Лучший подарок (ЛП)

— Да.
— Тогда я расцениваю это как согласие. — Он перешагнул через порог и закрыл за сбой дверь, обнимая её и прижимаясь к ней губами.
О, Боже, Броуди был прав. Момент, когда его пальцы запутались в её волосах, а губы впились в её, был похож на взрыв — внезапно перехватило дыхание, и, казалось, что всё тело воспламенилось. Тори ничего не оставалось, кроме как вцепиться в него, ведь перед напором Броуди невозможно было устоять. Он развернул её и прижал к двери, затем прижался к ней всем телом, исследуя её рот губами и языком, пока у девушки не закружилась голова от восторга, удивления и осознания того, что так… именно так выглядит быть зацелованной и обласканной самым лучшим образом.
Тело парня, плотно прижатое к её телу, казалось настоящим произведением искусства. Тори скользнула руками по крепким рельефным мышцам его бицепсов и тихо застонала, что заставило того углубить поцелуй до такой степени, что, не будь она так крепко прижата его телом к двери, рухнула бы на пол. Броуди обладал такой властью над всеми женщинами, что было несправедливо. Он запустил руку в её волосы и снял заколку, сдерживающую их. Его ладонь утонула в волосах, и, чтобы подстегнуть её ещё больше, он качнулся бёдрами вперёд.
Это было слишком — всё слишком, как в момент их первого поцелуя прошлой зимой. Чувства захлестнули её с головой, заставили желать его, заставили её тело ныть от радости, потребности и влечения к тому, что было опасным и запретным.
Тори прижала ладони к его груди, и Броуди застонал. Боже, как ей не хотелось останавливаться, хотелось посмотреть, к чему это приведёт. Хотя она и так понимала, к чему всё идёт — прямиком к спальне, где, в конечном итоге, их тела будут обнажены и переплетены. Она до постыдного часто представляла это в своих фантазиях, но воплощать в реальность не собиралась.
Тори оторвалась от его губ.
— Броуди, остановись.
Надо отдать ему должное, он послушался. Откинув голову, посмотрел на Тори томным взглядом, от которого девушка начала плавиться и задаваться вопросом, почему колебалась. Хотя она понимала, почему, какой-то частью одурманенного сексом разума знала ответ.
Броуди провёл большим пальцем по её нижней губе.
— Да, этот поцелуй был так же хорош, как и первый, Тори. Тебе так не кажется?
Боже, да. На самом деле, даже лучше предыдущего. Настолько, что она решила, что подобное больше никогда не повторится. Её пугала перспектива потерять всё, что так много значило: работу, семью Броуди, своих друзей… его самого.
— Тебе пора, — вымолвила она наконец.
— Мы должны поговорить. Скажи, что тебе мешает?
— Нет, это последнее, о чём нам стоит говорить.
Броуди глубоко вздохнул и сделал шаг назад, доказательство его страсти заметно выпирало в области ширинки. Её пальцы сжались. Тори хотелось скользнуть рукой вниз и прикоснуться к нему, а потом провести всю ночь, исследуя его тело с помощью рук, губ и языка.
Проклятье, как же ей хотелось забыть обо всём, что так волновало. Потому что сейчас всё, чего она так жаждала — это одна ночь с Броуди, всего одна ночь, чтобы погрузиться в те запредельные фантазии, которые разжигали в ней пламя столько лет.
Вместо этого Тори открыла входную дверь, но порыв холодного воздуха никак не охладил её пылающее желание. Броуди посмотрел на дверь, потом на неё и произнёс:
— Однажды, Тори, мы поговорим о том, что сдерживает тебя.
Она прислонилась головой к двери и не произнесла ни слова. Тогда Броуди наклонился и легко прикоснулся к её губам своими.
— Думаю, ты удивишься тому, насколько я хороший слушатель. Добрых снов, Тори.
Девушка проследила за ним, пока он спускался по лестнице. Когда Броуди исчез из её поля зрения, она закрыла дверь и заперла её.
Тори прошла в спальню, каждая клеточка её тела пульсировала неудовлетворённым сексуальным желанием.
Нет, никакого разговора с Броуди не должно было случиться, чтобы он никогда не узнал о её страхах… или о том, как безумно она была влюблена в него.
Глава 5
— Слышал, ты отвёз мою жену домой тем вечером, — Уайетт обратился к Броуди, когда они собрались на утренней планёрке.
  
— Ну да. Она была в стельку пьяна, чувак.
— Каллиопа сказала, что отлично провела время с Тори, — Уайетт улыбнулся брату и поблагодарил менеджера. — Спасибо. После дерьмового дня это было весьма кстати.
— Всегда пожалуйста, — с улыбкой ответила девушка. — Утром у неё было жуткое похмелье.
— Она сказала то же самое, но добавила, что оно того стоило.
— Иногда просто необходимо напиться, — согласилась Тори. — Особенно после паршивой рабочей недели.
— Уверен, у тебя здесь никогда не было трудных недель, — возразил Итан, протягивая ей файл. — Мы обращаемся с тобой, как с королевой.
— Все вы — одна огромная заноза в заднице, — усмехнулась она. — Мне приходится хорошенько напиваться на выходных, чтобы выживать на этой работе.
— Да, мы тебя здесь тираним, — закатил глаза Уайетт. — Не представляю, как ты выдерживаешь.
— Вот именно, — отозвалась Тори. — Чего только не приходится терпеть за жалкие гроши, что зовутся зарплатой.
— Кстати, о грошах, — заметил Уайетт. — Пришла пора твоей ежегодной аттестации. Кому-то из нас придётся ей заняться.
— Я как раз об этом думала, — ответила она, заглядывая в свой ноутбук. — В прошлом году её проводил Итан.
— Мы обычно чередуемся. Я был в позапрошлом году, — вспомнил Уайетт. — Значит, сейчас очередь Броуди.
Броуди, который был занят изучением рекомендаций по технике безопасности на своей текущей стройке и потому слушал их вполуха, отреагировал на своё имя:
— Моя очередь для чего?
— Для ежегодной аттестации Тори, — пояснил Уайетт.
— О! — Броуди посмотрел на девушку, чья улыбка внезапно померкла.
— Если у тебя нет времени, кто-то другой с этим справится, я уверена, — ответила она с надеждой.
— У меня есть время. — Он просмотрел своё расписание в ноутбуке. — Давай в эту пятницу, так у меня будет пара дней, чтобы обсудить всё с Уайеттом и Итаном. Ну, а если твоя работа окажется никчёмной, это станет прекрасным днём для увольнения.
— Отличная идея! Пятница как нельзя лучше подходит для извещения об увольнении. Мы даже сможем потом угостить тебя выпивкой, — сдерживая смех, сказал Итан.
— Ага, маргаритой. Я предупрежу Каллиопу, — добавил Уайетт. — Ну, знаешь на случай, если для тебя всё закончится плачевно.
Тори бросила на него свирепый взгляд:
— Ни капли не смешно! Всех вас касается! Честно говоря, вы полные идиоты.
Броуди рассмеялся:
— Ну всё, теперь ты всю неделю будешь на нервах, да?
— Вовсе нет. Это вы трое должны нервничать — я уже задумываюсь о смене работы. И что тогда будете делать? Зачем мне каждый день терпеть ваши издевательства?
— Потому что мы твоя семья? — спросил Итан. — Мы как надоедливые братья, с которыми ты ничего не можешь сделать, но всё равно любишь?
— Вы точно не мои братья, — её взгляд метнулся к Броуди.
— Однозначно нет, — подтвердил он. Его родители взяли Тори под своё крыло и приняли как родную, когда она устроилась в «Кент Констракшн» четыре года назад. Двадцатидвухлетняя девушка, не имеющая своей семьи, была тихой и расторопной, но как только освоилась, превратилась в дерзкую и своенравную особу, и все до единого влюбились в неё. Ну, не влюбились, полюбили. Только…
Проклятие, он уже сам не понимал, что думал о Тори. И поцелуй с той ночи всё ещё ощущался на губах, чертовски незабываемый. Броуди хотел большего. Он хотел её.
По крайней мере, девушка снова начала с ним разговаривать, пусть пока только по рабочим вопросам. Но, тем не менее, это был прогресс. Если бы он только вывел её на более серьёзный разговор, например, о том, почему Тори прервала поцелуй, когда, как ему казалось, всё так хорошо шло. Между ними возникла искра, они прекрасно ладили: парень поддразнивал её, а она всегда отвечала колкостью на колкость — это были чудесные отношения. Броуди не понимал, почему Тори не хотела переходить на следующий уровень.