Мастер из качалки 3 (СИ)

— Ох, брат Вон, и как я сразу тебя не признал⁈ — патетично воскликнул я, моментально позабыв о своих страхах. — Похоже, древесная пыль помутила мой взор, а крики зрителей подорвали слух.
— Ох, брат Чень, раз твоё здоровье так пошатнулось, тогда тебя поскорее нужно отвести к аптекарю, еда подождёт! — вскочил со своего места ученик Одинокого кулака.
— Нет, брат Вон! — последовал я его примеру, намереваясь усадить Ду Вона обратно за стол. Золотая рыбка только что оказалась у меня в руках, и я не собирался так просто её отпускать. — Разве ты не знал, вкусная еда порой полезней любого лекарства! Так что давай сначала как следует отобедаем! У тебя ведь есть деньги, мой многоуважаемый брат?
— Конечно! Ради твоего выздоровления я потрачу всё до последней монеты!
— Брат Вон! — по моей щеке сбежала одинокая скупая слеза.
— Брат Чень! — распахнул свои объятия Ду Вон…
— Да заткнитесь вы уже! Дайте хотя бы поесть в тишине!
* * *
— Ого, брат Чень, а я смотрю, ты хорош не только в бою.
Взгляд Ду Вона перебежал с довольного жизнью меня на целую гору грязных тарелок и мисок, усеявших стол. Как нетрудно было догадаться, подавляющая часть запачканной остатками еды посуды стояла не где-нибудь, а на той самой стороне стола, где восседали мы с крысом.
Ну как восседали? Я, будучи порядочным человеком и воспитанным качком, как это и положено, сидел на стуле, а вот потерявший всякие берега и от пуза обожравшийся крыс лежал прямо на столе, закопавшись при этом в целую груду обглоданных подчистую костей.
— Кстати, брат Чень, а что ты думаешь по поводу следующего испытания?
— Какого ещё следующего испытания? — переспросил я, продрав осоловевшие после сытного обеда глаза.
Ни о каком таком втором испытании я до этого не слышал.
— Ты что, не знал? Между первой и второй частью открытого турнира победителям первых схваток предстоит посетить Блуждающий лабиринт клана Чегаль.
— Блуждающий лабиринт?
— Ага, это сеть подземных тоннелей глубоко под столицей. Учитель рассказывал, что Блуждающий лабиринт был построен кланом Чегаль задолго до появления самого Мурима в те далёкие времена, когда кочевники из Жёлтых степей пытались завоевать Лоян. Пра-пра-пра-дедушка того парня, который так позорно тебе сдался, использовал этот лабиринт как ловушку для людоедов-кочевников. Злые языки поговаривают, что потомки этих кочевников всё ещё блуждают где-то там, под землёй… — нагнав жути, Ду Вон выдал многозначительную паузу, а потом неожиданно улыбнулся. — Но я в это не верю. Как бы они там выжили среди ловушек клана Чегаль? Верно? И вообще, им же нужно было чем-то питаться!
— Эм-м, Ду Вон, ты же сам назвал их людоедами.
— Оу! А об этом я как-то не подумал, — внезапно побледнел мальчишка. — Что-то мне нехорошо. Брат Чень, кажется, я вынужден тебя покинуть.
Вскочив из-за стола, ученик Одинокого кулака в один прыжок преодолел добрую половину зала и пулей вылетел из заведения дядюшки Гу.
— Эй, а платить, кто будет⁈ — подорвался я вслед за ним, но увы, моего названого брата уже и след простыл.
Вот чёрт, может, и мне свалить, пока не поздно?
— Даже и не думай, — словно прочитав мои мысли, произнёс стоящий неподалёку служка. Тот самый, что не так давно принимал у нас заказ.
Поняв, что деваться некуда, а сбежать не получится, с тоской оглядел захламлённый стол и развалившегося на нём крыса.
А ничего так посидели! Жаль только, что платить за всё это безобразие придётся именно мне. Проклятый Ду Вон! Как знал, что стоит держаться от него подальше! Этот парень — просто магнит для неприятностей! Да и я тоже хорош, заслушался его байками о лабиринте Чегаль и прозевал, как он удрал.
Я невольно покосился на единственного помимо меня посетителя закусочной. Того самого крикуна, что предлагал нам с Ду Воном заткнуться.
— Чего смотришь? — поглядел на меня в ответ побитый жизнью мужик. В его глазах, направленных на мой заставленный грязными тарелками и мисками стол, читалась зависть и некая обречённость. — Денег не дам. У меня, между прочим, девять детей… Или уже десять?
  
Опрокинув в себя чашку какого-то пахучего пойла, странный и при этом вроде как знакомый мне мужик воздел глаза к потолку и принялся сосредоточенно загибать пальцы. При этом губы его усиленно шевелились.
Секунд через двадцать он закончил.
— Да, всё-таки десять, — с грустным видом покивал бедолага, а после, неожиданно доверительным тоном обратился уже ко мне. — Ты это, не женись, понял?
— Да я вроде как и не собирался… — покачал я головой.
В этот самый момент от входа в закусочную раздался ещё один до боли знакомый голос.
— Ах, вот ты где! А я тебя везде ищу!
— Ну вот, а говоришь, не собирался, — посмотрел на меня с укоризной мужичок.
Тут мне крыть было уже нечем, тем более что и моя названная невеста, грозно нахмурив бровки, уже вовсю спешила к нашему с крысом заваленному объедками столу.
— Мог бы и меня подождать, — ворчала она на ходу, между делом поправляя своё облегающее изумрудное платье. — Я думала, мы вместе отметим твой триумф, даже новое ципао специально для этого случая надела.
— Ох, и не завидую я тебе, — снова вставил свои пять ляней сидящий неподалёку отец десятерых детей.
— Это совсем не то, чем кажется, — попытался оправдаться я, но не тут-то было: местный пьянчужка и по совместительству многодетный родитель лишь скептически хмыкнул, услышав эти слова.
— Да, да, рассказывай, — напоследок отмахнулся от меня мужичок, после чего, словно бы потеряв ко всему окружающему интерес, снова принялся наполнять свою глиняную чашку каким-то вонючим пойлом.
Ну вот и поговорили. Закончив странную беседу, я перевёл взгляд на Дандан. К тому моменту ученица Эмэй уже не просто приблизилась к столу, а даже успела по-хозяйски занять соседний стул. И к слову, на меня она тоже почему-то смотрела именно по-хозяйски. Ученица Эмэй разве что не облизывалась, глядя на дыру в халате, из которой сверкала моя оголённая грудь.
С этим определённо надо было что-то делать. И это «что-то» никак не должно было быть связано с предстоящей женитьбой. Да и саму эту женитьбу следовало как-то по-тихому спустить на тормозах.
Я и раньше не планировал вешать себе на шею эту взбалмошную девицу, а уж после недавнего совета и подавно. Всё же кто бы что ни говорил, а многодетный отец фигни не посоветует.
— Дандан, нам нужно серьёзно поговорить… — твёрдо посмотрев ей в глаза, начал я, однако заготовленная мною речь была грубо прервана. Палец ученицы Эмэй ни с того ни сего оказался на моих губах, как бы намекая, что пора заткнуться.
— Ни слова больше, я всё понимаю. Ты думаешь, что недостоин такой, как я. Ну да, согласна, ты грубый, неотёсанный мужлан с грязным ртом, а я — утончённое создание Небес, рождённое для поклонения и любви. Но всё это сейчас неважно. Как писал великий Да Вэй, любовь зла, захочешь — полюбишь и горного Сычуаньского козла. А ты по сравнению с козлом очень даже ничего.
— Ну спасибо, — с явным сарказмом ответил я, убирая чужой палец со своих губ.
— Это я так, для примера, так-то ты больше похож гориллу, весь такой мускулистый.
— А вот это уже приятно, — вынужденно согласился я.
Сравнение с гориллой пришлось мне по нраву. Впрочем, комплименты комплиментами, а делать со всей этой ситуацией что-то всё-таки было надо, поэтому я решил зайти с другой стороны.
— Дандан, послушай, ты и я, мы с тобой ещё очень молоды и неопытны. Возможно, нам ещё рано задумываться о подобных вещах…
— Ох, Су Чень, не беспокойся. Знаю, мужчины очень боятся опозориться на любовном поприще, особенно в первый раз, но тебе нечего опасаться. Благодаря романам достопочтенного Да Вэя, мне прекрасно известно, как дать цветку любви расцвести. Просто следуй моим указаниям, и всё получится. Твой нефритовый жезл и моя…
— Да я не об этом, — уже чуть ли не плакал я.
Похоже, обычные методы тут были бессильны. Изначально мне хотелось подойти к этому делу деликатно, чтобы не разбивать нежное девичье сердце. И видят Небеса, я старался. Но, кажется, эта тугодумка совсем не понимает довольно прозрачных намёков. Ну что ж, если так, тогда пришло время тяжёлой артиллерии.