Лучший подарок (ЛП)

— Теперь твоя очередь, — Уайетт обратился к Броуди. — Так что, когда ты попросишь Тори выйти за тебя?
Броуди нахмурился.
— Я не хочу говорить о Тори.
— Почему? — спросил Итан. — Вы двое поссорились?
— Нет. — Он допил своё пиво, толкнув пустую бутылку к бармену, и взял новую. — То, что происходит между нами — это наше личное дело, не семейное.
Итан выгнул бровь:
— Ого, какой чувствительный.
Уайетт прислонился к барной стойке.
— Согласен. Почему так, Броуди? Ты же знаешь, что мы желаем вам только лучшего. Так почему ты ведёшь себя как придурок каждый раз, когда мы упоминаем её имя?
— Пойду пообщаюсь, — Броуди отошёл и завёл разговор с некоторыми из своих клиентов, стараясь выбросить из головы разговор с братьями.
— Хорошо проводите время? — спросил он у родителей, обнаружив их в гостиной.
— Я так горжусь тем, что ты с братьями сделал с компанией, Броуди, — улыбнулся папа. — Вы действительно хорошо раскрутили бизнес. Я не мог бы передать его в лучшие руки.
— Спасибо, пап.
— Где Тори? — спросила мама.
— Понятия не имею. Занимается своей работой и заботится о том, чтобы наши гости были счастливы, наверное.
— Как у вас двоих идут дела?
— Отлично, — процедил он сквозь сжатые зубы.
— Услышим ли мы в скором будущем свадебные колокола? — с улыбкой спросила мама. — Может быть, помолвка на Рождество?
Что. За. Чёрт. Что не так с его семьёй? Почему они пытаются подтолкнуть его к тому, к чему Броуди ещё не был готов? Или, возможно, был готов, но, как будто, не мог принять решение сам, без ощущения того, что вся семья подталкивала его в спину. Это чертовски раздражало его.
— Я вижу кое-кого, с кем мне нужно поговорить, мам. Прошу прощения.
Он побрёл с пивом в руке, направляясь на улицу подышать свежим воздухом. Может быть, там был кто-то, кто не знал о его отношениях с Тори и не стал бы допрашивать как суд третьей инстанции о его дальнейших намерениях.
Ему встретились Ли Элисон и Тим Дайсон, два строительных подрядчика, с которыми они часто работали.
— Замечательная вечеринка, Броуди.
— Спасибо.
На улице было холодно, но Тори была права. Обогреватели создавали достаточно комфорта для того, чтобы посидеть на улице и насладиться вечером. Броуди сел рядом с парнями и допил своё пиво. Он поболтал с Ли и Тимом, немного поговорил о работе.
— Я слышал, ты встречаешься с той горячей цыпочкой из вашего офиса, — начал Ли.
— По-моему, её зовут Тори, — добавил Тим. — Она сейчас занята? Слышал, вы двое уже некоторое время официально встречаетесь.
Сегодня вечером Броуди собирался обручиться, выбрал кольца и планировал сделать важный шаг. Ему ужасно надоело, что его проклятую жизнь с Тори распланировали за него самого. Почему он не мог делать всё в собственном темпе? Почему его отношения с Тори не могли быть такими, какими он сам хотел их видеть? Броуди желал, чтобы все от него отстали.
— Мы просто встречаемся. Ничего особенного.
— Так твоя репутация всё ещё неизменна, да? — со смехом спросил Тим. — Не хотелось бы видеть, как пресловутый Броуди Кент уходит с рынка. То есть, я женат уже двенадцать лет, на кого мне равняться в мечтах, если ты не будешь каждую неделю менять девушек?
Броуди рассмеялся и похлопал Тима по спине:
— Не переживай, Тим. Я всё ещё «вольная птица».
— То есть твой роман с Тори — ничего особенного?
Он посмотрел на Ли, желая рассказать ему, как на самом деле относится к Тори, какой особенной она была для него. Но в то же самое время ему так чертовски надоело, что каждый лезет в его личную жизнь и даёт советы о любви и браке, что единственным ответом, сорвавшимся с его губ, стало:
— Ага. Ничего особенного.
* * *
Тори замерла в дверном проеме, её остановили слова Броуди.
Для него она была «ничем особенным». Он всё ещё оставался «вольной птицей».
Всё это время ей казалось, что они двигаются к чему-то значимому. Тори не знала к чему именно, и, честно говоря, ей было неважно, потому что между ними была связь. Она знала, что это было — или, по крайней мере, думала, что знала. Броуди заставлял её чувствовать себя особенной, словно Тори была единственной в его жизни, заставлял поверить, что на этот раз всё было иначе, что его дни как бабника сочтены.
  
Господи, какой глупой она была. Броуди играл с ней, а она попалась на крючок.
Может быть, всё это время он встречался с другими женщинами, а она была так слепа от своей любви, сфокусировавшись на нём, что даже не заметила.
Тори вернулась внутрь, её лицо пылало от стыда. Она направилась в главную спальню, одну из комнат, которая была закрыта для гостей. Зайдя в ванную, девушка заперла дверь и уставилась на своё покрасневшее лицо в зеркале.
— Идиотка, — сказала она своему отражению, заставляя себя не горевать, а злиться, ведь с самого начала знала, кто он такой, но всё равно влюбилась в него — такого — без памяти.
Его разговор с Ли и Тимом на веранде всё ещё причинял боль, невыносимая тоска разрывала её изнутри. Ей хотелось схватить ключи, сесть в машину и вернуться в свою квартиру, чтобы забраться в постель и плакать, пока не закончатся слёзы.
Но она не могла и не собиралась делать этого, потому что отказывалась терять свою работу из-за какого-то придурка. Она гордилась своей работой, и была готова драться насмерть, чтобы сохранить её.
Тори расхаживала взад-вперёд, делала глубокие вдохи, пока не успокоилась достаточно, чтобы выйти из ванной. Затем она схватила сумку и собрала все свои вещи, задвинув сумку в шкаф, прежде чем вернуться к гостям.
К счастью, веселье пошло на спад — она бы не выдержала терпеть это ещё четыре часа.
Избежать встречи с Броуди было легко. Она хотела провести с ним вечер, но была очень занята — так же, как и он. Теперь она была этому рада.
— Дорогая, Роджер утомился, так что мы уезжаем, — сообщила Стейси, похлопав её по плечу сзади.
Тори зажмурилась, мысленно подготавливая себя, затем нацепила на себя улыбку и обернулась:
— Надеюсь, вы хорошо провели время, Стейси.
— Мы прекрасно провели время, и все, с кем я беседовала сегодня, говорили, что им всё понравилось. Было так весело, а танцпол, который ты устроила в столовой, был идеальным.
— Я очень рада.
— Это была хорошая идея, детка, — с улыбкой добавил Роджер, притягивая её в объятия. — Я всегда знал, что ты умница.
Тори обняла его и Стейси, проводила их до двери, потом попрощалась с несколькими другими гостями, которые тоже уходили. Она видела, как Броуди пытался добраться до неё, но быстро прошла через кухню и вышла через заднюю дверь, чтобы собрать пустую тару во дворе, затем обошла дом, направляясь к гаражу, умело избегая парня.
К тому времени, как вечеринка закончилась, остались только она, Броуди, Уайетт и Каллиопа. Итан ушёл раньше, чтобы вернуться к Райли, Зои и малышу. Вошла команда кейтеринга, чтобы убрать столы и оборудование, а заодно помочь официантам собрать остатки еды.
Каллиопа повернулась к Тори в дверях, когда они с Уайеттом уходили:
— Позвонишь мне завтра?
Она кивнула.
— Обязательно. Будьте осторожны по пути домой.
— Я провожу их и сразу вернусь, — сообщи Броуди.
Тори кивнула, но как только он направился к входной двери, поспешила в спальню, схватила ключи от машины и бросила сумку в машину. Она стояла на кухне с ключами в руке, когда он вернулся.
Он нахмурился.
— Куда собираешься?
— Домой.
— Зачем?
— Потому для тебя я — ничто.
— Что? Это неправда.
— Это так. Я слышала, как ты сказал это сегодня вечером.
— Постой. Сегодня? О чём ты говоришь?
— Я вышла на улицу, когда ты разговаривал с Ли и Тимом, уверяя их, что ловелас Броуди Кент по-прежнему жив и что я ничего особенного для тебя не значу, и им не о чем волноваться — ты всё ещё «вольная птица».
Ему хватило вежливости отвести взгляд.
— О, это. Позволь мне объяснить, Тори.