Сломленная Джульетта (ЛП)

Я шлепаю его по рукам и лучше запахиваю свой халат. Он сдерживает смех.
Я толкаю его, и он падает спиной на мою кровать. Часть меня ненавидит то, как гармонично он смотрится на ней.
Он хватает меня за руку и тянет за собой, а потом перекатывается на меня сверху. Он такой счастливый и довольный, что я едва узнаю его.
— Меня нельзя винить за это, — говорит он, заключая мое лицо в ладони. — Это все потому, что ты такая чертовски красивая. Ты хоть понимаешь, как меня к тебе влечет?
Когда он наклоняется, чтобы поцеловать меня, я кладу руку ему на грудь, чтобы остановить. Он тут же отстраняется, как будто ожидал этого.
Он вздыхает и смотрит на меня с нескрываемой страстью.
— Ладно. Прямо сейчас я прохожу через стадию, когда делаю вид, что не знаю значение фразы «не спешить». Обещаю, что с этого момента я буду стараться не приставать к тебе каждые пять минут.
Я смеюсь и качаю головой.
— Я как будто должна извиниться сейчас.
— За что? За то, что не прыгнула в кровать со мной в тот момент, когда решила, что больше не ненавидишь меня? Да как ты смеешь? Я просто потрясен!
Я тыкаю пальцы ему в ребра. Он извивается и издает далеко не мужественный звук.
— Эй! Ты знаешь, что щекотка сейчас противоречит правилам Женевской конвенции. Прекрати это, пока я не позвонил в НАТО. Я не хочу, чтобы моя девушка была преступником международного уровня.
Я морщусь. Он замечает, и его улыбка исчезает.
— Черт. Кэсси… я не хотел…
Я смеюсь, но вымученно.
— Все нормально.
Несколько лет назад я не могла заставить его называть меня своей девушкой без принуждения и давления на его яйца, а теперь он бросается этим термином словно он сам Мистер Обязательство.
— У меня вырвалось, ладно? Я хочу сказать, что понятие, которое олицетворяет тебя для меня находится в нескольких световых годах от понятия девушки, но я очень сильно стараюсь не спугнуть тебя, поэтому я буду держать свои бушующие чувства в тайне.
— Ну, за исключением того факта, что ты написал мне Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ тысячу раз, да?
— Да. За исключением этого
— Итан…
Он проводит пальцами по волосам, и я замечаю, как он обеспокоен.
— Я знаю, еще слишком рано, но я не собираюсь врать тебе и говорить, что я не хочу этого, потому что я хочу. Я хочу быть твоим парнем. Нет, подожди… парень звучит так избито. Мне почти двадцать семь лет. Я больше не мальчик. Я хочу быть твоим мужчиной. Любовником. Твоим… черт, не знаю. Твоим Итаном. Кем бы ты меня ни назвала, я хочу быть им. Моя конечная цель – просто осознание того, что я твой, а ты моя и что ни один из нас не боится и не стыдится этого. Я хочу водить тебя на свидания и обнимать, знать, что все другие мужчины в помещении ревнуют к тому, что именно я тот, кто отвезет тебя домой и будет целовать твое тело.
Я даже не знаю, что сказать. Придется подождать, прежде чем я привыкну к этой новой версии его личности. Он так уверен в себе.
Он наклоняется и убирает с моего лица выбившуюся прядь волос.
— У тебя еще есть вопросы о моих чувствах? Или тебе описать конкретно, какие именно части твоего тела я буду целовать.
Жар проходится по моим плечам и достигает шеи. Ему не позволительно быть таким сексуальным, когда я пытаюсь не спешить в отношении него. Абсолютно непозволительно.
— Хм… нет, — говорю я, сосредоточившись на его губах. — Ты все прекрасно разъяснил. Мне достаточно.
Он кивает.
— Хорошо. Потому что второй вопрос был своего рода с подвохом. Когда мои губы доберутся до тебя, не будет такого места на твоем теле, которое я бы не попробовал. Я хочу всю тебя. — Он долго и медленно оценивает мое тело своим взглядом. — Каждый… аппетитный… сантиметр. — Он продолжает неотрывно смотреть на меня, и я чувствую, как начинаю тянуться к нему. Его челюсть сжимается, и вот я уже так близко, что мне кажется, что он вот-вот попытается меня поцеловать, как вдруг он качает головой и встает.
— Ладно, мне серьезно надо убираться отсюда, потому что если я останусь, то ты будешь чувствовать себя некомфортно из-за моей грязной, неотступной похоти. — Он выдыхает и проводит пальцами по волосам. — Так, значит сегодня. Ужин у меня? Я приготовлю все, что ты захочешь.
 
— Конечно. В котором часу ты меня хочешь?
Он делает глубокий вдох.
— Я хочу тебя все время.
Я качаю головой и улыбаюсь.
— Прости, но ты сама спросила. Если ты хочешь ответ без подтекста, перефразируй вопрос.
— Ладно. В котором часу ты хочешь, чтобы я приехала сегодня вечером?
— В шесть тридцать. Я хочу кое-что обсудить с тобой перед ужином.
— Что именно?
— Увидишь. — Я сразу же настораживаюсь. Он слегка улыбается мне. — Не паникуй. Я думаю, это будет к лучшему. Доверься мне.
Я пытаюсь. Я очень сильно пытаюсь.
— Хочешь я принесу что-нибудь?
Он смотрит на меня несколько секунд.
— Только себя. Это все, что мне нужно.
Время – еще та переменчивая сволочь. Когда ты хочешь, чтобы оно шло медленно – оно ускоряется, а когда ты полон нестерпимой нервозности, оно словно ленивец на успокоительных.
Все содержимое моего шкафа лежит на моей кровати. Я перемерила каждую вещь по меньшей мере дважды. Мои волосы гладкие и выпрямленные. Макияж легкий, но аккуратный.
Я напоминаю себе, что это не свидание, а ужин.
Просто ужин.
Тогда почему на мне нижнее белье, которое стоит больше, чем государственный долг каких-нибудь мелких африканских стран?
Я не должна так переживать. Не должна так нервничать. И я уж точно не должна быть так взволнована, когда представляю его выражение лица при виде этого леопардового нижнего белья.
Блин! Если он увидит это белье. Если, а не когда.
Я сажусь на кровать и хватаюсь за голову.
Может стоит отменить встречу? Я не готова к ней.
Я делаю несколько глубоких вдохов и смотрю на часы. Тристан, мой дзен-мастер, сосед и лайф-коуч, скоро будет дома. Ему видней, что мне делать. И что мне следовало бы надеть.
Мой телефон издает сигнал, пришла эсэмэска от него.
Секси студент из йога класса пригласил меня в бар. Буду дома позже, если вообще буду. На кухне новая бутылка «Шираз». Используй ее с умом. 
Я отвечаю ему.
Иди к черту, Трис. Надеюсь, у него крошечный член.
Он отвечает улыбающимся смайликом с чем-то похожим на гигантскй шланг.
Откуда он вообще его взял?
Черт бы его побрал! 
По правде говоря, он не знает, что я иду на ужин к Итану. Если бы он знал, то накрыл бы меня колючей проволокой, надел бы пояс целомудрия, а потом настоял бы на том, чтобы пойти со мной и защитить мою вагинальную чакру, если таковая вообще существует.
Я вздыхаю и снимаю свое красивое нижнее белье, заменяя его моими самыми обычными хлопковыми трусиками и лифчиком. Затем я надеваю удобные джинсы и обычную футболку, убираю волосы назад и завязываю в хвостик, а из макияжа оставляю только тушь и блеск на губах.
Готово.
Никакого давления.
Это просто ужин.
И он.
Ничего больше.
Едва я успеваю постучаться в дверь, как она открывается и показывается он.
О боже, он такой красивый.
Свежевыбритый, в темно-синей рубашке, темных джинсах, без обуви.
Мне кажется, что я пялюсь на него. Не уверена.
Он тоже смотрит на меня, его взгляд блуждает по моему телу и останавливается на лице.
— Привет. — Он выглядит нервным. Почему-то это заставляет меня чувствовать себя чуть лучше.
— Привет.
Он не двигается.
— Ты выглядишь… просто… — Он моргает. — Ты так чертовски красива.
Как он не понимает, что подобные заявления заставляют меня желать отказаться от моего решения «не спешить» и запрятать его туда, где никто не сможет найти?
— Эээ… спасибо. Ты тоже хорошо выглядишь. — Очень хорошо.
Он игнорирует мой комплимент и продолжает пялиться на меня.
— Эээ… Итан?
Он качает головой и вспоминает-таки о хороших манерах.