Новая жизнь темного властелина. Часть 2 (СИ)

Интересно девки пляшут.
Я и до слов Рики сомневался, что льера Лукория всё ещё находилась в Мужской башне под защитой королевы. Каталиния Восемнадцатая сейчас не смогла бы защитить не то что заговорщицу — даже себя. После сообщения льеры Риккарды на ум тут же пришла фраза, что красовалась над входом в лаборатории факультета некромантии Акрильской академии: «Мы в ответе за тех, кого приручили».
Поговорив с меллорном, решил прокатиться за Лукой: в моих обновлённых планах она играла не последнюю роль.
* * *
Серое здание Дома правопорядка следило за моим приближением многочисленными глазами-окнами — маленькими, похожими на крепостные бойницы. Я шёл к нему не впервые. Вот только в этот раз — по собственной инициативе и без сопровождения.
Никто меня не направлял. Но и не подталкивал в спину, не тыкал мне под лопатку древком копья. Царившая рядом с Домом правопорядка безрадостная атмосфера вполне соответствовала моему настроению — остатки эльфийской натуры признали правоту принятого решения, но не смирились с ним.
Направился сразу к знакомому подвалу. Бросил в его сторону «обнаружение жизни», скастовал «фильтры»: помнил, какие запахи ждали меня в коридорах за невзрачной дверью в торце здания. Большого скопления народу в подвале не обнаружил — во всяком случае, поблизости от входа.
Стражницы в знакомой комнатушке удивились моему визиту. Но возмутиться не успели: трое из квартета тут же уснули, а четвёртая, получив в ауру стандартный комплект заклинаний, ответила на мои вопросы. Мне повезло: льеру иль Гише держали под замком именно здесь — стражница любезно согласилась меня к ней проводить.
* * *
Не удивился тому, что штос-офицершу Лукорию заперли в той самой комнатушке, где хотели запереть меня. Давно убедился, что подобные совпадения — не редкость. В жизни всё случалось не просто так, следовало лишь научиться замечать и понимать это.
Приоткрыл окошко, скастовал внутри тюремной камеры «огонёк». Зажмурился. Увидел, как заключённая встрепенулась, прикрыла рукой глаза, чихнула. Льера Лукория иль Гише — без сомнения. Женщину столь выдающейся комплекции сложно было не узнать.
Бросил в стражницу сон: больше в её услугах я не нуждался. Не стал утруждать себя поисками ключа — разрезал запоры «клинком тьмы». Порча городского имущества не самое страшное обвинение, из того набора, что могли бы предъявить мне городские власти.
Распахнул дверь.
— Кир?!
Заключённая встала. Рассматривала меня, щуря глаза, прикрывая их от света. Следов побоев на её лице не прибавилось — прежние почти исчезли.
— Здравствуйте, льера Лукория.
Перешагнул порог.
— Вот… зашел узнать, как у вас дела, как ваше здоровье, — сказал я. — Решил поинтересоваться: нет ли у вас в чём нужды. И не хотите ли вы стать моей женой?
* * *
— Эээ… что? — переспросила Лука.
Перестала щуриться.
— Льера Лукория, предлагаю тебе стать моей женой, — повторил я.
Отогнал от лица большую назойливую муху. Судя по тому, что я сумел разглядеть в камере, «фильтры» я скастовал не зря. Никогда не делал женщине предложение в подобной обстановке — ещё одна новинка, которой отличилась нынешняя жизнь.
— Как я могу взять тебя в жёны? — спросила штос-офицерша. — Ты жеж мужчина.
— Не нужно меня брать. Выходи за меня замуж.
— Замуж? — сказала Лука. — Такое… вообще… бывает?
Прикрыла рукой полосу шрама под правым глазом.
— Такое будет, — сказал я. — Если ты согласишься. Думай скорее, да пойдём отсюда. Моя одежда, небось, уже пропахла здешними ароматами.
— Ладно.
— «Ладно» — это ты согласна отсюда уйти, или «ладно» — это ты станешь моей женой? — спросил я.
— Ладно, я возьму тебя… замуж, — сказала льера Лукория.
— Замечательно.
— Но… а как жеж Каталиния?
Лицо штос-офицерши страдальчески сморщилось.
Просто Каталиния, отметил я. Не Каталиния Восемнадцатая и не Великая Государыня.
— Что с ней не так?
 
— Я жеж… люблю и её…
— Разве я против?
— Как жеж… тогда? — спросила Лука.
— Будем обсуждать эту проблему здесь? — спросил я.
Указал на тюфяк, на стоявшее в углу ведро.
— Или найдём для задушевных разговоров место получше?
— Найдём, — сказала льера иль Гише.
— Замечательно, — сказал я. — Тогда подожди немного. Я открою для нас вход.
* * *
В апартаменты ревского «Дома ласки и удовольствий» мы с Лукой вошли из эльфийского дома, держась за руки. Вася и Мышка сидели на кровати — замолчали, повернули к нам лица. Намытая, но не причёсанная шевелюра мелкой блестела, топорщилась в стороны. Слуга рода привычно хмурилась.
Боярышня зажала пальцами нос, Васелеида убрала руку с навершия меча.
— Знакомься, Лука, — сказал я. — Это моя семья. Васелеиду ты уже знаешь. А вот эта зеленоглазая красавица — моя сестра боярышня Алаина.
— Я Мышка! — сказала мелкая. — Никакая я не Алаина!
— Очень… приятно, — выдавила из себя Лука.
Сейчас она мало походила на опытную и строгую командиршу.
Прекрасно понимал её смущение: впервые знакомиться с родственниками будущей супруги или супруга — это не в атаку идти, тут храбрости побольше нужно.
— Мышка, Вася, — сказал я, — представляю вам льеру Лукорию иль Гише. Лука — моя будущая жена.
На лице Васелеиды не проявилось никаких эмоций. По её взгляду не понял: одобрила ли слуга рода моё решение. Впрочем, Вася в любом случае не стала бы с ним спорить.
А вот у Мышки округлились глаза. Мелкая позабыла о неприятных запахах, прижала пальцы к губам. Посмотрела на Лукорию, потом опять на меня.
— Кира, — сказала она, — ты хочешь жениться?
Не удержалась — хихикнула.
— Но ты же мальчик! — сказала Мышка. — Кира! Ты чего? Женщины не женятся на мужчинах! Правда-преправда! Так не бывает!
Заметил в глазах штос-офицерши испуг. Приободрил Луку улыбкой. По взгляду льеры иль Гише понял, что та готова сбежать из этой комнаты куда угодно: даже обратно в тюремную камеру.
— Интересно девки пляшут, — сказал я. — Что бы ты знала, Мышка, на мужчине не нужно жениться — на нормальном мужчине, таком, как я. За него выходят замуж. Запомни это, сестрёнка. Лет через пятнадцать-двадцать в Кординии свадьбы между мужчинами и женщинами будут случаться нередко. В Оргоне так уж точно. Вот увидишь.
Вася в удивлении приподняла брови. Но промолчала.
Лука никак не отреагировала на мои слова — сейчас ей было не до вопросов.
— Правда-преправда? — спросила Мышка.
— Правда, — сказал я. — Мужчины и женщины часто будут жениться. Когда ты станешь взрослой.
Боярышня посмотрела на Луку (не заметил в её взгляде неприязни — только удивление и любопытство), потом снова на меня.
Скривила забавную рожицу и снова сжала рукой ноздри.
— Как же от вас воняет! — сказала она.
* * *
По словам Луки она пробыла в комнате королевы почти двое суток. Говоря мне об этом, штос-офицерша смущённо опустила глаза (должно быть, те два дня в Мужской башне девчонки не скучали). Призналась, что Каталиния Восемнадцатая оказалась точно такой, какой Лукория её себе и представляла; и даже лучше.
«Доброй, умной, нежной, ласковой, весёлой…». Я испугался, что хвалебным эпитетам королевы не будет конца. Катя и Лука успели поговорить обо всём на свете, в том числе и обо мне — после этого признания щёки штос-офицерши налились краской, белая линия шрама под её правым глазом стала ярче.
— Я видела у неё в комнате твой цветок, — сказала льера иль Гише. — Рассказала ей, что ты мне когда-то подарил такой же. Каталиния расспрашивала меня о тебе. О том, где ты сейчас, чем занимаешься, как мы с тобой познакомились, и… какие у меня на тебя планы. Мне кажется, Кир… ей ты тоже очень нравишься. Королеве сейчас одиноко.