Смерть для бессмертных (СИ)

- Здравый смысл. И последнее – в конце этой недели хочу устроить бал перед наступлением. Пусть объявят праздник для всех горожан. А для самых знатных – бал в тронном зале.
- Тогда я и девочек своих подготовлю. Добавим щепотку… разврата в этот праздник.
Я улыбаюсь.
- Ничего не имею против.
Кивнув, она повернулась ко мне спиной и зашагала прочь, громко цокая каблучками и, как всегда, аппетитно виляя бедрами.
  
Глава 20. Бал-маскарад
 
Комната, в которой лежит могучий Гелегост, была обставлена… максимально минимально: кровать, прикроватная тумбочка, столик для еды и… всё. Еще в ней имелось окно с видом на графский сад и две двери – одна вела в коридор лазарета, другая в ванную комнату (там было что-то наподобие унитаза и душевой кабины, спроектированные по приказу Маркуса некоторыми умельцами).
Сам же Гелегост только-только пришел в себя, выйдя из продолжительного сна. И тут же наткнулся взглядом на маленькую девочку с голубыми волосами – Акву. Она стояла рядом с кроватью и ждала его пробуждения.
- Почти по расписанию, - констатирует она и мило улыбается.
- Маленькая Аква? Гелегост смог тебя спасти?
- Нет, Гелегост не смог. Меня защитил стражник, его имя Карлейн. Но зато я… я смогла спасти тебя.
- Маленькая Аква спасла жизнь Гелегосту? – он не верил, что такое могло случиться.
- Да, если бы не я… ты бы умер, Гелегост. Фактически, ты был мертв. Несколько секунд. Но я смогла договориться за твою душу.
- Это значит, что…
- Это значит, что теперь Гелегост должен Акве свою жизнь, - перебивает она орка, не позволяя ему закончить. – Это значит, что теперь, когда Гелегост будет делать выбор – кого спасти – Акву или Кирилла… Гелегост сможет выбрать сам. Потому как теперь он должен свою жизнь нам обоим.
- Это сложно для Гелегоста! Как Гелегост сможет так поступить?
- Не знаю, здоровяк, - Аква пожимает плечами. – Но впредь будь внимательнее. Твоя ошибка… могла стоить мне жизни.
- Гелегост не допускает ошибок!
- Тем не менее, сейчас Гелегост на этой вот кроватке… уже несколько дней. И жив Гелегост лишь благодаря мне – не забывай.
И теперь Аква снова очень мило улыбается, покончив с серьезной частью диалога.
- Кстати! – она говорит совершенно иным тоном – более детским, - скоро будет бал-маскарад! Поправляйся… к этому дню! Пойду скажу сиделке, что тебя можно покормить – проснулся ведь!
На этом она покидает комнату орка, оставляя его в раздумьях. В самых тяжелых раздумьях за всю его жизнь.
***
На бал в графский замок были приглашены самые влиятельные и богатые жители Айронхолла, известные воины, прославившиеся какими-нибудь выдающимися подвигами, а также самые красивые одинокие девушки, большая часть которых были представительницами публичного дома «Языки пламени». Прекрасно понимая, как обычно проходят подобные графские пирушки, очень многие мужчины не взяли с собой своих жен и нисколько не жалели о таком решении.
Входить на бал было можно в совершенно любом праздничном одеянии, но главным атрибутом была маска, скрывающая верхнюю часть лица. Те, кто не взял маску с собой, получали ее на входе, выбирая из тринадцати представленных вариантов.
Некоторые комнаты были специально отведены для того, чтобы некоторые из гостей могли уединиться. В целом, никто не был против, даже если бы совокупление состоялось и в главном зале, но подобное происходило нечасто. По крайней мере, не в первой половине празднества.
Правило было на этом празднике всего лишь одно – нельзя снимать маску и показывать своё лицо. Одно-единственное правило, которое изредка-таки нарушалось, вследствие чего раскрывшего свою личность человека выгоняли с бала без права вернуться назад.
Сам граф был весьма узнаваем даже в своей маске почти для каждого из присутствующих, а вследствие этого опознать в танцующей рядом с ним брюнетке графиню было несложно. Танцевал он в основном только с ней, хотя изредка ему и приходилось соглашаться танцевать с какими-нибудь женами его высокопоставленных вельмож, но к ним Элеонор никогда не испытала бы ревности, так как большинство их них выглядели на порядок хуже, а цену себе и своей внешности бывшая мисс Флауэрс прекрасно знала.
 
Изредка и ей приходилось танцевать с толстобрюхими торгашами, от которых разило жареной курицей и вином. И со своей ролью вечно улыбающейся хозяйкой замка она справлялась. Более чем.
Когда один из таких танцев Маркуса завершился (танцевал он с бледнолицей анорексичкой, дочерью одного из его советников), а сам граф стал искать глазами свою верную жену, прямо перед его лицом возникла женщина, поражающая своей красотой даже будучи в маске. А узнать ее даже издали можно было бы запросто только лишь по цвету ее волос – темно-синему.
- Могу я пригласить на танец графа? – девушка улыбается, а Маркусу становится слегка не по себе.
- Аква, я не думаю…
- Думать, мой граф, - она тут же оказывается рядом с ним, бесцеремонно вторгнувшись в его личное пространство, и кладет его руку себе на талию, вторую берет в свою, - нужно до того, как обесчестишь девушку. Но когда это уже произошло – изволь жениться.
Маркус на какой-то миг испугался, но по ее звонкому смеху понял, что богиня так шутит. Зато он не понял, как так быстро начал с ней танцевать. Кажется, девушка все делала сама. Ну или каким-то телепатическим образом заставляла его тело двигаться.
Из-за близости их тел, он не смог как следует разглядеть ее платье-русалку небесно-голубого цвета. Зато его смогли разглядеть почти все другие дамы, включая и Элеонор. И вот к этой синевласой красотке… она определенно ревновала. И это еще хорошо, что она находилась недостаточно близко для того, чтобы увидеть, как глаза Маркуса фиксируются на губах ее конкурентки. Тем не менее, кровь Элеонор начинала потихоньку закипать.
- Зачем ты так делаешь? – спрашивает Маркус очень тихо. – Риск того не стоит.
- Как раз-таки стоит! Я обожаю танцевать! А на балах я бываю нечасто. Тем более… в таком виде.
Она имеет в виду не платье – а свой возраст и свою фигуру. Последняя была столь же божественна, сколь и натура самой Аквы.
- Твои волосы… по ним тебя несложно узнать…
- Лишь Кирилл видел меня в таком виде, но он не пришел ещё пока. Остальные же понятия не имеют, что я могу быть взрослой. Ну же, Маркус! Отбрось свою подозрительность и выруби паранойю! Дай девушке… побыть с мужчиной, которого она… хочет.
От одного лишь последнего слова граф ощущает прилив крови в проблемном месте. И виной тому стало то, с какой интонацией она это слово произнесла.
- Ты специально это делаешь, так ведь? Чтобы Элеонор ревновала.
- Может быть, да, а может быть, может быть, про-осто может быть, я хочу танцевать!
Маркус отводит взгляд от Аквы и тут же находит взглядом Элеонор – сделать это несложно: она стоит чуть впереди всей толпы, которая, к слову, довольно-таки сильно расступилась, создав некое овальное пространство, в центре которого танцевала одна-единственная пара – их пара!
И взгляд Элеонор ему определенно не нравился.
Но еще больше ее взгляд изменился тогда, когда музыка подошла к своему завершению, и Аква решила выполнить движение с прогибом назад, как это часто видел в своем мире Маркус в фильмах – она наклоняется назад, выгибая поясницу, он держит ее за талию, чтобы она не упала, а затем…
Затем Аква привлекает его к себе и… целует.
То ли из-за шока, то ли из-за достаточного для того, чтобы мозг вырубился, возбуждения – он не смог сопротивляться. И поцелуй вышел… слишком долгим. Непозволительно долгим. Да еще и… безумно страстным.
 
Когда их губы разомкнулись, а рот Маркуса остался приоткрытым от шока, Аква очень тихо сказала:
- Кажется, я немного перегнула палку, но… уверена, что ты сможешь с этим разобраться. А еще сюда идет Кирилл, так что… мне пора. И еще Карлейн. Мы же должны его проверить! Не забыл?