Новая жизнь темного властелина. Часть 2 (СИ)

— Обалдеть! А это что у тебя такое?
— Говорил же, что я мужчина.
— Обалдеть. Оно шевелится!
— Можешь потрогать. Не бойся.
— Я не боюсь. Вот ещё. Дай-ка сюда эту штуку…
* * *
Проснулся от головной боли. Она пульсировала в голове, грохотала в ушах. Открыл глаза, увидел в вышине над собой покрытый сеткой трещин серый потолок. Скастовал противопохмельное заклинание — выучил его ещё на первом курсе академии. Боль исчезла — грохот остался.
Пучок золотистых волос щекотал мне щёку. Я повернул голову, упёрся взглядом во взлохмаченную женскую голову. Катя прижималась щекой к моему плечу, морщила во сне посыпанный едва заметными веснушками нос. Мы с ней оба лежали без одежды, покрытые мурашками — сквозь открытую нараспашку дверь балкона в комнату проникал прохладный утренний воздух.
Интересно девки пляшут.
Вспомнил, что происходило ночью; в мельчайших подробностях. С одобрением посмотрел на соседку по кровати. Местная королева в постели, оказывается, не хуже чем… компаньонки. Трудилась усердно, хоть и не за деньги. Потому что сумасшедшая, или из-за того, что я такой привлекательный? Спасибо «Слезам милийской девы» — замечательная и очень полезная штука.
— Это к тебе долбятся, — сказала, не открывая глаз, Каталиния Восемнадцатая. — Гадины, голова и без них болит. Спать мешают. Рано же ещё.
Бросил «нет похмелью» и в королеву.
Та улыбнулась.
Сообразил, что стук звучал не в моей голове — за стеной, в коридоре. Около двери в мою комнату. К звукам ударов добавились встревоженные голоса.
Королева удерживала глаза закрытыми, прижималась ко мне, продолжала говорить.
— Сейчас вышибут дверь, — сказала она. — Не дадут соврать. Мою уже дважды выбивали, когда я не хотела никого впускать. Вломятся… а тебя там нет. Обалдеть. Любопытно было бы взглянуть на их рожи.
— Не хочу пропустить это зрелище, — сказал я. — Пойду.
Катя перестала улыбаться. Вздохнула.
— Иди, — сказала она. — Что, интересно, им от тебя в такую рань понадобилось?
Глава 48 
Спрыгнул со стены на балкон в то самое мгновение, когда раздался треск древесины — капитулировали дверные запоры. Заглянул в комнату, увидел ворвавшихся в неё стражниц. Те заметили меня, замерли в нерешительности, обменялись вопросительными взглядами.
— Вы зачем дверь сломали? — спросил я. — Могли просто постучать — я бы сам открыл.
— Мы… стучали.
— Правда? Не слышал. Птицы на крыше раскричались. К дождю, наверное.
— Боярыня Кира Силаева, вас желает видеть льера старшая дознавательница. У нас приказ доставить вас к ней. Сейчас.
— Сейчас, так сейчас, — сказал я. — После того, как умоюсь. И съем что-нибудь. А вы, красавицы, погуляйте пока в коридоре. Буду готов — позову.
— Льера старшая дознавательница велела…
— Хорошо, что велела. Я её второй день жду. Так что и она немного подождёт.
— У нас приказ…
— Забыли, кто я и откуда? Хотите, чтобы я вас сглазил? Сделал так, что бы вы к завтрашнему дню покрылись коростой и облысели? Есть такое желание, красавицы? Могу устроить.
Стражницы побледнели. Попятились. Должно быть о том, как я умею отрывать руки, они слышали.
— Не хотите? — сказал я. — Вот и умницы. Погуляйте пока. За дверью. Постараюсь завершить свои дела побыстрее, обещаю. Угостил бы вас кофе, но чего нет — того нет. Знал бы, что вы ко мне утром заглянете — обязательно подготовился бы.
Стражи порядка нерешительно переминались с ноги на ногу. В глаза мне не смотрели. Но и выходить из комнаты не спешили.
— Что вы такие хмурые, девочки? — спросил я. — Не расстраивайтесь. Скажете потом начальнице, что я оказал сопротивление. Что приволокли меня к ней, рискуя своими жизнями. Станете в глазах начальства и сослуживиц героинями — справились с настоящим колдуном из Кординии. Кто из них на такое отважился бы? Так что помечтайте пока, красавицы. В коридоре. Я скоро.
* * *
К льере старшей дознавательнице меня не повезли на карете — повели по длинному подземному коридору, что соединял башню с дворцом. Свет ярких, но редких алхимических ламп баловался с нашими тенями. Он то удлинял их, растягивая вперёд, подобно корабельному тарану, то прятал их нам за спины, делая тени похожими на волокуши.
 
Шагавшая впереди меня молодая стражница изображала храбрую воительницу. Но временами с опаской оглядывалась. Вздрагивала, натыкаясь на мою улыбку, царапала копьём стены. Её сослуживицы шли за мной следом, сохраняя между нами почтительное расстояние, держали строй. Чувствовал на спине их пристальные взгляды.
Что бы ни хотела от меня старшая дознавательница, я уже понимал, что побыть в королевстве простым незаметным туристом не получится. Сам бы на месте властей не позволил свободно разгуливать по столице человеку, наделённому сверхъестественными способностями, чьи мотивы и желания совершенно непонятны, а возможности пугают. Уж точно присматривал бы за ним.
Одним только фактом своего пребывания на территории королевства я буду заставлять его правителей нервничать. И дело не только в моём умении творить колдовство — хотя и оно играло роль. Как выяснил, боярыни в Реве нечастые гости. Они редко покидали пределы Кординии. Их больше интересовали внутренние споры, нежели бесцельные путешествия.
Отсюда напрашивалась мысль: а что если мой визит в королевство неслучаен? Что если я здесь по заданию своего боярского рода, который подобно предкам нынешних королев подумывает перебраться на материк? К чему может привести такая миграция в Ягваре, по словам Кати, хорошо помнили. И это весомый повод для власть имущих, чтобы как минимум занервничать. Тем более что престол под регентшей и без того пошатывался.
* * *
Впервые в этом мире видел женщину в очках. Льера достала их из деревянного футляра после моего появления. Протёрла бархатистой тряпкой стёкла, закрепила очки без дужек на переносице, слегка надавив на пружины. Заставила меня всё это время стоять у порога. Словно проверяла пределы моего терпения, нащупывала границы моей самоуверенности.
И лишь завершив процедуру с очками, холодно поздоровалась со мной; не предложила — велела присесть на деревянный стул в центре её кабинета. Перекладывала на столе бумаги, отыгрывая погружённость в дела. Вновь заставляла меня ждать.
Стул подо мной заскрипел — вот если бы развалился, тогда бы моё терпение тут же иссякло. Пока же я изображал миролюбие и покорность: надел на лицо маску вежливой внимательности, растянул губы в приветливой улыбке. Забросил ногу на ногу, прицелившись в хозяйку кабинета носком сапога.
Первый же вопрос старшей дознавательницы отчасти подтвердил мои догадки.
— Зачем вы приехали в королевство, льера Силаева? — спросила она. — Какое задание вы получили от главы вашего боярского рода? Или вы выполняете распоряжение Совета?
Зыркнула на меня поверх линз очков.
Уловил в её голосе угрозу.
Попытался понять: мне намеренно её продемонстрировали, или старшая дознавательница угрожала по привычке. Всё же, судя по её уверенному поведению, она на своём посту не новичок. Должна понимать, когда, с кем и как можно себя вести.
Или в моём случае она ещё не определилась, продолжала выяснять границы дозволенного?
Не собирался играть с ней в игры. Поленился доказывать самому себе, что я опытнее и умнее этой вряд ли прожившей больше пяти десятков лет женщины: не самое интересное занятие. Но и брать инициативу в разговоре тоже не спешил.
— Вам должны были сообщить, льера, что я не боярыня, а боярин, — сказал я. — Мужчина. Кир Силаев, внук небезызвестной Ильсинии Силаевой и в какой-то степени её наследник. Меня интересует музыка, льера старшая дознавательница. Приехал в Реву, чтобы посетить ваш знаменитый театр…
— Посетили?
— Пока нет: не успел. Ваши подчинённые вчера не дали мне времени познакомиться ни с театром, ни со столицей королевства.