Отец моей подруги. Новый Год! (СИ)

  
История первая
 
Просто поцелуй его, говорили они.
Просто. Поцелуй.
Поцеловала, мать его…
Мужчина грубо обхватил мои ягодицы, жадно вдавливая спиной в дверь туалетной кабинки. Его язык так властно и по-свойски хозяйничал у меня во рту, будто решил свести с ума. Господи, а какой же у него был твердый пресс! Будто каменный… Чертова статуя.
Я завела ладонь ему под рубашку, без стеснений облапывая пальцами каждый кубик и застонала. Мужику сорок лет, а тело, как у профессионального спортсмена. Он точно бизнесмен? Или просто гантели продает?
— Если ты хочешь остановиться, — уткнувшись лбом в мой лоб, сбивчиво протянул он. И в разрез словам, поднял меня в воздух, заставляя обхватить его ногами за талию. — То самое время. Либо сейчас, либо никогда.
Я истерически рассмеялась. Остановиться? Он серьезно?? И это после крышесносного поцелуя в засос?? После которого я не поняла, как оказалась с ним запертой в туалетной кабинке ночного клуба? Ага, уже прямо вот разбежалась. Спотыкаюсь на ходу.
— Отлично, — рявкнул он, а затем одним резким движением задрал мое узкое платье-резинку до самых подмышек. А белья-то под низом и не было. Взгляд мужчины стоил оваций и только от него одного можно было кончить. — Потому что теперь уже поздно, конфетка.
Конфетка… Он уже и прозвище мне дал? Когда только успел?!
Я глухо застонала, когда мужские губы с рыком опустились на мой сосок, прикусывая его и тут же зализывая. Пальцы сами оказались в его густой шевелюре, направляя в наиболее чувствительные места. Хотя… От Его касаний даже под коленкой будет чувствительно! И без того пьяное сознание обволокло дурманом, даря телу желанную негу.
— Надеюсь, ты не девственница? — торопливо протараторил он, суетливо приспуская джинсы и доставая из кармана презерватив. Ага, значит секс сегодня у него таки планировался? Интересно только, с кем. Или он всегда с собой защиту носит? Для сорокалетнего свободного мужика вполне себе оправдание.
— Ха! А вы сомневаетесь? — насмешливо изогнув бровь, я тут же потеряла весь свой юмор, когда увидела размеры члена этого гиганта. Нет, такого у меня еще точно не было. Огромного, мощного, твердого, дрожащего от возбуждения. Нервно сглотнув, я проследила за тем, как мужчина раскатал презерватив и уставился на меня, требуя четкого внятно ответа. — Да был у меня секс. Не бойтесь, не посадят.
Он явно не оценил моего юмора и ущипнул за сосок, заставляя пискнуть. И что я такого, спрашивается, сказала? Вроде как кого-то в этом мире могли посадить за интим с двадцатилетней девушкой. Бред. Шуток не понимает.
— Я сейчас вообще уйду, — хмыкнула я, делано обижено. Хрена с два я сейчас куда-то уйду, не дождется.
— Только через мой труп, — рявкнул он, сжимая мою талию и оглушая новой порцией сводящего с ума поцелуя.
Госпожи Боже, ну, где такому учат? Чтобы прямо вот перед глазами белый дым и коленки подкашивались? Знала бы я, что так можно, давно бы его уже поцеловала… Накинулась бы в первый день знакомства, как ненормальная.
— Готова? — больше ради проформы просил он, а затем головка его коснулась моего клитора, и я с трудом сдержалась, чтобы не кончить. Но чем больше мужчина входил, тем больше улетучивалась радость. Он был огромным. Слишком большим для меня. Буквально разрывая на две части. — Потерпи, конфетка. Еще немного.
— Не получится. — жалобно прошептала я, напрягаясь всем телом. Мужчина испустил рваный стон, медленно раскачиваясь вперед-назад. — Не получится… Не получится…
Одно резкое движение, и он оказался во мне. Полностью. В сердце будто адреналин укололи. Я буквально ощущала, как дрожит мое тело под Его умелым натиском.
— Фак… — сдавленно прошипел он, и по тому, как сжались мужские ладони на моих бедрах стало ясно, что терпение и смирение дается ему ой как не просто…
— Виктор Семенович, — прошептала я в его губы пьяная до невозможности. То ли от пяти стопок самбуки, что выпила на спор, то ли от мужчины напротив. — Трахните меня, пожалуйста.
 
Что-то в глазах его подозрительно блеснуло, капилляры полопались. Он зарычал, будто зверь какой-то, а затем началось совершенное сумасшествие. Он вколачивал меня в стол, будто безумец. Вырывая стон за стоном. Каждое движение отзывалось мощнейшим импульсом в каждой клеточке тела, заставляя звезды мигать перед глазами неоновыми вспышками.
— Я именно такой тебя и представлял, Альбина, — шептал он мне, будто сошедший с ума безумец, пока я до крови царапала его спину. Он ловил мои крики губами, снова, снова и снова… — Именно. Такой…
Это была вспышка. Феерия. Самый мощный оргазм в моей жизни. Самый безумный секс на свете. То, что я даже в страшном сне боялась предположить: в туалете ночного клуба. Да еще и с кем? Про себя страшно произнести. Стыдно, неловко.
И они говорили поцелуй: поцелуй и сбеги. Ничего не будет! Повеселимся. Выиграешь сотню. Только вот никто и предположить не мог, что стоит мне подойти к мужчине, и коснуться его губ своими, как он вцепиться в меня «руками и ногами», доводя до безумия своим напором. И что уже через считанные минуты я буду содрогаться от оргазма в его объятиях.
— Че-е-ер… — взмолилась я, когда эмоции поутихли, а реальность обрушилась на голову словно ушат ледяной воды. — Черт-черт-черт!
— Поддерживаю – черт, — хмыкнул запыхавшийся мужчина, хотя по его голосу сложно было прочесть сожаление. Скорее, удовлетворение. И, быть может, желание еще одного раунда.
А я ведь вообще не должна была попасть в эту компанию на Новый Год. Все как-то случайно получилось… Однокурсница позвонила уже вечером тридцать первого, пока я в общаге одна скучала, пригласила в клуб. А там Он. Неожиданно и невероятно. Как снег на голову. Тот, по кому я вздыхала долгие, долгие два года. Сидит у барной стойки один, грустит.
И Светка такая:
— Поцелуешь – дам сотку. Посмеемся.
А мне то что? Толпа скандирует, я пьяная до невозможности. Чего бы и «да»?
И чем все закончилась? Я только что переспала с отцом, чтоб его, лучшей подруги. ЛУЧШЕЙ ПОДРУГИ. И если Наташа узнает, дружба наша на этом и кончится.
*** 
Я бежала по обочине дороги, как ненормальная. От чего, спрашивается? Или от кого? Никто из компании вообще не заметил, что мы с Виктором Семеновичем вместе исчезли за дверьми кабинки туалета, а на душе все равно гадко до одури.
— Кто ты после этого Альбина? — шептала я себе, заливаясь слезами. — Сука – вот кто! Самая настоящая дрянь!
А ведь Наташа всегда жаловалась, что каждая вторая ее подруга мечтает залезть в трусы к ее отцу. И, как тут не хотеть? Высокий кареглазый красавец. От одного взгляда на него бабочки в животе порхают. Красивый, как Голливудский актер. А тело! Господи, да за него можно родину продать. Я, как увидела летом у бассейна, месяц спать спокойно не могла.
И этот секс… Знала ведь, что никогда его не забуду. Знала, что это лучшее, что было со мной за всю, пусть и короткую, жизнь. А от этого его обращения «конфетка» ноги судорогой сводило, а перед глазами белело все.
— Шлюха ты, Альбина. Шлю-ха! Предательница. — рычала я себе под ноги, снова и снова спотыкаясь на высоченных шпильках. Белая эко-шуба разлеталась на ветру, снег ложился хлопьями на темные волосы. А холода я не чувствовала. До сих пор Его тело меня согревало. Магия какая-то, ей богу.
— Как ты будешь Наташе в глаза смотреть, алкоголичка?! — остановившись, я представила, как подруга возвращается после зимних каникул и узнает, что я натворила. Это будет крах всего. А ведь у меня кроме нее и нет никого. Родители умерли давно, других родственников нет. Только Наташка одна хорошо ко мне относилась. И, вот чем я ей ответила.
 
От захлёстывающих рыданий свело в груди, и я остановилась, обнимая себя руками. Дьявол, но как же Он мне нравился… Как никто и никогда. Я ведь и на других парней не могла смотреть с нашей первой встречи. Как отрезало. Раз и все. Только Виктора Семеновича вижу вокруг.