Братья Энберские
Боже! Кажется, я попала! Этот рогатый не привык просить, да и находить общий язык тоже. Все его добрые поступки ограничивались убийствами тех, кто обидел меня или моих близких и… защитой последних… От себя в том числе.
Ну и ладно! Чего я раскисла? Мне этот Аскольд нужен в качестве друга, приятеля, да кого угодно, как рыбке зонтик. Моя задача продержаться три месяца. Три чертовых месяца у черта! Смешно звучит.
– Ма-ам? Ты в порядке? – коснулся плеча Дени.
– Расскажи немного о Дергоште, что там и как – и спать. Завтра сложный день. Рано утром поедем и заберем Марго из больницы. А потом… сами знаете…
Ребята закивали. Дени выпрямился, вскинул взгляд к потолку, как делал всегда, когда вспоминал.
– В общем… Вроде там есть плодородные зеленые края. Очень, кстати, красивые, если верить фоткам из интернета. В Гойе, между прочим, самые удивительные и разнообразные флора и фауна…
– Демоны не все сожрали и уничтожили? – удивилась я.
– Хм… Демоны зависят от природы гораздо сильнее, чем может показаться, – усмехнулся Дени. – У низших и даже большинства средних магия неотрывно связана с чарами их измерения. Так что уничтожь люди природу Дергошта, останутся только высшие и некоторые кланы средних…
– Которые после этого придут на Землю, изнасилуют женщин и истребят человечество. Так? – не могла не спросить я.
– Скорее всего, – не возражал Дени против моих выводов. – Этих вообще мало что берет. Наше оружие их только пощекочет. А война – развяжет руки. Демоны не заморачиваются моралью, гуманностью и прочем. Так, что твоя картина похожа на правду.
Теперь понятно, почему Дергошт заключил с Землей соглашение и даже великодушно пошел на уступки. Все эти договоры между демонами и людьми, от которых рогатые планируют питаться и прочее… В междумирье, правда, ничего из этого не действует. Там – хаос и правит лишь грубая сила.
Снова почему-то вспомнились слова Аскольда «Проследи, чтобы с этой женщиной ничего не случилось и контракт был заключен по всем правилам». Тамара пришла в междумирье по собственной воле, знала, что правил там нет и законы не действуют. Но после приказа эндера охранник моментально взял под козырек. А парочка озабоченных рогатых, что обслюнявили подругу с головы до ног, даже не пискнула в возражение. Интересная у этих демонов иерархия.
– И? – поторопила я сына.
– В Дергоште несколько королевств. Вернее, империй. Три крупных. Гойя – самая большая, богатая и сильная.
Ну да! Кто б сомневался!
– Есть еще Лавирния и Мейтт. Обе империи меньше и всегда проигрывали Гойе в войнах.
Отлично. Значит с помощью соседей мне урезонить Аскольда не светит. Не переключить его на междоусобные войны – любого заткнет за пояс. В какую-то минуту я почему-то даже зауважала рогатого. Самый сильный в собственном мире, или один из них, он, и впрямь, мог сделать со мной все, что захочет. Да и сделку предложить куда более унизительную.
Впрочем… Выводы делать рано.
Да и ничего хорошего от этих рогатых все равно ожидать не приходится.
Я вдруг вспомнила Наташу, сразу после… После того ужаса…
* * *… Полицейский участок… Длинные серые коридоры… Двери, двери, двери… Запах консервированных магических льдин и огня смешивается с неприятным запахом дезинфектора. Не хлорка и на том спасибо. Всякая шушера на скамейках возле кабинетов. Кто-то в сопровождении суровых стражей порядка – рогатых и людей, в сиреневой форме с новыми погонами. Теперь на них не пятиконечные – шестиконечные звезды.
На груди некоторых полицейских значки – так теперь выделяют шерифов и следователей.
Томные девицы легкого поведения в юбках, больше похожих на резиновые пояса и топиках, почти ничего не скрывающих. В боевом раскрасе, естественно.
«Кожанки» и «пиджачники», как называл Клим бандитов разных мастей и разного уровня. Взгляды исподлобья, наручники, хлопки дверей…
Дальше… Еще немного.
Медицинский блок. Запах успокоительного разливается по воздуху, аж голова кружится. Томная женщина-врач, в аккуратном белом халатике на хрупкое тело, с тонкими, словно ветки руками и черной гулькой на затылке.
Наташа… В кресле, сжалась как птенчик, обняв острые колени… Светлые волосы всклокочены, в карих глазах плещется безумие, отчаяние, ужас… Разодранная одежда цветной горой валяется у ног бедной подруги. На Наташе зеленый халат медсестры.
Острые скулы очерчивают темные линии, под глазами – черные круги, губы вздрагивают и что-то невнятно бормочут. Она не видит меня, не узнает или просто не хочет больше знать ничего из своей прошлой жизни.
– Наташа… – шепчу пересохшими губами.
– Наталия! – настойчиво окликает врач.
– Наташенька! – вскрикиваю я.
Но подруга не реагирует…
– Мы дали ей успокоительное. Но показания пока не снимали. Вам придется подождать. Пока она… сможет…
«Говорить» – мысленно дополняю я.
И вдруг вспышкой проносятся другие уже воспоминания.
Я – на столе, в приватном зале «Сальвинии».
Аскольд сверху. Мои руки и ноги зафиксированы мертвой хваткой демона. Не шевельнуться, не сдвинуться и не пискнуть. В рот словно воды налили. Я смотрю в голубые глаза демона и даже шелохнуться не смею. А он шумно дышит, прижимается так, что я все-все чувствую. Каждую выпуклость…
Жар большого сильного тела окутывает невесомым коконом, пленяет и лишает воли.
Я словно во власти этого хищника, чудовищного монстра и мужчины одновременно. Он мужчина – об этом мне отчетливо говорит тело Аскольда. Такой же, как и те, что лапали меня в общем зале.
И он не человек. Об этом кричит все во мне. Изнутри поднимается первобытный страх, по телу разливается слабость безнадежности и податливость перед неизбежным. В голове одна мысль. «Скорее бы все закончилось».
И вдруг меня отпускают. Раз – и все. Что он тогда произнес?
«Ты этого хотела, ведьма?» Я лишь сейчас понимаю сущность вопроса. В тот момент смысл ускользал от парализованного страхом мозга.
Я тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Аскольд не действовал как те мрази, что погубили жизнь Наташи. Но я постоянно их сравнивала. И каждый жест эндера воспринимала как жест агрессии, насилия…
Издалека, словно из другого мира, доносится голос Дени – сын продолжает свою маленькую лекцию о мире демонов. А я все еще фокусируюсь на Аскольде…
Он… мог сотворить со мной все, что только пожелает… По правилам междумирья, по праву сильного, по праву повелителя…
Но добровольно выпустил добычу из рук.
Что-то во всем этом не складывалось, не вписывалось в мое видение рогатых отродий…
* * *– В Дергоште есть еще мелкие княжества. Но они заняты непрерывными междоусобными войнами и соперничеством. Поэтому интереса не представляют. У демонов всегда правят кланы высших. В княжествах тоже.
– Высшие? Это змеи с эндерами? – я медленно вернулась в реальность и вопрос задала скорее, чтобы ощутить связь с ней, почувствовать твердую почву под ногами.
– Есть еще чергои – они питаются магией. Самые опасные, но и самые уязвимые. Быстро теряют силы, если голодны. Древние могут не питаться сравнительно долго. Но все равно очень зависимы от еды.
– Змеи жрут ауру? – вскинула я взгляд на сына.
Тот кивнул.
– Но в основном питаются гормонами ужаса и агрессии. Аура – это так, пикантный соус к основному блюду. А эндеры поглощают энергию отношений.
– А они могут питаться, скажем, не трогая жертву?
– Разумеется! Все демоны, кроме плотоядных, раргоев и падальщиков, могут питаться, не вступая в контакт с жертвой.
– Значит, повелителям и высшим требуется мало подпитки?
– В общем-то да. К тому же они словно впитывают в себя все необходимое, даже просто находясь рядом. Так что да, они способны столетиями обходиться без охоты.
Хорошо. Значит ради пропитания этот рогатый меня насиловать не станет. Он же не инкуб, в конце-то концов! Уже легче. Что там за отношения должны питать эндера потом разберусь… Дело десятое…