Любовь учебе не помеха (СИ)

Войдя в номер, Дейв стянул перчатки, снял сюртук, оставшись в одной рубашке, и помог мне устроиться на стуле. Сам непринужденно сел рядом и спросил:
— Ты не против, чтобы я закурил?
— Нет, — ответила тихо. 
Аромат сигар был вишневым. В сизых клубах дыма блестели его серые глаза, пристально меня разглядывая, отчего я ерзала на стуле.
В дверь постучали, и вошел паренек лет шестнадцати. Он принес еду, что мы заказали. Это были сырные сконы с зеленым луком, куриный суп с пастернаком, запеченный румяный картофель с пряностями и шоколадный мусс с малиной. Правда десерт предназначался только мне.
— Завтра мы пойдем на место преступления, посмотрим, может, там найдем какие-нибудь улики. — Дейв задумчиво потирал подборок.
— А что это за странные руны и почему их начертили на теле человека?
— Вот это и есть главный вопрос. Руны обычно изображают на металле, дереве или кости, и потом в них вливают определенную энергию, и они начинают работать и выполнять свои функции. На теле человека их чертить совершенно бессмысленно. Во-первых, если влить магию в эти знаки, то они просто не будут действовать. Так как внутренняя энергия, которая есть у любого живого существа, может свести на нет их действие. А во-вторых, меня беспокоит, что руны использованы древние, изначальные. И кто-то владеет ими и знает, как их использовать. А ведь об этом не ведают даже ученые всех стран Элеи. И какой исходя из этой информации приходит вывод?
— Что этот неизвестный, кто убил несчастного, обладает тайным знанием, — закончила за ректора.
— И еще, эти руны не дают мне покоя… Будет большая разница, но только это мои личные умозрительные заключения, если я правильно понимаю, нарисовать их на маге или не маге. Надо будет завтра проверить кое-что... И, может, к этому времени они уже опознают труп.
— Хорошо, Дейв, сегодня был длинный день, я пойду отдыхать. Спасибо за ужин и доброй ночи, — ласково ему улыбнулась.
И уже было направилась к выходу из комнаты, как ректор меня развернул к себе и прижал к твердому телу:
— Останься со мной, — произнес низким баритоном, и губы обжег властный поцелуй. Я почувствовала вкус вишни. 
Я сразу же поплыла, и сама обняла Дейва, ощущая крепкие мышцы под рубашкой. Он гладил меня, зарывался в волосы, и страстные поцелуи обжигали шею, спускались все ниже и ниже. Вот уже уверенным движениями Дейв расшнуровывал мое платье, а затем меня подхватили словно пушинку на руки и понесли на кровать. Я смотрела как завороженная в глаза стального цвета. Опустив меня бережно на матрас, Дейв лег рядом, целуя и опаляя дыханием кожу. И вот поцелуи стали уже чуть смелее и откровеннее, а рука Дейва оказалась вдруг на груди и чуть сжала ее. Ректор чуть отодвинулся и произнес:
— Какая же ты красивая. — Провел языком по шее. — Безупречная.
Жар опалил все нутро, казалось, вместо крови по венам течет лава. Низ живота заныл. Я растекалась жидким медом в его объятиях, от нежных ласк и поцелуев и, не выдержав, застонала. И так увлеклась новыми для меня ощущениями, что не сразу же сообразила, что Дейв уже лежал между моих ног. Он гладил мои бедра и обнаженную кожу чуть выше кромки чулок. Я чувствовала себя странно, словно я качаюсь в лодке на море без парусов, плыву по волнам, видя сверху над собой темно-серые, словно пасмурное небо, глаза.
Но тут на меня словно ушат воды вылили, холодной причем. «Что я делаю? Зачем мне становиться его подстилкой на один день или на время нашей поездки? Вот разомлела, дура! А это все моя влюбленность». 
Я уперла руки в его грудь и попыталась оттолкнуть, но он даже сначала не понял моих потуг — слишком тяжелым был для меня Дейв. Тогда я попросила:
— Дейви! Пожалуйста! Отпусти, я не готова еще. — И тут он обратил на меня взор потемневших и мутных глаз. Казалось, он меня сейчас не понимает и не слышит. — Дейв, я не хочу сейчас.
— Малышка, все будет хорошо, я сделаю все, чтобы тебе понравилось.
И мне так стало горько на душе, так обидно, что он вел себя со мной как с просто девкой, готовой запрыгнуть в его постель. Я всхлипнула и оттолкнула его, ну как оттолкнула, попыталась и забарахталась под ним. Но все же выбралась и села спиной к Дейву, пытаясь застегнуть платье дрожащими руками, а по щекам лились слезы горечи и печали. Встала и чуть пошатнулась, идя по направлению к двери, она двоилась перед глазами от слез, что затуманили глаза.
 
Раздался скрип кровати и голос позади:
— Анита… Прости. — Рука легонько сжала плечо, и Дейв продолжил: — Я не должен был так с тобой поступать. И прошу тебя, не держи на меня зла, я правда дорожу тобой. Ты не просто так для меня утешение на одну ночь. Ты нечто большее.
И обнял, руки легли на мою талию. Дейв прижал меня спиной к своему мощному телу и поцеловал в макушку.
— Я хочу, чтобы ты была рядом.
«Но, Дейв, я хочу быть рядом не только сейчас! Я так тебя люблю… Я хочу всегда быть вместе».
Так и не посмотрев на Дейва, выбралась из его объятий и молча вышла из комнаты.
  
Глава 12
 
Хорошо, что Рины не было, когда я пришла к себе в номер. Я долго лежала, вперившись в темно-коричневые балки потолка, думая и перемалывая всю ситуацию. Меня качало из стороны в сторону, то я себя винила, то думала, что дала где-то повод так поступить со мной. Или я ему была не настолько уж дорога, что он посчитал возможным поразвлечься со мной. Меня пожирала тоска и несправедливость жизни. Я ощущала чувство потери и невозможность быть с любимым рядом и признаться ему в чувствах, иначе я упаду в его глазах. «А вдруг он воспользуется моей слабостью и будет делать со мной все что захочет?» 
А ведь я всю жизнь была гордая и независимая. Не хотела никогда выходить замуж, а желала посвятить себя полностью науке. Но любовь подкралась незаметно и смела все преграды, унесла все мои идеалы прочь, как река в Бездне Хаира, по которой плывут души мертвых. Я теперь стала слаба — растворилась в мужчине, в которого влюбилась без оглядки и которому готова отдать всю себя и посвятить свою жизнь.
Я так и пролежала без сна до утра, а с рассветом в комнату вломилась сова. Вот даже нисколько не побеспокоившись от том, что может меня разбудить. Фамильяр как всегда с шумом распахнула форточку, и она с грохотом ударилась о стену. Что-то скрипнуло, что-то стукнулась и... Что-то разбилось.
— Рина! В конце концов сколько уже можно? — Резко подскочив в кровати, вызверилась я на самовлюбленную и эгоистичную птицу.
— О, а ты не спишь, смотрю, — прозвучало в ответ как ни в чем не бывало.
— Нет, я спала, но ты прилетела и меня разбудила.
— Да уже пора вставать, рассвет скоро, — заметила вредная сова.
— Вот именно, что скоро, а не сейчас. Все, не мешай, дай поспать хоть чуть-чуть. — И отвернувшись от нее, закрылась с головой одеялом, и попыталась заснуть.
***
— Это здесь произошло? — задумчиво спросил Дейв, расхаживая вокруг места преступления, помеченного красными флажками и отгороженного магической лентой — защитой от проникновения всех существ.
— Да, профессор. — Вокруг него бегал глава полиции, мистер Виркс. И он так смешно смотрелся рядом с высоким и статным ректором, особенно когда шевелились на ветру длинные рыжие усы.
«Как же он все-таки на таракана похож! — и я чуть не расхохоталась. Вот был бы номер, тут про труп рассуждают, а я заливаюсь смехом. — М-да, это все стресс», — рассудила я.
— Кто его нашел?
— Местный, он ходил с другом собирать грибы.
— Их проверили?
— Да это безобидные мужики. Примерные семьянины, у всех жены и дети. Наш городок маленький, и таких преступлений по многу лет не бывало. И если что-то случалось, так это кражи, споры да драки между соседями или из-за девок. Только вот было пару случаев изнасилований. И то это оказались не местные, а понаехавшие аристократы с нашими девками позабавились, но мы им это с рук не спустили.
— Это магическое преступление, и оно явно совершено магом самого высокого уровня или тем, кто владеет специальными знаниями. Тут главное понять мотив и как именно он совершил убийство. Что дал осмотр места преступления? И кто жертва, вы узнали? — Ректор вздернул брови и внимательно посмотрел на мистера Виркса.