Отец моей подруги (СИ)
- Ну… - пожала плечами. - Ты – это ты. Тебя я люблю, а этот… - я махнула головой на дверь. - Незнакомый совершенно мужчина.
Виктор Семенович долго изучал мою реакцию, будто ища какой-то обман или подлянку, а затем дернул меня за руку, заставляя буквально вскочить на ноги и упасть ему в объятия.
- Повторяй себе это почаще! - затем тяжело вздохнул, будто обреченно, оценил меня взглядом, прожигающим до костей, и впечатался в губы горячим поцелуем. Властно и жадно. Одной рукой придавливая меня к себе за талию, другой массируя мою попку. Когда он оторвался, тело мое предательски обмякло. Кажется, именно такой реакции мужчина и добивался, потому что хитро улыбнулся и довольно шепнул:
- Идем, солнышко мое, кормить тебя буду. Может, откормлю, и перестанешь соблазнять всех подряд направо и налево, а? Сил с тобой никаких нет, Аль!
- Не дождешься, - я поставила ему многозначительный взгляд, проведя костяшками пальцев по его скуле, и из груди моего грозного дракона вырвался странный рычащий звук.
Мы как раз проходили мимо стола Галины, когда знакомый голос заставил замереть, а хорошее настроение тут же улетучилось.
- Это вообще-то мой отец, ясно тебе?! Алло, ты адекватная, нет?! - закричала Ленка, щелкая пальцами, после чего что-то подозрительно грохнуло. - Не пустишь, да? Вылетишь отсюда со свистом, поняла? Улицы мести не возьмут!
- Нет его, - устало, но вежливо протянула женщина. - И даже если бы был, пускать не велено.
- Уф... Я сейчас, - шепнул мне Виктор Семенович, бросая одну в коридоре. Ноги мои по инерции поплелись за ним, будто чувствуя что-то плохое.
- Папа! Папочка любимый… - запричитала Ленка театрально, стоило только Виктора Семеновича увидеть. Бросилась было к нему в объятия, как в дешевом кино, и тут же споткнулась в пяти шагах, увидев меня. Взгляд ее почерствел, губы сомкнулись в тонкую линию, голос стал обиженно-насмешливым: - О, ты уже и сюда эту идиотку притащил? Фирму на нее переоформляешь? Ну-ну, далеко по службе пойдешь, Аль! По рукам вон уже пошла…
- Заткнись, Лен, - отрезал он так холодно, что стало не по себе. - Я тебе уже сказал, что денег не дам. Живи, как хочешь.
Я удивленно посмотрела на Виктора Семеновича. Кто бы знал, что он может быть настолько жестким и пугающим? Прямо монстр во плоти! Аж жуть берет от такой перемены настроения.
- А ты вообще знаешь, с кем спишь, а? Дура… - глухо отозвалась бывшая подруга, заставляя меня к ней повернуться.
- Я, пожалуй, на перекур… - протянула сидящая позади Галина и быстро смылась вон.
- Лен, не заставляй меня тебя пороть, - сквозь зубы отчеканил Виктор Семенович, но девушку уже было не остановить.
- Его бывшая… Маша, кажется? Да, папуль? Залетела! Так он ее на аборт послал, потому что новая игрушка появилась! - она демонстративно указала на меня рукой, мол, спасибо за все, и я непроизвольно вздрогнула. Само слово «аборт» пугало, до костей пробирало. - Ты, Аль! Ты – его новая игрушка.
- Ну, все… - глухо выдохнув, мужчина спокойно расстегнул бляху и стащил ремень. Глаза Ленки так и округлились, а челюсть едва до пола не упала. - В кабинет, живо!
- Ты сдурел, а? - пробормотала девушка неразборчиво, пренебрежительно кивнув на меня. - Она тебе что, яды какие-то в чай подсыпает, а?
Без единого слова Виктор Семенович распахнул дверь кабинета, затолкал туда Лену, после чего повернулся ко мне:
- Сходи за чаем, котик. Бутербродов там каких-нибудь купи, не знаю.
- А… - я заглянула через плечо мужчины, пытаясь посмотреть, что там Лена делает в кабинете, но мужчина мягко отодвинул меня в сторону, с нажимом повторив: - Бар внизу.
И захлопнул дверь прямо перед носом, затем даже на внутренний замок закрыл.
Часть 12
Ретировавшись от криков за дверьми кабинета Виктора Семеновича, я быстро спустилась вниз и застала Галину, сидящую на ступеньках в своей объёмной пушистой шубе.
- Присоединяйся, - махнула она мне рукой, многозначительно подмигнув. - Лена эта как придет… Ух! Это надолго, в общем…
- А часто приходит? - с интересом спросила я.
- С Нового года каждый день… - Галина задумчиво почесала затылок. - А до этого я вообще не знала, что у босса дочка есть. Еще и такая взрослая!
Почему это даже не удивляло? Я очень удивилась бы, сдайся Ленка и действительно реши прожить без денег. Такие, как она, рождаются с золотой ложкой во рту и жизни своей без нее не представляют.
- Галь, - вдруг вспомнила я. - А когда аванс первый?
- Да хоть сейчас, - хитро протянула она, поднимаясь с места и протягивая мне руку. - Идем в бухгалтерию, выпишу тебе. Сразу на карту и придет.
Я сомневалась, нормально ли это? Аванс в первый день. Еще даже не отработанный. Но отказываться от денег было глупо. К тому же, я собиралась их честно отработать!
- Это… - нервно облизав пересохшие губы, я в сотый раз проморагалась, уставившись на кругленькую сумму в СМС-банкинге. - Это какая-то ошибка!
- Да нет, все правильно, - Галя смело заглянула мне через плечо в телефон и пожала плечами. - Все правильно – аванс… Кофейку как раз попить хватит.
Я с ужасом посмотрела на рыжую секретаршу и поперхнулась. Мои родители на своей государственной работе получали меньше за месяц, чем я на новой должности авансом! Натянув вежливую улыбку, быстро смылась из бухгалтерии. Хватит привлекать к себе повышенное внимание!
- Ну, раз деньги теперь есть, - весело пробормотала я себе под нос, выходя на улицу. - Угощу вас, Виктор Семенович!
Цены в баре, куда послал меня мужчина, были заоблачными, и жаба меня задавила купить там хоть что-то. Зато неподалеку располагался всем известный фастфуд, мой любимый и родной. Где я прикупила нам кофе и всевозможных деликатесов по-студенчески: и ребрышки, и бургеры, и наггетсы… Шведский стол, пять мишленовских звёзд!
Когда я вернулась, Галина уже сидела на рабочем месте и криво покосилась на пакет вкусняшек.
- Ушла? - весело спросила я, делая вид, что не замечаю, как одна едва ли не открещивается от фастфуда, будто там копилось зло всего человечества. А может, ее просто смущал этот божественный аромат?
- Ага-ага… Ушла, - буркнула она, как бы невзначай пряча лицо в сумочке. - Только босс теперь не в духе!
Я весело подмигнула ей, мол, поправим. Открыла дверь, а там он сидит в кромешной темноте. Один. Локти на столе стоят, голова опущена, и ремень рядом лежит.
- А-а-аль? - мягко прошептал он, и тело мое покрылось мурашками по щелчку пальцев.
- Да, Витюш, - отозвалась я, медленно ступая к нему буквально наугад. Лишь бы нос себе не разбить и не обвариться кофе!
- Иди ко мне, голова так разболелась… С ума сойти, - голос его казался непривычно хриплым, мягким. Стало так его жалко, что под ложечкой засосало. Молча поставив несостоявшийся обед на стол, я осторожно отодвинула мужчину и влезла ему на колени. Почему-то показалось, что именно это ему сейчас и нужно – человеческое тепло.
Подумала немного и поцеловала его в щеку. Не знаю, чем это поможет… По крайне мере, мне приятнее стало.
- Хреновый из меня отец, котик, - выдохнул он мне в губы, крепко-накрепко прижимая к себе. - Нельзя мне детей.
Я замерла, как вкопанная. Как бы ни хотела я воспринимать слова Лены за чистую монету, в голове непроизвольно впихнуло одно слово – «аборт».
- Ты не хотел бы еще детей? - мягко спросила я, но голос предательски дрогнул, выдавая истинные эмоции.
Виктор Семенович замер, бросив на меня быстрый взгляд. В полумраке темной комнаты он казался немного растерянным и выведенным из равновесия моим невинным вопросом.
- Котенок, - мягко протянул он мне прямо в губы, поглаживая одной рукой бедро, а другой - щеку. - Тебе слегка за двадцать. И меньшее, что тебе сейчас нужно – ребенок. Поверь.
Я знала, что он говорил про себя. Может, и неосознанно. Потому как Лена появилась на свет именно тогда, когда мужчине было около двадцати.