.
Сначала смотрел непонимающе. Потом в глазах появилась злость, ярость даже.
Яна улыбнулась.
- Вот ты что думаешь - я с тобой разговаривать буду? Наивный человек, глупый даже... Зачем мне с тобой разговаривать? Вы мою семью убили, вы меня убить хотели.... Видишь кровь? Поэтому я с тобой разговаривать не буду, я тебя резать буду. Медленно...
Яна как могла кровожадно улыбнулась - и одним движением вырезала на штанах мужчины «окно в наследство».
Нижнего белья он не носил.
Мылся при рождении, не иначе.
И впечатления не производил. Никакого.
Сжался даже....
- Хочешь петь фальцетом? Если что - будешь пользоваться большим спросом. А еще есть такая полезная профессия - евнух... отрезают все под корень, между прочим, те, кому отрезали вообще все - ценятся больше. Можно только бубенчики отрезать, а можно вообще все хозяйство... но мы с тобой спешить не будем. Мы будем резать постепенно, сначала одно яйцо, потом второе, а уж потом, медленно, по сантиметру...
Яна подняла кончиком ножа означенный причиндал.
- А хочешь - развлечемся? Берется тоненькая палочка, запихивается в твой организм... догадываешься - куда? Можно спереди, можно сзади, можно сразу и туда и туда, для остроты ощущений - и поджигаешь. Так здорово будет, ты не представляешь!
- Ммммммумумумумууу!!!
- Неужели ты против? Странно, а когда моих родных убивали, тебе это нравилось! И учти - ты - последний. Больше никого не осталось. Иначе я бы не уделяла тебе времени.
- Ммммммумумумумууу!!!
- Ты так хочешь со мной пообщаться? Ладно, я послушаю минуту. Но если услышу то, что мне не понравится... ты меня понимаешь? Вот и веточка подходящая лежит, грязновата, правда, но это уже мелочи. Заразу ты все равно никакую не подцепишь, какая у покойников зараза?
Сломался.
Яна была неотразимо убедительна, да и не делали так в этом времени.
Мужчина запел так, что в хор имени Пятницкого его бы взяли - влет.
Яна слушала, размышляла.
Итак, у нас в столице - Звенигороде, есть некий комитет Освобождения. И там есть некто жом Тигр. Здесь, в Зараево, семью императора сопровождал его младший брат... или еще какой родственник, у них, у фереев, не поймешь. Но за свою родню они держатся крепко.
Янин собеседник, некто Михай Протасов - из крестьян. Сбежал из деревни, потому как житья никакого не стало, кругом враги, денег нет, жизни нет...
Яна прослушала цикл жалоб на злого «анператора», который всю землю дворянам отдал, то есть торам, а те за аренду ломят...
Подумала, что надо бы узнать точнее.
Может, здесь, как в России? Сделали земельную реформу так, что хоть повесься - хоть утопись? Могли...
Хотя ей-то зачем?
У нее задача проще. Не порядок наводить в Русине, а забрать сына и уехать. Уехать туда, где тихо и спокойно, поселить его у верных людей - и пусть живет.
Даже без мамы.
Увы - без мамы, так что людей надо подбирать очень верных.
Но в Звенигороде ему не место.
Яна историю знала в основном по романам Пикуля, но отлично понимала, что при революции в городе будет твориться бардак. Полный и окончательный.
Маленьким детям там не место.
Но о сыне она потом подумает, а пока...
Вот, сегодня с утра, на телеграф и сообщение пришло. Так и так, мол, стреляй их, братка! Всех гадов, наглухо... что при них найдешь - вези мне, в Звенигород, да смотри, чтобы никто не ушел!
- Какой милый человек, - хмыкнула Яна. - Ну ладно - отец и мать. А Зинаида? Ей же пятнадцать лет всего!
- А все одно - стрелять!
- За что?
- За то, что анператорская дочка! Такая же кровопивца вырастет!
И отвечал-то уверенно, без сомнений...
Яна прикусила губу. Вот сколько она родную историю помнила - Николай всех достал так, что явись там лично Христос, и то бы стрельнули...
Ну, может, помолились бы, а потом все равно стрельнули. А Петер?
А кто ж его знает... потом подумаем. Массив информации, полученный от Анны, ломился в голову, стучал в виски, но не время расслабляться! Яна собрала себя в кучку, и принялась задавать конкретные вопросы.
 
А именно - сколько охраны.
Кого ей еще ждать?
Где ближайший город?
Кто в управе поддерживает Комитет, а кто - императора?
Что творится в окрестностях города?
Она отчетливо понимала, что упустит половину всего важного. Да наверняка! Все не предугадаешь и не предусмотришь, и вообще, грамотно заданный вопрос уже содержит в себе половину ответа.
Но его ведь надо грамотно задать!
Яна что-то может знать из личного опыта. А Анна?
Тепличное нежное растение, которое и на бунт-то решилось один раз... тоже мне - бунт!
Рявкнула бы на полстраны, что вступает в морганатический брак, и подите вы туда, не знаю куда! Или - наоборот. Теперь уже знаю, куда именно, вот туда и подите!
Нет!
Вместо этого ее храбрости хватило только юбки задрать. А потом плакать и родного ребенка чужим людям спихнуть...
Замечательно!
Яна понимала, что несправедлива, что Анна не так и виновата, но... она-то поступила бы иначе!
Она!
Продукт другого мира и другого общества...
Яна снова задавила в себе попытки пофилософствовать, и сосредоточилась на итоге.
Итак, что мы имеем?
Рядом, примерно в часе езды на авто, находится город Зараево. Выбран он не просто так, выбран он потому, что одним из первых встал на сторону Комитета Освобождения.
Тех, кто поддерживает императора, в городе просто нет. Если кто и есть, сидят они тихо, а молятся громко. Чтобы пронесло.
По окрестностям?
Есть тут... контра!
Рассказывая о врагах трудового народа, Михай едва ядом не плевался.
Есть такой тор Изюмский. Вот, он, гад нехороший, когда все началось, пинками выгнал из своего дома представителей комитета, поднял в ружье личную гвардию и егерей, а поскольку он страстный охотник и места здесь охотничьи, закрыл границы поместья, и заявил, что первый, кто придет - уедет на дрогах.
Ждем войска, одним словом. А то самим идти на пулеметы...
Опа?!
Яна резко заинтересовалась, и получила ответ.
Пулеметов, как таковых, здесь нет. Свой Хайрем Максим нашелся, и пулемет он изобрел, но массового распространения машинка не получила. Потому как очень, очень дорого.
Можно.
Но - дорого.
Мировая война?
Яна порылась в памяти Анны - и выдохнула с облегчением. Мировой войны здесь не случилось. Вот конфликты с соседями - были. Эпидемия, голод, финансовые кризисы - да, были. А Первой Мировой не было. Хоть тут обошлось.
А потому творение местного гения пока еще было не настолько распространено. Кстати - не в последнюю очередь благодаря Петеру. Заявил, придурок, что это негуманно и жестоко, войны не должны быть настолько кровавыми.
С одной стороны - придурок. Аргументы на уровне третьего класса сопливой группы детсада. Даже не школы, нет, там дети поумнее будут.
С другой...
Когда войска начали бунтовать и рвать когти к врагу, унося с собой оружие, пулеметов они практически не унесли. Не было их, пулеметов-то!
А вот у тора Изюмского - были. Закупился за границей...
Мало того, что сам стрелял, не разбираясь в кого, так еще и соседи - такие же торы, принялись к нему примыкать. Нет бы к комитету Освобождения, так они к нему, кровопийце...
Всех бы их... к стенке!
На этом запал Михая прошел, и он опасливо покосился на лучинку в руках Яны. Но девушка уже не собиралась его пытать. Что ей нужно было, она узнала. А потом...
Потом - пусть без нее разбираются.
- Ты уж прости. Но - вы меня тоже не конфетами кормить собирались.
Глухо треснул выстрел.
Во лбу Михая появилось небольшое красное отверстие, голова парня откинулась назад.
 
Яна покрутила револьвер на пальце, подражая ковбоям из вестернов, перезарядила и сунула за пояс.
Ох, папа!
Как же я тебе благодарна!