Бог войны (СИ)

Капитану нравились эти снаряды — по сути, не более чем просто трубы заполненные так называемыми "топливом" и "зарядом", но сделанные довольно искусно. Сами трубы — продолговатые тела драконов, вообще-то, больше напоминали рыбину нежели ящера — толстую щуку. Были покрыты резной или скорее литой чешуей, передняя часть — как эту штуку называли в документах — ракеты, была выполнена в виде стилизованной головы дракона, в глазах которого светились синим цветом пара манокристаллов, четыре стабилизатора, которые, как понял капитан, выполняли роль оперения стрелы, были сделаны из металла и походили на драконий гребень, а в носовой части дракона была свистулька. Слегка выступающие ноздри были сделаны таким образом, что вынув специальные пробки, можно было заставить воздух на высокой скорости, проходить сквозь них, заставляя дракона свистеть в полете аки демон, пугая врагов. Они и без того шумели изрядно — когда драконы летели казалось что где-то в небе кто-то зажал клавишу на духовом клавесине, но с открытыми ноздрями, дракон вопил так что душа в пятки уходила.
Закрепив конструкцию и стянув все специальными винтовыми гвоздями, солдаты принялись настраивать стойки. У каждого десятника был необходимый набор инструментов для этого — морской компас, пузырьковый уровень, угломер. Специальная палка с ленточкой чтобы изменять скорость и направление ветра, моток оплетенной проволоки, искрово-запальное колесо, баллистические таблицы.
Бойцы знали что делать и капитану достаточно было просто наблюдать. Установив станины на специальные стойки, десятники взглянув на карты и таблички, определились где они находятся и в какую сторону надо стрелять, ориентируясь по компасу развернули станины рельсами в нужную сторону, замерили направление и скорость ветра, внесли поправки и сверяясь с табличками принялись выставлять нужный угол относительно земли. Когда все десять станин были установлены, с промежутком между ними в десять шагов, капитан подошел с угломером к каждой и проверил правильность установки, сверившись с баллистической таблицей и пересчитав цифры еще и сам. Кое где чуть скорректировал направление — за время пока станины устанавливали ветер слегка поменялся, а местами даже подправил угол — артиллеристы ошиблись в расчетах и потом, после прибытия в казармы, получат за это нагоняй.
— По моей команде — предупредил он — сначала синие. Приготовиться. Залп.
Десятники провернули рычаги искрозапальных колес. Контактная каретка пробежала по кругу, поочередно касаясь каждой проволочной группы, сидевшая в коробке маленькая гроза метнулась про оплетенной проволоке пробуждая каждого дракона и через несколько секунд злобно шипя и подвывая из ящиков друг за другом принялись выскакивать короткие стрелы-драконы в клубах огня. Проскользили по длинным деревянным направляющим оставляя за собой плотные дымные хвосты, и оседлав пламя, скрылись в темном небе. 
Капитан не следил за полетом огненных стрел, он прикрыв лицо платком и часто моргая от едкого дыма, затопившего поляну, глядел на специальные часы что отсчитывали секунды. Боевая часть синих драконов, как он знал, несла в себе продолговатый железный бочонок с горючим паром, как те что разведка таскает с собой для походных печурок, только намного больше, и возможно, другого состава. После того как драконы упадут на землю, в каждом бочонке откроется специальный клапан, и горючий пар очень быстро, почти мгновенно начнет выходить. Как только бочонки опустеют, а это произойдет за считанные секунды, клапаны там большие — по сути от удара вылетает днище, чуть ли не целиком — сразу же должны прилететь красные драконы, боевая часть которых наполнена чем-то очень опасным, что и само по себе наносит большой урон, и клубы горючего пара должно было поджечь… В теории, как им объясняли при подготовке, но на практике что получится — неизвестно. Столичные ученые мужи и армейцы при больших погонах вроде бы испытали эти штуки, вместе с королем, но капитан этого лично не видел. Рылом не вышел-с в столицах расхаживать.
 
Как только стрелка коснулась нужной цифры на хронометре, капитан дал отмашку, раздался треск прокручиваемых искровых колес, и еще сотня драконов улетела в небеса. Он на какой-то момент даже почувствовал себя глупо — вот и вся война. Где-то далеко, за два дневных перехода, сейчас две сотни драконов обрушатся на сонный лагерь имперцев, а ему осталось только скомандовать разбирать и сжигать станины, которые и так уже частично горели, подожженные огненными хвостами драконов. Пока можно было отдохнуть. Война на такой дистанции очень уж неторопливая.
Корректировщик понаблюдает за результатами удара, отправит птицу в город, та будет лететь не менее получаса, а скорее более, после этого, из города прибудет гонец — ему тоже надо будет около часа чтобы добраться до квадрата в котором разместился отряд. Исходя из результатов удара, сотня капитана может как готовиться к обороне, так и переправившись через реку, пойти в атаку, на добивание врага, предварительно повторив залп уже с более близкой дистанции. При крайней нужде артиллерист мог выпустить снаряды из ящика прямо с рук, прямой наводкой, но военная доктрина такого не рекомендовала. Подразумевалось что нынешняя война будет вестись дистанционно, на больших расстояниях. Молодой король решил не сближаться с имперскими войсками и воевать с ними на расстоянии минимум в половину дневного перехода. 
Уже завтра в столицу отправится депеша, и в случае нужды прибудет подкрепление. Если ручных драконов будет недостаточно, сюда подтянутся колесницы — телеги на которых установлены более серьезные направляющие для ракет, в большем количестве, да и сами драконы посерьёзнее, ну а если сотня капитана полностью провалит задачу и не сможет даже замедлить продвижение врага, сюда прибудут "артиллерийские катера" — летучие корабли похожие на те что привозят в городок боеприпасы. Только вместо грузового отсека на них будут установлены все те же "драконьи гнезда" но уже не с десятками драконов, а с сотнями.
  
Глава 2
 
Сонная промышленная окраина Альды, в которой располагались цеха и мастерские, искровыми лампами не освещалась. Незачем. По здешним узким улочкам не гуляли ради удовольствия молодые парочки, и солидного вида мужчины с дамами не выходили на вечерний моцион, детского смеха эти переплетения тесных улиц и мрачных переулков тоже не слышали уже давно, зато крики, ругань, конское ржание и непрекращающийся скрип повозок, здесь, казалось, не замолкали никогда.
Многочисленные производственные и мастерские цеха и фактории, толпы снующих туда-сюда курьеров и доставщиков, непрекращающиеся заторы из повозок казалось пропадали с улиц только ночью. Но уже с раннего утра все начиналось сначала — толпы народа, крики, гомон шум, и череда телег подвозящих к цехам металл, древесину и другие материалы, и вывозящих уже готовую продукцию, которая растекалась тоненькими ручейками по многочисленным торговым лавкам и купеческим складам. Те в свою очередь перенаправляли потоки товаров и денег дальше, определяя что, где и в каком объеме нужно, и кто, сколько и за что, готов был заплатить.
В столь ранний час на улицах еще никого не было, окна многочисленных промышленных цехов не светились, и скромные кирпичные, без всяких украшений дома, стоявшие прижавшись один к другому, казались сплошным черным монолитом.
Сонную идиллию промзоны разбили подкованные копыта лошадей. Два десятка всадников проскакали по тесной улице, проверяя дорогу и словно бы теряя по паре бойцов на некоторых поворотах и примыканиях переулков, которые те брали под контроль.
Вслед за колонной конников шла большая черная карета, с серебряными гербами королевского рода, следом за ней две необычной формы повозки, а замыкали кортеж еще не менее десятка верховых. Мощные магические лампы освещали путь а красно-синие мерцающие огоньки на карете, повозках и даже на наплечниках всадников, предупреждали случайных зевак что едет его величество, и лучше с дороги сойти, потому что черные вороны короля не будут разбираться кто на их пути — случайно зазевавшийся работяга, или подосланный недругами диверсант. Немного отстав от королевского кортежа, плелись массивные запряженные не быстрыми но сильными тяжеловозами, многоместные повозки в которых размещался персонал стратегического оборонного завода.