Дай мне силы подняться (ЛП)

Это было стремление к удовольствию… Он никогда не чувствовал настолько интуитивно сильной связи с другим человеком. Её рваные выдохи, как у него; каждый удар её сердца, как его собственный; каждая мысль соединяется с его; её эмоции, его…
Они придвинулись друг к другу, словно в трансе… Так близко, насколько позволял мешающий им стол.
Драко осторожно перевел на неё взгляд, запечатлел её глаза, и держал в этом чувственном круговороте эмоций, рассматривая как хрупкую, редкую вещь… как лебедя в озере посреди леса… Один ложный ход, и это все исчезнет.
Гермиона тоже посмотрела в глаза Драко; как тогда, когда она впервые увидела их, но на этот раз они не закрылись… На этот раз она увидела в них каждую частичку, каждое пятнышко ярко-синего цвета, которые танцевали гипнотизирующее танго, захватывая её, выплескивая наружу каждую эмоцию, что чувствовал Драко.
Глаза Драко буквально кричали ей о его чувствах… Это не просто незначительные эмоции… Его страдания были связаны с самой сутью его существа… Потрясение его сущности. У него были эмоции замученного человека, человека, который не хотел чувствовать себя так, как чувствует сейчас.
Душа — глубокая и редкая — на поверхности…
Яркая, безумная, постоянно меняющаяся, заряженная энергия смещалась и изменялась, когда каждый из них терял свои мысли.
Далекие миры все же когда-то закрываются… И существуют только в мечтах и снах лишь с малым всплеском реальности. Ибо как можно быть настолько погруженным в человека, которого вы едва знаете?
Тихие всхлипывания из ближайшей к ним комнаты свидетельствовали о пробуждении Скорпиуса, разрушая предварительную неопределенность, в которой они находились. Энергия оставалась… но она просто скрывалась, пока не сможет снова захватить их обоих…
Драко поднялся со стула с чувственной грацией пантеры, растягивая свои мощные мышцы. Скрытая энергия вокруг него потрескивала, как сама сила, защищая его.
Его улыбка была теплой… и хищной, но такой захватывающей… Гермиона чувствовала, что она ласкает её нутро так, как никогда раньше этого не делала… она разбудила в ней что-то непривычное и необратимое, что хочет выцарапать выход наружу через её кожу…
Гермиона изо всех сил пыталась отдышаться, когда Драко ухмыльнулся и ушел в комнату к сыну. Скорпиус уже не спал, потирая глаза пухлыми кулачками, чтобы убрать остатки сна, который пытался вернуть его из реальности обратно в царство Морфея.
Драко поднял его и прижал к себе, поцеловал розовые щеки, и коротко прижался губами к его мягким белокурым волосам.
Гермиона внимательно следила за отцом и сыном, пойманными в их собственном мире, в специальном мире, в котором отношения родителей и детей были настолько сокровенными.
Снова Гермиона почувствовала острую боль в груди, будто стрела прошла прямо через её сердце. Боль едва не заставила её согнуться пополам, уничтожая кусочки утренних мыслей, которые задержались в её голове.
Драко мгновенно взглянул на исказившееся в гримасе боли её лицо, прежде чем она умело спрятала все эмоции… Она была превосходна в том, чтобы скрывать свои чувства. Некое искусство, которому она научилась, когда ей приходилось терпеть от Рона синяки, украшающие её тело, как лоскутное одеяло фиолетового цвета.
Скорпиус заметил её и потянулся к ней, его широкие глаза были счастливы и беззаботны… и Гермиона на несколько мгновений потеряла себя в этих легких эмоциях… Они предоставили ей отсрочку от гнетущих мыслей.
***
— Гермиона, это всего лишь однодневная поездка в Сен-Тропе, тем более, Скорпиус очень любит пляж, — Драко умолк, пуская в ход свое обаяние. Гермиона покачала головой, еще крепче прижимая только что укутанного ребенка, её карие глаза смеялись.
— Это глупо, Драко!
— Это лицо… просто посмотри на это лицо! — как маленький умолял Драко, поднимая сына и прижимаясь к нему щекой. — Как ты можешь сказать «нет» этому личику? — усмехнулся Драко. Конечно же, он выиграет этот спор.
— Драко, это нечестно! Ты шантажируешь меня Скорпиусом, — возмутилась Гермиона, закрыв глаза и заткнув пальцами уши. — Ты пытаешься меня очаровать, поэтому я не слушаю тебя. Ла-ла-ла-ла-ла, — говорила она. Драко убрал её руки от ушей.
  
— Ты сделаешь это? Серьезно… Пожалуйста, Гермиона. Я же вижу, что ты нуждаешься в отдыхе, — усмехнулся Драко.
— Отпуск во время отпуска? — с сарказмом спросила она.
— Даже я лучше не сказал бы, — усмехнулся он. — Пожалуйста.
— Хорошо, — выкрикнула она, поднимая руки вверх сдаваясь.
***
Настоящее (суббота)
Это была плохая идея, думала Гермиона, смотря на Драко без рубашки. Её пульс участился.
Гермиона сидела под пляжным зонтиком, наблюдая за играющими в воде Драко и Скорпиусом, как оказалось, пляж и дом возле него принадлежал Малфоям. Девушка совсем не удивилась, когда Драко ей об этом сказал.
Иметь свой небольшой пляж — это нормально… Когда она сказала это Драко, он лишь засмеялся и сказал, чтобы она не завидовала.
Она снова посмотрела на Драко и тут же пожалела об этом, так как он вышел из воды и провел рукой по волосам, не обращая внимания на маленькие капельки воды, которые скатывались с его груди на живот… И еще ниже.
Это была очень плохая идея — наблюдать за ним…
Внезапно она почувствовала, как к её лицу прижалась гладкая ткань, что помешала ей дышать. Она изо всех сил боролась, стараясь оттолкнуть нападавшего, и ей все же удалось вырваться на несколько секунд, но этого было достаточно, чтобы закричать:
— Драко, возьми Скорпиуса и беги!
Как она могла забыть о своей палочке, которая лежала рядом? Девушка почувствовала, как её веки слипаются, и она теряет сознание…
— Еще один шаг, мистер Малфой, и твой маленький даун умрет! Медленно и очень болезненно, — нападавший говорил уверенно и холодно.
Подняв руки, Драко почувствовал, как кто-то ударил его по затылку.
Глаза Драко закрывались, но он успел увидеть, что его сын еще в порядке, после чего окончательно потерял сознание.
***
Где мой папа? — Думал маленький мальчик, осматривая вонючее место, куда его привез глупый большой дядя. Он хотел к своему папе! Скорпиус громко заплакал… Он хотел к папочке!
— Закрой свой рот, мальчишка! — закричал большой человек, от которого ужасно воняло. Он все ближе подходил к Скорпиусу с высоко поднятой рукой.
— Сейчас, сейчас, Ян. Разве так обращаются с гостями? — раздался мягкий голос мужчины с голубыми глазами. Он понравился Скорпиусу, пока не улыбнулся, потому что его зубы были острыми, как у чудовищ из книг.
Но чудовища были уродливыми, а этот мужчина был красивым и много улыбался, но не так, как мисс Миона — у нее была мягкая и добрая улыбка.
Он узнает какой-то секрет? У него будет мама?
Мисс Миона! Скорпиус уже не думал о том, куда его привезли, он вспоминал счастливые моменты, которые провел вместе с мисс Мионой и папой.
Порхать, порхать, танцевать на поверхности
У глубокой пропасти.
В отражениях её призрак бежит своими теневыми руками,
Вдоль лазурной поверхности.
Отражения… отражения… отражения воды,
Оденьте меня в серебро.
Может ли ваш призрак или живой
Освещать его темные размышления?
Крутится между днем и ночью.
Отражения… отражения… отражения зеркал.
Ангел, дьявол,
Зло скрывается среди теней,
Хороший танец света…
Ваш призрак с сердцем двоих.
Отражение… отражение… отражение зеркал,
Кинжал или яд,
Слабеть или пылать в славе.
Я мягкий свет или бархатная тьма?
Размышления… Размышления…
Разве это не отражение вашей души?
========== Глава 13. Цена, которую стоит заплатить ==========
Драко с трудом поднялся, из его губы сочилась кровь. Солнечный свет больно ударил по глазам, ослепляя Драко. Он потянулся рукой к голове и почувствовал, что его волосы слиплись от засохшей крови.
Он едва мог двигаться после того, как какой-то человек ударил его по затылку, но прежде чем потерять сознание, он слышал крики Гермионы и плач Скорпиуса.