Смерть для бессмертных (СИ)

Две девочки лежали рядом – и тоже едва проснулись. Я насадил их на свой утренний стояк, и отправился принимать ванную. До встречи с Карлейном и его новой подружки всё было вроде как нормально. Но вид этой блондиночки… боже ты мой… я хотел поиметь ее прямо там, у Карлейна на глазах. Не знаю, как сдержался. Сам не пойму.
Зато точно помню, что практически в полубредовом состоянии рыскал по замку в поисках служанки с такими же светлыми волосами. Во время поиска вспоминал Эльрикель. Боже… как же я ее хотел! А когда блондинистая служанка, пусть и не писаная красотка, всё же появилась на моем пути – я овладел ею, вроде бы, прямо в коридоре. Возможно, нас даже кто-то видел. Не ручаюсь говорить точно…
Пришел в себя, наверное, ближе к вечеру, когда уже сидел в своей карете напротив Кары. Она поправляла свою одежду, порванную в нескольких местах и тяжело дышала. Как раз сейчас она подтягивала бретельку платья.
- Мы… трахались? – спрашиваю я, глядя на Кару и вроде как прекрасно это понимая.
Она изменилась в лице и непонимающе уставилась на меня, глядя прямо в глаза.
- Ты сейчас ведь не шутишь, да?
Я выглядываю в окно, отодвигая шторы. Уже вечер.
- Что я делал весь день? Он… словно выпал из реальности…
Она молчит. Думает. Возможно, подбирает слова.
- Если говорить максимально кратко, то… ты насиловал всё, что было женского пола и попадалось тебе на глаза, - сглатывает. – Секс со мной у тебя за сегодняшний день… уже четвертый. Этот раз… дался мне не с такой уж охотой, признаюсь.
Я смотрю на нее. Счастливой и правда не назвать.
- Я… не помню ничего. Только утро. Те девчонки… затем Карлейн и та блондинка… потом я… а потом всё. Целый день… будто бы выпал.
Она, кажется, напугана.
- Это не нормально. Не находишь?
Я киваю.
- Что ты знаешь о подобных недугах?
- Ничего, - тут же отвечает она. – Нужен какой-нибудь… более опытный знахарь.
- Или Бог. Как далеко мы отъехали от Голденхэйвена?
- Пару часов назад. И я бы не хотела возвращаться. Мне кажется, этот город… плохо на тебя влияет. Может, это всё влияние Перегила?
Я откидываюсь назад и закрываю глаза.
- Мне нужно поговорить с Аквой, - говорю это, совершенно не имея ни малейшего понятия о том, что больше ее не увижу. – Если вдруг снова буду приставать…
- Не волнуйся. Я помогу, - она улыбается. – Я сказала, что не с такой уж охотой, но не говорила, что мне это вовсе не нравится. Если не попытаешься затащить сюда кого-то еще – ублажить тебя я смогу.
Я киваю. И улыбаюсь ей в ответ.
***
Её звали Никой.
Совсем еще юной она попала к Сансе, тогда еще жившей в теле мужчины. В одиннадцать лет она выполнила свой первый заказ – перерезала глотку жирному педофилу. После этого убивать стало проще. Значительно проще.
Тот, в чьем теле жила Санса, лично обучал ее убивать . Ножи и яды сразу же стали ее любимыми видами оружия. На втором после них месте – арбалеты. Не большой такой арбалет, а маленькие, с небольшими стрелами, наконечники которых были вымочены в различных ядах. 
А яды были самые разные – она готовила их сама. Были те, которые мгновенно убивали. Были те, которые убивали через несколько часов, или даже дней. Были те, что заставляли долго страдать. Или те, что сводили с ума и заставляли убивать всех, кто бы и попался на глаза. Она могла охмурить, используя специальный раствор, который наносила на шею – туда, где пульсировали сонные артерии, - и на запястья. Кровь мужчин будто тут же вскипала. И это часто помогало ей.
Очень часто.
А потом Санса рассказала о себе. И приняла в Орден Бесшумных. Она могла научиться менять внешность, но отказалась, ведь тогда… она бы потеряла своё истинное лицо. А свое лицо она любила. Своё лицо, свои волосы, свою фигуру. Она считала себя безупречной. И не желала расставаться с идеалом ни на минуту.
Она не думая приняла покровительство Богини Цекус и поклялась служить ей вечно. Санса даже пообещала, что когда-нибудь она войдет в число Бессмертных. Если, конечно, будет достойна. А достойной она была, ведь равных среди прочих Бесшумных ей пока еще не было.
 
До встречи с Мастером. Великим Бессмертным, самым лучшим. Она знала, что он хорош. Но что бы быть хорошим настолько…
Она хотела быть с ним всегда. И не терять из виду. Она ходила за ним следом весь день, а теперь держалась верхом к нему поближе. Она уже наносила на шею и запястья свой раствор, но он не отреагировал. Другие – да. Но не он. Не великий Мастер.
- Карлейн, - говорит она, поравнявшись с Мастером вновь, - не могли бы мы… уединиться? У тебя же есть карета. Почему ты не хочешь ехать в ней?
- Из кареты ничего не видно, - отвечает он лишь на последний вопрос и полностью игнорирует предложение об уединении. – Я должен быть готов к любому развитию событий. На нас могут напасть.
- Никто на нас не нападет.
- А твои дружки?
- Больше никого нет. Мы были последними.
- Ты лжешь. Или не знаешь.
- Клянусь! – она снова равняется с ним, так как слегка отстала. – Больше никто из Бесшумных не нападет! Мы были последними. Последними, кого рискнули послать. Больше никого не будет.
Он замолчал. Она тоже решила немного помолчать, но надолго ее не хватило.
- Как насчет того, чтобы недолго побыть наедине?
Он тяжело вздыхает.
- Если ты о сексе, Ника, то он мне не интересен.
- Не лги, - тут же отрезает она. – Не может секс быть не интересен. Могу я быть тебе не интересна. Но никак не секс. Но… неужели… я тебе не нравлюсь? Правда?! Совсем-совсем?! Неужели… ты…
- Я не по мужчинам. Но и женщины мне не интересны. Секс – отвлекающий фактор. Глупая трата времени. Физические упражнения не менее полезны для тела, легких и сердечной мышцы.
- Но, - она усмехается, - а как же… оргазм?
- На деле – это всего лишь выброс семени в лоно женщины с целью продолжить род. Детей я пока иметь не хочу.
Она продолжила вести свою лошадь рядом, но теперь уже молча.
- Возможно, со мной что-то не так, - разрушает молчание Карлейн. – И мне приятно, что я интересую тебя как партнер для физической близости. Умом я понимаю, что приятно быть тем, кого желают. Просто… я не разделяю такой любви. Как-то раз… я действительно желал соития, но… это был лишь однажды. И это было… что-то странное. Возможно, дело в алкоголе, или еще чем-то… но ранее этого не было. И не повторялось после. А еще – я не понимаю, почему разговариваю с тобой обо всём этом, ведь знакомы мы менее суток.
- Правда так считаешь?
Карлейн резко поворачивает к ней голову.
- О чем ты?
- Допустим… я знаю о тебе что-то… чего ты не помнишь…
Она ясно заметила, как меняется его лицо и взгляд.
- Не начинай, - тихо произносит он. – Если это продолжение той истории о двойнике… я просто прямо здесь убью тебя.
Она понимает, что это правда. И затыкается.
- Как скажешь, - отвечает лишь это, а затем отворачивается. И даже немного подает вперед, чтобы он мог видеть ее со спины. Может, она ему хотя бы сзади больше понравится?
И тут он догоняет её.
- Ладно. Попробуй меня удивить.
Она улыбается.
- А если я тоже скажу тебе что-то, что тебе не понравится?
- Ну попробуй.
- Умеешь ли ты передвигаться бесшумно? Очень тихо. Так, что твоих шагов совсем не слышно, - она выдерживает паузу, чтобы он мог это переварить. – Был ли хоть кто-то, кто мог бы сравниться с тобой в навыке владения мечом? Был ли хоть кто-то, про кого ты бы мог сказать, что он лучше? – и снова пауза. – Как точно ты стреляешь из лука? Можешь ли убить табуреткой, или палочкой для чистки зубов? Просчитываешь ли постоянно, на уровне рефлексов, как убить того, или иного человека? Зайдя в комнату, оцениваешь ли ее, как территорию для ведения боя? Оцениваешь ли предметы на столах и стенах в качестве потенциального оружия?
 
Карлейн практически не моргал. Она словно знала его с самого рождения. Будто некая колдунья, рассказала всё о тех его привычках и навязчивых мыслях, смысла которых он не понимал и сам.