Я создаю чудовищ (СИ)

– Проверяют. Что уж тут сказать, – зевнув, высказался Андреич, – эти ценные указания, как мёртвому припарки. Итак понятно, что они уже всё знают, но вот решили двух зайцев одним махом. Только мне своё пузо не охота подставлять, чтобы Яшка значок красивый получил. 
Лично мне такое внимание тоже не было нужно. Да, и на медали, повышение по службе или, как сказал Андреич, “красивые значки” я особо не претендовал. Тут выжить бы в новом для меня мире, а не двигаться вверх по карьерной лестнице. Да ещё и в условиях гражданской войны, где все против всех. Поэтому новую миссию я воспринял скептически. Но перечить не стал. Понятно, что это сыграет не в мою пользу. Так что командир приказал – солдат выполнил. Эту присказку я услышал от Василий Степаныча и понял, что здесь все следуют её принципу. Причём особо не рассуждая и сильно не задумываясь. Лишнее это, если хочешь хорошим бойцом быть. Тут и за тебя кому нужно мозгами раскинуть могут. Жаль, что в переносном, а не прямом смысле. Под пули то мы лезем, а те, кто руководят в тёплых кабинетах чаи гоняют, да лица серьёзные корчят. Уж что не меняется, так это человеческая натура. И в моей реальности, и в этой. 
  
Дома я, правда, толком не служил. Так, проходил обязательную военную подготовку. Но и одного года мне оказалось достаточно, чтобы понять всю суть армейской жизни. И, к сожалению, выводы получились не очень обнадёживающие. Может, поэтому я и связал свою жизнь с химерологией, чтобы хоть как-то облегчить участь простого воина. Которому иногда приходится рисковать всем для выполнения приказа захватить какую-нибудь, никому не нужную, точку на карте. А, когда для этой же задачи используют специально созданное существо, то, как минимум, одна жизнь может оказаться спасенной. 
– Сам не вызывался. Николай Павлович сказал, что посоветуется с вышестоящими. Вот и насоветовались, – угрюмо ответил я. 
Андреич только сплюнул, но ничего говорить не стал. Странный он какой-то. То хотел этих самых “беляков” резать и стрелять, то, когда ему эту возможность предоставили, сразу на попятную. Или одно дело языком молоть и совсем другое делать? Если так, то тут вопросов нет. Мне и до этого встречались подобные люди. Громче всех кричат лозунги и агитацию, а потом почему-то, когда до работы доходит, их и не сыщешь толком. 
Наконец, мои напарники вышли из-за угла и, поправляя выданный боезапас, расположившийся крест-накрест через всю грудь, направились ко мне. Андреич так и сохранял постную мину, после нашего недавнего разговора, а вот Василий Степаныч, наоборот, был довольно позитивно настроен, если не сказать откровенно радостен. С чем это связанно я узнал буквально через одну минуту.
– Мимо Александровской слободы проходить будем. К моим заглянуть сможем, – расплываясь в улыбке, пояснил он. 
Родные, это, конечно, хорошо. Главное, чтобы там и “моих” родственников не оказалось. Не просто так же Степаныч про наказ моей матушки говорил. Вполне может оказаться, что рядом живём или, вообще, по крови близкие. Так что его слова я воспринял двояко. 
– Да это-то понятно. Лучше скажи, как мимо белых проскакивать будем? Там же поста три по дороге имеется, не меньше, – хмуро поинтересовался Андреич.
– А, как нужно, так и проскочим. У нас задача какая? Внимания лишнего не привлекать, нужную точку проверить на наличие зелёных и сразу же обратно. Так что, одёжку сменим, выделяться не будем. Да, и знаю я пару закоулков скрытых, где нужно обойдём, – продолжая лучиться радостью, парировал Василий.
– Патронов немеряно и сухпай на двое суток мы, значит, просто так взяли? – продолжал допытываться мужчина.
– Запас карман не тянет. Всякое может случиться. Да, и бережённого Бог бережёт. 
Андреич только пожал плечами. Видно, что настроен он скептически. Потому и бросил, считай, в меня клеткой с настороженно притихшим Вултусом. Существо пока не понимало, чего от него хотят и куда, собственно, подевался хозяин. Но, как только оно почувствовало мой запах, а после и прикосновение, когда я снял намотанную вокруг прутьев ткань, тут же разразилось радостным щебетанием. Послав ему сигнал успокоения и получив в ответ счастливое шипение с коротким курлыканьем, я стал закреплять клетку на спине. 
Когда мы закончили приготовления и, переодевшись, вышли, я, как бы невзначай, пошёл рядом с Василием, аккуратно расспрашивая, что это за зелёные, искать которых мы идём. Если с белыми, то есть противником, всё понятно, а уж с нами – красными, тем более, то, что это за новая сила такая? То, что не мародёры и прочие преступные элементы ясно. Тех старик называл открыто поганью и татями всякими. Может, ещё одна политико-гражданская фракция? Я, правда, с предыдущими двумя толком не разобрался. Разве что по “цвету” отличаю. А тут ещё одна нарисовалась. Причём, явно враждебная, раз нас посылают проверить наличие её последователей в определённом месте. Конечно, по словам Андреича, командиру итак известно, что там происходит. Но, видимо, мои умения (а, может, и меня самого заодно) решили проверить на вшивость. Вот и негодует мужик, что его прицепом посылают. А вся “слава”, если всё пройдёт, как надо, только мне и достанется. В любом случае, пусть думает, как хочет. Человек взрослый, значит уже должен понимать, что мир не справедлив, а иногда и откровенно жесток. 
– Зелёные, Яков, это люди. Как и мы. Как и белые. Цели у них только другие. И мотивы. А путь такой же. Тернистый и кровавый, – чуть подумав, ответил мне Василий Степаныч. 
Такой ответ меня, разумеется, не устроил, но, взглянув на старика, я понял, что сейчас не самое лучшее время для подобных лекций. Всё-таки мы на боевом задании и местность вокруг нас не сказать, чтобы особо мирная. Город, словно поделён на части, где каждый фрагмент выкрашен в свой цвет. Эта улица белая, а эта красная, а вон там целый серый район. Он, вроде бы, пока никому не принадлежит и там обитают обычные жители. Но, это пока. Здесь нельзя остаться в стороне. Рано или поздно тебе придётся сделать свой выбор. И тогда…снова прольётся кровь. Лучшая смазка для всех социальных трансформаций. Механизм под названием общество должен работать. И, если прошлая его версия даёт сбои, то значит пришло время опробовать новую. 
Пожав плечами, я отстал от Степаныча и сосредоточился на движении. Вертел головой по сторонам, старался особо не шуметь и ориентировался по действиям моих напарников. Прыгнут в соседнюю подворотню, и я за ними. Упадут на землю, доставая винтовки, я тоже. А побегут, так и я рядом буду. 
– Скоро пост будет. Оружие спрятать нужно, да, и Яшка с этой клеткой на хребте, как бельмо на глазу, – сказал Василий Степаныч, замедляя шаг.
– Обойти никак? – спросил Андреич.
– Если только по крышам. Но времени много потеряем.
– Тогда винтовки давайте мне, я уж их на ту сторону перетащу по-своему. Да, и чудище это тоже.
– Уверен? – уточнил старик.
Мужчина кивнул в ответ. 
Напутствовав Вултусу, чтобы он не шумел и, вообще, вёл себя хорошо, я передал клетку Андреичу. 
– Накинь сверху. Не хватало ещё чтобы закричал по дури или ещё что учудил. Да, и об стенку если ударится, то не слышно будет, – сказал он, протягивая мне ещё один кусок ткани. 
Спорить я не стал. И кажется, даже понял, что мужчина замыслил. Не зря он с собой такой внушительный моток верёвки взял. Так, что намотал в два слоя, да покрепче увязал и отдал обратно.
– Пойдём по отдельности. Сначала вы вдвоём, потом я. Встречаемся возле булочной, что в конце Никольского переулка, – сообщил он, перехватывая поудобней поклажу и сворачивая направо.
  
Мы же двинули дальше вперёд. Чтобы через полчаса упереться в импровизированную заставу, которая перекрывала улицу от дома до дома. 
– Документы приготовь. Бумага хоть и липовая, да только для этих и такая сойдёт, – спокойно сказал мне Степаныч.
При этом он отчего-то стал хромать, да ещё и кряхтеть, будто каждый шаг давался ему с трудом. Мне же напомнил, чтобы я глаз не поднимал и говорил, когда спросят. А лучше, вообще, помалкивал и под дурачка косил.