Калинов мост (СИ)

Мстислава подошла к окну. Осмотрелась и ткнула пальцем.
— Вон, у гончарной лавки — видишь, жеребец привязан?
— Вижу.
— Хороший жеребец.
— Вероятно. Я в них не силён.
— Ну так и бери его!
— Вы знаете, чей это конь? — удивился Алексей.
— Нет. Откудова? Я ж не местная.
— А говорите, бери…
— Так и что? Ежели охотнику для дела надо… И-и-и, молодёжь! — Мстислава неодобрительно пыхнула трубкой. — Всё-то у вас через задницу! В моё время просто было: ежели доброму охотнику чего нужно, так он идёт и берёт. Потому как, сейчас не возьмёт — а через час может случиться, что и брать будет не у кого. Охотник этот, может, с колдуном сражаться скачет! Может, вепрь в лесу взбесился, али вурдалаки с кладбища прут! Нешто разбираться ещё, что можно брать, что нет? Сперва тварей бить надо, а после уж…
— Понял, Мстислава Мстиславовна!
Я метнулся на улицу. Одновременно со мной из лавки вышел хозяин жеребца, но я взялся за поводья первым. Вскочил в седло.
— Грабют, — обалдело глядя на меня, пробормотал хозяин. — Средь бела дня грабют! — Повернулся к оплоту и заголосил: — Помогите, заступнички!
— Мы вообще-то не полиция, — возмутился я. — Мы от тварей защищаем, а не от грабителей, нам ещё уголовщины не хватало! Местный, называется. Матчасть учи! А коня верну, не беспокойся.
Что ответил хозяин, я уже не слышал. Направил коня к западным воротам города.
Через несколько минут вспомнил слова Данилы — о важности экипировки наездника в зимний период. Верхом в последнее время, если и передвигался, то на Твари. А она каким-то образом обеспечивала моим путешествиям полный комфорт, независимо от скорости, дорожного рельефа и погодных условий. Не припомню, чтобы на меня упала хоть одна дождевая капля или снежинка.
— Вернусь — скажу тётке Наталье, чтобы ватрушек тебе напекла, — пробормотал я, обращаясь к оставшейся в Давыдово Твари. — Дай бог тебе тварного здоровья! Вот уж, воистину, к хорошему быстро привыкаешь…
Благо, пять вёрст — это реально не очень далеко. К концу поездки я не превратился в смерзшийся куль, а мозги работали достаточно внятно для того, чтобы помнить, какая из моих рук — правая, и отсчитать третью деревню.
Хотя мог бы и не отсчитывать. У дальнего конца Медведково, там, где за присыпанными снегом полями начинался перелесок, кружила стая ящеров.
 Глава 4 
— Давай скорей! — рявкнул я.
Незнакомый жеребец и ухом не повёл.
— Блин, ну да. Ты ж не Тварь, не соображаешь… Всё равно давай скорей! — я дёрнул повод.
Жеребец прибавил скорости. Деревня словно вымерла — ни одного человека не видать. Это они молодцы, это правильно. Охотник работает — не лезьте. Хотя охотнику, по-хорошему, самому не надо было лезть.
— Убью, — в очередной раз пообещал Неофиту я.
Соскочил с коня и бросился туда, где кружили ящеры.
Плохая новость — их было примерно дохрена. Хорошая новость — Неофита я не увидел. Ни живого, ни мёртвого. Если бы твари его одолели, уволокли бы в лес и больше здесь не кружили. А они явно добычу выслеживают, ждут, что пацан вот-вот появится. Про деревню-то, видимо, уже поняли, что поживиться нечем, жители попрятались.
Ну, хоть какую-то премудрость я Неофиту в башку вколотил. Увидев, что столкнулся с обстоятельствами непреодолимой силы, пацан воткнул первый китайский приём: ноги в руки и бегом. От пары-тройки ящеров отмахнулся — вон они, туши, вижу, — а потом свалил. Без заряженного амулета Перемещения к тварям не сунулся бы.
И всё бы хорошо, но что-то мне подсказывает — просто так ящерки не разбегутся. Они нацелились — точнее, их нацелили — на добычу, и без неё не свалят. Зря просыпались, что ли? Зря тащились по холоду в такую даль?
Моё предположение подтвердилось немедленно. Стая устремилась ко мне.
— Ух, красавчики! — обрадовался я. — И место-то выбрали удачное — ни тебе домов рядом, ни деревьев! Сейчас порезвимся.
Я кастанул Красного Петуха. Долбанул со всей мощью свежеобретённого Гридя. Блин, вот это полыхнуло! Аж жарко стало. Добрая треть ящеровой стаи выгорела разом. А мне в грудь застучали молнии. Семнадцать штук. Именно так — застучали, будто градины в стекло. Никакого дискомфорта, не то, что с чертей шибало.
  
А ведь это я даже толком не размялся! Притом, что несколько часов назад бился с чёртом, а сколько раз после этого гонял туда-сюда Перемещением, уже и не вспомню. Месяц назад сейчас бы в лёжку лежал. Хорошо быть Гридем! Подайте-ка мне ещё ящеров!
Ящеры, будто услышав призыв, снова пошли в атаку. Перегруппировались, рассосредоточились и попёрли широким фронтом. Я кастанул Мороз — он действовал более широко, чем Красный петух.
На заснеженное поле посыпались мороженые туши. По мне застучали молнии. Пятнадцать. Меньше, чем в первый раз. Но всё равно, конечно, было бы неплохо — если бы на этом и закончилось. Было бы просто прекрасно. Но облегчать мне задачу ящеры не собирались. Для них битва, несмотря на моё очевидное преимущество, ещё не была проиграна. Уцелевшая часть стаи устремилась ко мне.
С какой-то невероятной скоростью, никогда на моей памяти ящеры не летали так быстро. Им как будто кто-то невидимый отвесил мощного пинка.
Я скастовал Защитный круг, но серьёзной помехой это не стало — ящеры посыпались на меня сверху. Полёт!
Я рванул вверх и оказался выше ящеров. Оттуда, с высоты, снова долбанул Красным петухом. Выжег середину стаи. Девять родий.
Хм-м. А вон там, у края леса — это что? Не нравится мне это шевеление на опушке… Но присматриваться было некогда. Не меньше полутора десятка ящеров уцелели. Мгновенно сориентировались и устремились ко мне.
Я не стал их дожидаться, опустился на землю. Выхватил меч.
— Соскучился, дружище?
Меч в руке засветился и неслышно запел. Ящеров, несущихся на меня, встретил как полагается. Несколько богатырских взмахов — и я стал богаче ещё на восемь родий, а разрубленные туши упали к моим ногам.
Тут бы выдохнуть, опершись на меч, утереть со лба пот, да приступить потихоньку к самому приятному охотничьему занятию — утилизации туш и сбору костей. Но не тут-то было.
Шевеление на опушке леса мне, увы, не пригрезилось.
— Вот так вот, да? — спросил я, глядя на несущихся в мою сторону трёх волкодлаков. — Ты, значит, не только ящеров поднял. А кого ещё? В смысле, про волкодлаков я понял, разберусь. А дальше-то что? Без медведей хоть обойдёмся? А то я ночь не спал и ещё даже не завтракал.
Вселенная молчала. Волкодлаки приближались ко мне.
Костомолка! Хорошо. Двоих вынесло сразу, третьего я добил Мечом. Семь родий. Приятно, конечно, но мана начала проседать.
И развернуться я едва успел, сделал это чисто на рефлексах — сзади на меня бросился ещё один волкодлак. По доспеху скользнули когти.
Я сумел уйти в сторону и устоять на ногах. Волкодлаку снёс мечом башку. Но он пришёл не один. Через минуту вокруг меня бесновалась стая из пяти тварей. А мана продолжала проседать. В этот раз на то, чтобы раскатать волкодлаков, у меня ушло гораздо больше времени.
Разрубив Мечом последнего, я собирался вздохнуть с облегчением, но не тут-то было. От леса пёрли ещё твари. Десяток.
— Кучно пошли, — процедил сквозь зубы я. — Кто ж вами рулит-то? Поймаю — руль сожрать заставлю.
Я хватанул Восстановления сил. Стало легче. Сколько-то еще продержусь, а потом придётся перемещаться в Давыдово за подмогой. Надеюсь, пока я тут занят с тварями, чужой жеребец успел где-нибудь надежно приныкаться. Не хотелось бы расстраивать хозяина вестью о героической гибели транспорта, обещал же, что верну. А граф Давыдов слово держит, это все в Поречье знают.
— Ну! — гаркнул я приближающимся волкодлакам. — Быстрей! Чего ползёте, каши мало ели?
— А и верно, надо было хоть каши с собой захватить, — услышал я голос позади себя. — А то ведь чёрт его знает, что он тут ещё с голодухи выкинет.
— Это ты про меня, Егор? — оскорбился я.