Лучший подарок (ЛП)
— Да, если тебе нравятся эти детские штучки.
— Ну, ты, — мама оттолкнула его, а он позволил ей отойти. — Может, пришло время и тебе задуматься о детях.
— У меня нет подходящего оборудования, мам.
Она закатила глаза и села на табурет, стоящий у кухонного «острова», потягивая вино, пока Броуди доставал из холодильника ещё одну бутылку пива.
— Ты знаешь, о чём я говорю. Тебе нужна жена. Своя семья.
— Разве у тебя не хватает забот с новым внуком на подходе?
— У меня достаточно любви в сердце, чтоб заполнить весь дом внуками, а ты уклоняешься от неизбежного разговора.
— Что за разговор? — спросил он, сделав большой глоток пива.
— Ты и Тори.
— Что с нами?
— У тебя к ней всё серьёзно?
— Не знаю. Дела продвигаются.
Его мать сделала глоток вина, потом поставила бокал.
— Броуди, ты знаешь, я люблю тебя, как собственного сына, — она подмигнула ему.
— Ха-ха, мама.
— Серьёзно, я также люблю Тори, как родную, и не хочу, чтобы ей причиняли боль.
— Но будет нормально, если это произойдет со мной?
— Ты думаешь, она сделает тебе больно? — спросила Стейси, нахмурившись.
— Не знаю, — Броуди огляделся: они были на кухне одни. — Я не привык к отношениям.
— Очевидно, раз ты скакал от одной женщины к другой почти с семнадцати лет.
— Боже, мама, — запричитал он.
— Разве это не правда? Я не с луны упала, знаешь ли. У тебя никогда не было постоянных отношений.
— Я был занят делами компании.
— Это лишь отговорка, чтобы избежать обязательств.
— Ты слишком много смотришь «Доктора Фила5».
— Вообще-то сейчас мне нравится «Шоу доктора Оза6», но это к делу не относится. Ты, возможно, считаешь, что я не знаю, о чём говорю, но я замужем за вашим отцом уже тридцать семь лет. И мы сталкивались с трудностями, обижали друг друга, но сила любви крепко связала нас.
Броуди вздохнул. Он понимал, что его отношения с братьями такие прочные, в основном, благодаря родителям и их воспитанию.
— Я знаю, что любовь и брак — это нелегко. Вы с папой — исключение, конечно же.
Его мать рассмеялась:
— Прежде чем встретить и полюбить вашего папу, я пережила несколько разочарований с парнями, которые не могли связать себя обязательствами. До того, как стать невероятно счастливой в браке с вашим отцом, моё сердце тоже было разбито. Эту боль ты никогда не забудешь, поэтому не стой здесь и не обижай меня намёками на то, что я не имею личного опыта в любовных страданиях.
— Хорошо. Мне очень жаль, мам, — смутился Броуди. У него никогда не было таких разговоров с матерью.
Она встала с табурета, подошла к нему и положила свою ладонь поверх его.
— Я люблю тебя и буду любить всегда, несмотря ни на что. Тори я тоже люблю, эта девушка прошла через ад в своей жизни. Она смотрит на меня и вашего отца, как на семью, воспринимает Итана и Уайетта, как своих братьев, но тебя никогда не рассматривала как семью.
— Нет?
— Нет. Эта девушка была влюблена в тебя ещё с тех пор, как была подростком. Открой глаза, Броуди, и будь внимательным, чтобы не задеть её чувства. Если ты понимаешь, что она тебе не подходит, и знаешь, что можешь её ранить, тогда мягко подведи к этому и не отдаляй от семьи, которую она любит и которая любит её.
Чёрт.
— Да, хорошо, я понял.
— Отлично. Тогда больше не буду вмешиваться. Я люблю тебя, сынок, — Стейси потянулась, обхватила парня за затылок и поцеловала в щёку. — Мне нужно пойти поглазеть на милые детские подарки и сделать ещё несколько сотен фотографий.
После того, как она покинула кухню, Броуди допил остатки пива и достал ещё одну бутылку.
Начали за здравие, а кончили за упокой. Мама прочитала нотацию самым нежным и ласковым голосом, как делала всегда, с самого его детства. Ей никогда не приходилось повышать на детей голос, спокойные доводы заставляли их опускать свои подбородки к груди и признаваться в своих проделках до того, как они успевали понять, что происходит.
Теперь Броуди должен был выяснить, что, чёрт возьми, ему делать с тем, что сказала мама.
Одно дело — развлекаться с Тори, иметь с ней отношения, потому что это было несложно и именно то, чего они оба хотели. Совсем другое дело, когда за каждым шагом следит весь город и его семья.
— Вот ты где.
Он обернулся, когда Тори вошла на кухню.
— Я думала, куда ты пропал. Слишком много голубого для тебя? — спросила она с улыбкой.
— Да, там действительно переизбыток детских вещей.
— Похоже, они основательно подготовились к первым годам жизни малыша Кента после этой вечеринки, — рассмеялась Тори.
— Видимо, так и есть.
— Там уже всё заканчивается, если ты хочешь сбежать, — она устроилась у него под боком.
Приятный факт о Тори: она всегда давала ему возможность уйти и не была навязчивой.
— А ты долго пробудешь здесь?
— Помогу убрать беспорядок после того, как все уйдут, — ответила девушка, кивая головой. — Не хочу оставлять это на твою маму или Каллиопу. — Она была доброй, всегда думая о других прежде, чем о себе.
— Тогда я останусь и тоже помогу.
— Ты уверен? Мы сами справимся.
Он наклонился и коснулся губ девушки своими, наслаждаясь её податливостью. Может быть, пришло время перестать беспокоиться о мнении окружающих и сосредоточиться только на своих чувствах?
— Если ты можешь справиться, то и я смогу. Позже сбежим вместе.
В её глаза заиграли искорки обещания.
— Мне нравится это предложение.
* * *
Измученная и страдающая головокружением из-за вечеринки, Тори была более чем рада, когда Броуди предложил ей пойти к нему после мероприятия.
Он весь вечер выглядел несчастным, загнанным в угол оленем. Девушка понимала, что эта вечеринка была не в его вкусе, но Кент держался молодцом. Она полагала, что именно так и делают семьи, по крайней мере те, в которых все заботятся друг о друге — это ещё одна причина любить всех Кентов. Они поддерживали друг друга в самых неловких и неприятных для себя ситуациях, даже папа Броуди пришёл и добросовестно проявлял энтузиазм к каждой вещи для младенца, которая была распакована.
Сейчас Тори чувствовала себя жутко уставшей и была более чем готова сбросить свои неудобные туфли, поэтому, когда она въехала на подъездную дорожку Броуди, он вышел встретить её у машины.
— Заезжай в гараж. Похоже, сегодня вечером будет дождь.
— На моей машине больше вмятин от града размером с мяч для гольфа, чем я могу сосчитать. — Она рассмеялась. — Не думаю, что небольшой дождь навредит ей.
— Заезжай в гараж, Тори.
— Ладно, — согласилась девушка, пожав плечами. Казалось странным парковать свою машину рядом с его автомобилем. Наверное, глупо, но это делало их похожими на пару, а она ещё не примирилась с их положением.
Он дождался, пока она выберется, потом придержал для неё дверь, пока она выходила из гаража.
— Устала? — спросил он.
— Очень. Но это была хорошая вечеринка, она прошла весело, и я рада как за Райли, так и за вашу маму, которая переживала из-за мелочей.
— И теперь всё позади.
Она скинула обувь у двери.
— Да. Слава Богу. Теперь это закончилось.
— Хочешь что-нибудь выпить?
— Огромный стакан воды со льдом был бы как нельзя кстати. — В течение вечера она выпила несколько бокалов вина и немного пива, но много ела, так что, к счастью, была просто уставшей, а не пьяной. Когда Броуди подал ей воду, она сделала несколько глотков.
Он запустил руку в её волосы:
— Ты выглядишь уставшей.
Тори подняла на него взгляд.
— Это эвфемизм к «выглядишь, словно вернулась из ада», да?
Он рассмеялся:
— Нет, это означает, что у тебя тёмные круги под глазами, и тебе нужно поспать. Пойдём в постель.
Она не могла спорить с ним.
— Звучит неплохо, я устала.
Они поднялись наверх, и Тори поняла, что ей стало комфортно раздеваться и ложиться в постель с Броуди. Он притянул её ближе и обнял, потом поцеловал в макушку.