Смерть для бессмертных (СИ)

Сделаю это – и скажу, как Ницше: «Бог умер». С этой мыслью я несусь на него, но вскрикиваю, когда словно откуда не возьмись на меня выскакивает чертов КарМайкл и вонзает один из клинков мне в левое подреберье.
Я ощущаю, как Тень, что покрывает меня, словно доспех, тут же отступает. 
- Да! – радостно вопит Перегил. – Я был прав, когда отдал этот меч именно тебе КарМайкл!
Вот только КарМайклу уже не радостно – в его череп по самую рукоять вошел клинок Карлейна.
И, когда КарМайкл замертво падает, Перегил пожимает плечами:
- Эх, жаль… он мне нравился. Всегда… так весело шутил. Да и… дело своё сделал. Этот меч… он… как бы блокирует твою связь с Кошмаром. Вилишь ли… Кошмар – это творение Бездны. И уничтожить его – это все равно что сделать сеппуку, только не столь благородно. А вот если Кошмар останется жив… а ты, дорогой мог, отправишься на перерождение… 
Карлейн встал подле меня и попытался извлечь меч из меня, однако его попытка принесла такую боль, что я закричал. Громко закричал.
- Нет, не поможет, - говорит Перегил, разводя руками. – Да и… не вынешь ты его. Маркус мертв. То, что он сейчас всё еще говорит с нами – это лишь действие Кошмара. Процесс… его отделения. Сам Маркус… уже мертв.
Я переводу взгляд на Карлейна. Он смотрит на меня. И я хватаю его за руку. Затем моя Тень переползает к нему. Частично. Ровно столько, сколько хватило бы для удара. Его правая рука покрывается черной материей, которая тут же принимает вид некоей перчатки с клинком.
- Что ж… я уже вроде как всё. Теперь тогда… сделай его, - шепчу я. – Восстанови справедливость.
Карлейн кивает и встаёт.
Джорах встает перед Перегилом, готовясь защитить своего хозяина.
- Тогда поторопись, - улыбается Перегил. – Джораха придется убить до того, как Маркуса покинут силы – ведь… тогда твой этот… теневой клинок… просто станет бесформенной массой.
- Не Джорах… моя цель, - говорит Карлейн – и разбегается.
Перегил приподнимает голову и щурится. Джорах вскидывает меч.
Карлейн ныряет к Перегилу, проносясь мимо Джораха в воздухе – но тот-таки наносит удар. Но попадает и Карлейн – кинжал входит Перегилу прямо в грудину – и всё вокруг замирает.
- Бог… умер, - шепчу я и улыбаюсь, заваливаясь на бок.
А затем вижу яркую вспышку, заполнившую зал – то был разорвавшийся зад Перегила, лопнувший от переполнявших его тщеславия и гордыни.
Когда все улеглось, я приподнялся, используя для этого последние оставшиеся силы. Вынув меч из своего бока – теперь уже я смог то сделать, - прочепал к лежащему на полу Карлейну. Вернее, к верхней его половине – удар Джораха пришелся ему как раз на линию пояса, и разрубил его пополам. Тем не менее, каким-то чудом Карлейн все еще дышал, хотя и бился в агонии.
Я опустился к нему на колени, подложил одну руку ему под голову, вторую положил на грудь.
- Мы… справлись? Мы победили? – его губы дрожат.
- Победили. Благодаря тебе.
- Тогда я рад, - он кивает, а затем улыбается, глядя на оставшиеся от Перегила пепел да угли. И вот теперь на его глазах появились слезы. Те слезы, что хотела увидеть Ника, но которые он держал в себе. Появились они лишь сейчас. 
Я ощутил, как его рука сжимает мою.
- Я выполнил обещание, сдержал слово, - говорит он, глядя теперь снова на меня, - и восстановил справедливость. Ибо я…
И его взгляд замирает. Я словно ощущаю, как жизнь покидает его. Резко и не задумываясь.
Умираю и я. И чувствую, как со всех сторон наползают тени.
Все они были мертвы. Последний удар теневым кинжалом поставил жирную точку в этой истории. Я… закрыл глаза. Всё было кончено.
- Идём, - слышу голос Элеонор, и во мне будто включается дополнительный генератор. Я пытаюсь найти ее взглядом, но понимаю, что ничего не вижу – вся комната погружена во мрак. – Маркус, ты слышишь меня? Слышишь?
- Да, да, - отвечаю я, но не слышу собственного голоса.
- Маркус, ты умираешь, - говорит она. Кажется, она даже плачет. – Тебя уже не спасти.
Я киваю. Я понимаю. И я готов. Моя история завершится здесь. Прямо сейчас.
 
- Но ты должен передать его.
Кого? Кого передать? 
- Отдай сыну свою Тень. Иначе Кошмар тоже умрет без носителя. Но никто не сможет вынести его, и не сойти с ума! А наш сын сможет!
И мою руку сжимает другая рука. Мужская. И сильная. Мой Хейзел… мой мальчик…
- Отдай её, Маркус. Пора… отпустить свои ночные кошмары. Время пришло…
И я позволяю Тени покинуть моё тело. Когда осуществляется переход, тело тут же немеет. Я чувствую себя дряблым беспомощным стариком. И холод… жуткий холод… могильный…
- Я люблю тебя, - слышу голос Элеонор и, кажется, улыбаюсь…
  
Эпилоги
 
Эпилог 1 
Все проспали в тот день не просто так. И то, что Кириллу показалось странным, чуть позже обернулось настоящим кошмаром. Оказалось, в каком-то городе неподалеку рванула лаборатория. Весь город был сметен с лица земли за пару секунд. А взрывная волна нанесла ущерб не сметая здания… а разнося некую заразу. Какой-то чертов вирус, из-за которого…
Первым стал какой-то дедушка, что умер в реанимационном отделении от инсульта. Но уже через шесть минут после смерти он пришел в себя и укусил медсестру. Дедушку потом всё же убили – расстреляли полицейские. Правда, он успел покусать еще четверых санитаров и собственную дочь. Следующей же ночью у всех шестерых начался дикий жар. И уже на утро они стали бродить по городу, кусая всех подряд, словно хреновы зомби.
Кирилл и Эльрикель прятались в забаррикадированном супермаркете вместе с шестью другими выжившими. Должна была начаться зима – и скоро станет жутко холодно. Добывать припасы и греться… будет сложно. Ох как сложно.
- Кажется… один из них, но… - говорит Чарки, глядя в щель между досками, - какая-то она… иная.
- Я – не одна из них! – слышит Кирилл голос, подойдя тоже посмотреть. И… этот голос.
Кирилла всего передергивает. Он отталкивает Чарки и смотрит в щель. И видит девочку с синими волосами.
- Ты звал меня? – улыбается Аква, а затем опускается, чтобы Кирилл увидел ее глаза. И после этого подмигивает.
Эпилог 2 
Карлейн, настоящий Карлейн, спит в трюме вместе с другими моряками, отдыхающими от своей смены. Кассандра уже давно не спит с ним, да и вообще является капитаном. Теперь она трахается с красавчиком-блондинчиком Билли. А он… он теперь просто матрос. Но, по крайней мере, живой матрос.
И тут в его взгляде что-то меняется.
Делая глубокий вдох, он садится в своей постели и осматривается.
- Где я, мать твою за ногу? – пытается будто вспомнить, а затем касается своего тела, лица, волос. Ощупывает мышцы, которых практически нет, живот (непозволительно жирный!), а затем начинает шарить по карманам.
В одном из них находит её – шестигранную монету, с одной стороны которой выгравирован череп, а с другой – рука. Только теперь она не золотая, а старая, проржавевшая, сухая. Карлейн с легкостью ломает ее пополам.
- Надо же, - тихо говорит он, - неужели так и не воспользовался?..
Теперь он тихо встает, запинается о кого-то, слышит в свой адрес оскорбление и тут же хватает этого матроса. В ответ на угрозу дает ему лбом в переносицу, а затем узнает, где каюта капитана. То, что он находится на корабле – он уже понял.
Кассандра резко вскакивает, когда дверь в ее каюту открывается.
- Карлейн?! Какого морского дьявола тебе здесь надо?! Пошел вон на палубу!
- Нет, - сухо отвечает он, проходя вглубь комнаты и оценивающе глядя на блондинчика. – На палубу пойдет он. И ты тоже. Ну или отправишься на корм акулам.
 
- Что ты себе позволяешь, ублюдок?! Перегрелся?! – она хватается за саблю и голышом бросается на бывшего. Убивать не планирует – только наградит парой шрамов.
Но внезапно он уходит с линии атаки, а затем еще каким-то образом выхватывает у нее саблю и лупит ее широкой стороной ей по заднице.