(Не) пара для короля (СИ)

  
Елена Малиновская
 
(Не) пара для короля
   
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
 
ПОЗОР РОДА
   
Глава 1
 
Очертания фамильного замка рода Квинси медленно проступали через плотный туман по мере того, как карета, запряженная печальной гнедой лошадкой, отчаянно скрипя и громыхая, поднималась все выше и выше по крутому горному серпантину.
Я высунула голову в окно, с замиранием сердца наблюдая за тем, как через влажную белесую пелену прорисовываются высокие неприступные стены, сложенные из мшистых серых камней, и угрюмые башни с крохотными окошками-бойницами. По коже пробежал привычный холодок, и я плотнее запахнулась в предусмотрительно вытащенное из багажа пальто с меховой обивкой.
В долине, которую я покинула всего пару часов назад, царил весенний пригожий полдень. На голубом небе не было ни облачка, солнце не просто грело — жарило во всю силу, а в лесной чаще беззаботно пересвистывались птицы. Но тут я словно попала во владения вечной поздней осени. Наверное, солнечного света эти земли не видели сотни лет. Темные дождевые облака висели так низко, что казалось, протяни руку — и дотронешься до их мягкого подбрюшия.
Резкий порыв ветра ударил меня в лицо, и я поторопилась спрятаться в карету. Откинулась на спинку сидения, силясь совладать со взбунтовавшими нервами.
Все в порядке, Ивори. Все хорошо. Ты едешь домой.
Но это не помогло. Я прекрасно понимала, что в действительности мои дела обстоят хуже некуда. Три года я не была здесь. Будь моя воля — никогда бы не вернулась. Но, увы, обстоятельства складываются таким образом, что иного пути у меня нет.
Больше в окно я не смотрела. Я и без того чувствовала, как неумолимо приближается замок. То место, которое я так часто вижу в самых страшных своих кошмарах. Истинная обитель рода, в котором испокон веков рождались только темные ведьмы.
Правда, на мне, старшей дочери герцогини Кейтлин Квинси, почему-то случилась осечка.
Достаточно скоро карета натуженно заскрежетала, преодолевая последний, наиболее крутой подъем, в конце которого высились подъездные ворота. Видимо, о моем приезде были осведомлены, потому как вопреки обыкновению они оказались распахнуты настежь. А впрочем, ничего удивительного. Моя мать сама отправила мне требование в кратчайший срок предстать перед нею. Что, вообще-то, было очень странно, потому как три года назад именно она и повелела мне навсегда убираться из замка. При этом добавила, что будет несказанно рада, если больше никогда в жизни не увидит меня.
В любое другое время я бы проигнорировала письмо герцогини. Но… А впрочем, это отдельная и очень долгая история.
Спустя еще несколько минут карета в очередной раз издала душераздирающий скрип давно несмазанных рессор и остановилась. Мгновенно мое сердце бухнулось куда-то в пятки. Прочно обосновалось там.
— Леди? — раздался снаружи окрик кучера. — Мы приехали.
«Гони обратно!»
В последний момент я прикусила язык, не позволив испуганному восклицанию сорваться с него. Немного помедлила — и решительно распахнула дверцу.
Как и следовало ожидать, никто из слуг и не подумал помочь беглой дочке хозяйки, с позором вернувшейся после долгой отлучки. Хорошо, что кучер был настолько любезен, что донес мои сумки до высокого каменного крыльца, хотя было видно, что он трусит, — с такой нескрываемой опаской нервно глазел по сторонам, готовый в любой момент задать драпака.
— Всего доброго, леди, — выпалил кучер, поставив багаж на первую же ступень крыльца. Протянул руку, и я вложила в его ладонь серебряный, пытаясь не выдать при этом свои чувства.
Потому что это была последняя моя монета. В прямом смысле слова — последняя. Я даже на постоялом дворе вчера не стала ужинать, потому как понимала, что в противном случае не сумею заплатить за дорогу сюда.
— Спасибо. — Кучер глубоко поклонился. Выпрямился и хотел было что-то сказать, но в этот момент тяжелая дубовая дверь замка начала приоткрываться. Добродушный пожилой мужчина в мгновение ока переменился в лице и стремглав кинулся обратно к карете, громыхая сапогами.
 
Лошадь жалобно заржала, получив удар кнута. И спустя неполную минуту карета уже катила прочь.
Я невольно усмехнулась. Видно, что в здешних краях еще боятся и уважают род Квинси. Хотя, конечно, по сравнению с прежними временами это лишь крохи былого почета.
— Леди Квинси? — Из замка меж тем величественно выступил древний дворецкий. Сгорбленный старик, тяжело опирающийся на массивную трость с серебряным набалдашником, подковылял к началу ступеней. Подслеповато прищурился, вглядываясь в меня.
— Добрый день, Баксли, — вежливо поздоровалась я.
— О, это и впрямь вы, леди! — искренне обрадовался старик. — Позвольте, я провожу вас в ваши покои. Там вы сможете отдохнуть после дороги и умыться. Герцогиня просила передать вам, что встретится с вами после ужина.
После чего с отважной решимостью шагнул вперед с явным намерением взять мои сумки. Правда, при этом его трость подломилась, сорвавшись с края покатой ступени, и он лишь чудом не упал.
— Баксли, осторожнее! — взволнованно вскрикнула я. Подалась вперед и подхватила старика под локоть, помогая удержаться на ногах.
Дворецкий с неожиданной силой уцепился за мою руку, видимо, всерьез испугавшись. Я со свистом втянула в себя воздух — и он тут же расслабил хватку, виновато улыбнувшись.
— Простите, леди Квинси, — пробормотал он смущенно. — Надеюсь, я не причинил вам боль?
— Все в порядке, — поторопилась я заверить дворецкого. — Баксли, я сама отнесу свои вещи, не переживай.
— Но… — запротестовал он.
— Баксли, честное слово, я справлюсь, — мягко, но решительно перебила я старика. — Поверь, ничего тяжелого в моих сумках нет.
Дворецкий робко улыбнулся. А затем вдруг смущенно потупился, пытаясь скрыть, как на его глазах блеснули растроганные слезы.
— В таком случае, следуйте за мной, леди, — дрогнувшим голосом проговорил он.
И я последовала его распоряжению, сделав мысленную отметку о том, что, по всей видимости, дела моей семьи обстоят намного хуже, чем мне представлялось ранее.
Когда я уезжала отсюда три года назад, хозяйство уже приходило в упадок. Да, мой род был одним из древнейших в Озранде. Два века назад власть герцогов Квинси, точнее сказать, герцогинь, поскольку титул в моей семье, как и магический дар, в исключение всех правил передавался только по женской линии, была практически безграничной. Исконная территория моего рода занимала всю западную гористую оконечность Озранда, вплотную примыкающую к соседнему Авильону. Но род Квинси никогда не опускался до таких низменных интересов, как торговля с другими странами. Полезными ископаемые наша земля тоже была обделена. Высокое положение в стране герцогини занимали исключительно благодаря колдовским способностям. В те смутные времена с противниками чаще всего разбирались самым решительным образом. Как говорится, нет человека — нет проблемы. Но яды и оружие — слишком сомнительный способ устранения неугодного, часто дающий осечку. Тогда как магия всегда позволяет добиться желаемого. От проклятия не спасут самые искусные доспехи и самая преданная охрана. Даже король предпочитал не ссориться с нашим родом, снизив ежегодные обязательные подати до смешнейшего минимума. Благосклонность герцогинь покупали золотом и драгоценными камнями, замок бурлил от постоянных гостей. Кто-то приезжал просить защиту, кто-то украдкой договаривался о союзничестве и устранении противников.
 
Все изменилось, когда на престол взошел король Эдуард Первый. Именно он основал магическую академию в столичном Родбурге. И именно при нем был разработан кодекс, по которому носители темного дара обязаны были принести личную присягу верности королевской власти. Или же отправиться в изгнание за пределы страны со строжайшим запретом пересекать границы. Помимо этого был составлен реестр темных магов, которые два раза в год должны были являться на унизительную процедуру замера уровня силы. И создан магический контроль, занявшийся расследованием всех преступлений, совершенных с применением чар.