(Не) пара для короля (СИ)

— Опять подслушиваешь, — вдруг раздалось укоризненное восклицание Дарриэля, и я почувствовала, как он бесцеремонно бухнулся рядом. Без всякого стеснения, влез ко мне под одеяло, притянул так сильно, как только мог. И замер, уткнувшись носом в волосы.
Ну да, конечно. И я опять была обнаженной.
С некоторой опаской я приоткрыла один глаз, страшась увидеть спальню короля. Тут же распахнула оба, потому что это помещение было мне совершенно незнакомо.
Одно точно: это не та комната, которую мне выделили для проживания во дворце на время бала невест. Слишком просторная. Слишком в прохладных темных тонах, слишком…
Мужская, что ли.
— И где я на этот раз? — с некоторым удивлением осведомилась я.
— Естественно, у меня, — буркнул Дарриэль. — Все, Иви. Спектакль окончен. Теперь я вырву сердце у любого, кто только заикнется о том, что у тебя был роман с Эйганом.
— Как бы мой дворец в скором времени не обезлюдил, — с искренней обеспокоенностью пробормотал Эйган.
Он, к слову, сидел в кресле неподалеку и с легкой улыбкой на устах наблюдал за нами.
— А что произошло…
Я запнулась на полуслове. Очень отчетливо вспомнила свою обиду и боль, когда думала, что Дарриэль предал меня. Свой страх, когда стояла перед советом лордов, точно уверенная, что не доживу до следующего утра.
— Прости меня, — пробормотал Дарриэль. — Но если бы я предупредил тебя — то все пошло бы прахом. Ты слишком искренняя девочка, Иви. Филипп без проблем прочитал бы тебя даже без применения магии. Нам очень надо было, чтобы ты боялась по-настоящему.
— У вас это отлично получилось, — буркнула я недовольно.
— Позволь мне вымолить у тебя прощение.
Я чуть не сорвалась на стон, когда руки Дарриэля без всякого предупреждения отправились в путешествие по моему телу. Погладили по груди, опустились на живот, чуть ниже…
— Так, дорогие мои, по-моему, мне пора. — Король встал, даже не пытаясь скрыть смущенного смешка.
— А ты еще тут, что ли? — ворчливо поинтересовался Дарриэль, все-таки прекратив свои ласки.
— Уже почти нет. — Эйган обернулся, посмотрел на верного друга и вдруг строго проговорил: — Сегодня в шесть вечера.
— Да ты издеваешься, что ли? — воскликнул Дарриэль с укоризной. — Эйган, имей сострадание! Она же только очнулась!
Эйган задумчиво пожевал губами. Затем с явной неохотой кивнул.
— Ну хорошо, — процедил сквозь зубы. — Завтра в полдень. И ни минутой позже! А не то я вспомню, что все-таки король этой страны.
— Договорились.
Едва только за Эйганом захлопнулась дверь, как Дарриэль опрокинул меня на спину. Одеяло знакомо полетело в сторону, за ним последовала и его одежда, которую он скинул с удивительной скоростью и легкостью. И он припал губами к моей груди, жадно лаская.
— Подожди! — взмолилась жалобно, упершись руками в его плечи. — О чем вы говорили? Что будет завтра в полдень и ни минутой позже?
Дарриэль, словно не услышав моего вопроса, легко поборол мое сопротивление. Поцеловал долго и требовательно.
— Ну пожалуйста, — проканючила я, как только он скользнул опять к груди. — Как-то неправильно ты вымаливаешь у меня прощение.
— Завтра в полдень будет наша свадьба, — глухо проговорил Дарриэль, на мгновение отвлекшись от своего занятия.
— Что?!
Я отчаянно забилась, пытаясь освободиться из его объятий. Так упрямо и сильно забрыкалась, что Дарриэль с глубоким вздохом отстранился.
— Вот поэтому я и не хотел отвечать, — сказал он, нависая надо мной на вытянутых руках. — Знал же, что этим все закончится.
— И когда же ты собирался сообщить мне столь любопытное известие? — ядовито поинтересовалась я. — Не удивлюсь, если за пару минут до церемонии!
— Да нет, сегодня. — Дарриэль чуть пожал плечами. — Где-то через полчасика. Или часик. Как управились бы.
После чего опять с самыми недвусмысленными намерениями потянулся к моим губам.
В последнюю секунду я успела увернуться, и Дарриэль опять душераздирающе вздохнул.
— Что все это значит, лорд Тиррольд? — сухо спросила я. — Почему я должна выходить за вас? Да еще и в такой спешке?
 
— А разве ты против? — Дарриэль виновато заморгал. — Мне казалось, что ты любишь меня.
Я аж задохнулась. По-моему, он все-таки издевается надо мной! Да я его знаю всего несколько дней! И потом, я даже предложения от него не получила. А вдруг должна замуж выходить.
И вообще, какое отношение к этому имеет король? Было такое чувство, что он приказывает Дарриэлю на мне жениться. По какой такой причине?
— Похоже, придется сначала все-таки потратить время на объяснения, — раздраженно фыркнул Дарриэль, привычно подслушав мои сбивчивые мысли, и окончательно откатился от меня. Лег на спину, заложив за голову руки, после чего признался: — Вообще-то, это была моя идея, Иви. Я сам пообещал Эйгану, что возьму тебя в жены, как только с Филиппом будет покончено. Собственно, при этом условии он и согласился на проведение твоей инициации.
— То есть?
— Помнишь рассказ Генри?
Я озадаченно промолчала, не понимая столь внезапной перемены темы.
О небо, а придворный целитель-то тут при чем? Или он тоже имеет отношение к заговору Филиппа?
— Нет-нет, — поторопился заверить меня Дарри. — Ты что. Напротив, Генри очень нам помог. Нам надо было создать у Филиппа видимость того, что Эйган серьезно ранен. Филипп, эта мерзкая скотина, выпросил у твоей матери смертельное проклятие. Та с радостью даровала ему заряженный дремлющими смертельными чарами амулет, поскольку была уверена, что рано или поздно он обратит его против короля, а обвинят во всем тебя. И таким образом она достигнет сразу две цели: и поквитается за давнюю обиду вашего рода, и сделает своей преемницей свою младшую дочь.
Я шумно задышала.
Удивительно, я услышала уже достаточно свидетельств того, что моя мать отправила меня на верную смерть. Ну а то, что она никогда не любила меня, и подавно не было для меня секретом с самого раннего детства. Надо было давным-давно смириться с этим и принять. Однако почему так больно каждый раз, когда я слышу это?
— Иви, — расстроенно пробормотал Дарриэль.
Одним быстрым движением прижал меня к себе.
Теперь я лежала на нем, а его руки гладили меня по спине, баюкали, словно маленького ребенка.
— Я в порядке, — негромко проговорила я, уткнувшись носом ему в грудь. — Так в чем же заключалась помощь Генри?
— Амулет был дремлющим, — послушно продолжил Дарриэль. — Когда во дворце действовала лишь моя сеть, то я никак не мог его обнаружить. Сил не хватало. Поэтому искренне полагал, что основное желание Филиппа сделать верховным магом своего человека. Когда же ожил магический контур, то стало понятно: стоит ждать настоящей беды. Ну а дальше ниточки сами связались друг с другом. Загадочный помощник Филиппа, который помог ему проникнуть к связующим камням, твое ложное приглашение во дворец, то, что Филипп при каждом удобном и неудобном случае напоминал о том, что ты Квинси. Он готовил удар, Иви. И удар именно по Эйгану, даже не по мне. Видимо, решил, что не нужен ему строптивый король на престоле, который изо всех сил сопротивляется его решениям и упрямо отстаивает свое мнение. Нет, ему нужна была марионетка. И происшествие со связующими камнями доказывало, что эта самая марионетка у него наготове. Если бы Эйган погиб от проклятия, то любой маг по заклятию крови определил бы, что Анита — его единокровная сестра. А поскольку больше прямых потомков Эдуарда Первого в Озранде нет, то она бы и заняла престол.
Его рука в этот момент задержалась на моей пояснице, затем шаловливо скользнула ниже на ягодицы.
 
— Не отвлекайся, пожалуйста! — попросила я. Ворчливо добавила: — И меня не отвлекай.
— Слушаю и повинуюсь. — И руки верховного мага опять поднялись к моим плечам. Обняли крепко-крепко, а он уже продолжал: — Та сценка в спальне Эйгана… Ну, когда Филипп обнаружил вас якобы в обнимку с неопровержимым свидетельством того, что ты потеряла невинность… Это заставило его запаниковать. К тому моменту я потушил магический контур. Естественно, не полностью, большую часть энергии переправив на защиту Эйгана и тебя. Так, на всякий случай. Филипп прекрасно понимал, что коль скоро я инициировал тебя и коль скоро был рядом, когда ты получила силу темной ведьмы, то ни за что не поверю в твою причастность к убийству Эйгана. Значит, надо избавиться и от меня одним ударом. И он начал действовать. В разгар совета лордов он активировал амулет. Проклятие ударило прямо в Эйгана, но Филипп прежде набросил на него защиту, прекрасно зная, что заклинание ослабит чары, но вопрос смерти короля будет делом ближайшего будущего. И вот тут-то и вступил в игру Генри. Кстати, он отчаянно сопротивлялся. Мол, в гробу он видал все эти интриги.