Чужие степи 4 (СИ)

— Серьёзно?
— Абсолютно. Сейчас при возникновении каких-то вопросов мы обращаемся к книге или интернету, а они шли к шаману. Болезнь ли, горе какое-то, просто плохое настроение. Всё решал шаман.
— Ага, я тоже где-то читал, — ухмыльнулся во все лицо Олег, — нажрется колдун дурман травы, и вещает. А эти лохи слушают.
— Ну почему же дурман травы, в своих эм.. видениях, или лучше сказать настраиваясь на мир духов, в основном скифы использовали самую обыкновенную коноплю. Её курили, пили настойки и отвары, жевали и даже вдыхали пары над водяной баней. Причём делали это не всегда в одиночку, очень часто в разговоре с духами участвовало всё племя, даже дети и старики.
— Серьёзно? — не поверил кто-то. 
— Более чем. Это как раз то немногое что упоминает Геродот, у него есть весьма подробное описание процесса, если хотите, я поищу. 
— Нет-нет, спасибо, я вам верю. — неверящий тут же пошёл на попятную и для пущей убедительности замахал руками.
— То есть вы хотите сказать что в пути у них произошло нечто такое, из-за чего они резко поменяли маршрут? 
— Вероятнее всего, но это только догадки, вы же понимаете...
В этот момент в кабинет ввалился радист, и выразительно посмотрев на главу, молча замер.
— Говори уж, тут все свои. — разрешил Сергей Алексеевич.
— С группой связи нет, десять минут уже мучаюсь, никак не получается.
— Там это нормально, скорее всего в низинку заехали, поэтому не берёт. — не давая главе ответить, успокоил Олег. 
Тот посмотрел на него, потом перевел взгляд на связиста, и чуть посомневавшись, сказал,
— Иди дальше пробуй, если «дозвонишься», — сообщишь. Не «дозвонишься», — тоже. Хотя постой. — махнул он рукой, когда боец уже развернулся. 
— Свяжись с машинистами, пусть тоже вызывают, они поближе, может у них получится. «Машинисты» — позывной поста на поезде, рация у них не особо сильная, но за счёт того что в отличии от станицы они стоят на взгорке, возможно связь с группой наладится. Хотя по-хорошему бы туда ещё кого-то отправить, — а то ведь толку-то от такой разведки с которой нет связи? Наверное всё же придется поднимать самолёт.
Сам я предлагать не стал, тем более дядя Саша утверждал что требуется кое-какой ремонт. Но Сергей Алексеевич не оценил мою «скромность», и предложил подняться в воздух чтобы сверху поискать «потеряшек» и посмотреть где находятся кочевники.
— В последний раз связывались примерно с района ГОКа (место где располагался горно обогатительный комбинат километрах в тридцати по прямой), вот здесь скорее всего. — ткнул он куда-то на карте. 
— Свяжешься, узнаешь что к чему, ну и нам передашь. 
Я кивнул, говорить было не о чем, задание понятно, и не задерживаясь вышел из кабинета вслед за Людмилой Григорьевной. 
Она конечно не доктор наук и степеней не имеет, но чувствовалось что в вопросе разбирается неплохо, во всяком случае с точки зрения «современных взглядов». 
Ведь сейчас, сталкиваясь только с урбанизированной версией аборигенов, то есть с теми кто вкусил прелестей цивилизации и кроме лука с копьём сносно обходился с огнестрелом, мы почти ничего не знали о «чистых скифах», тех кто по каким-то причинам не имел доступа к «попаданцам» и высоким технологиям. Она же опиралась на знания как раз по таким, «чистым» скифам, и наверняка могла быть очень полезна. 
Дойдя со мной до развилки, Людмила Григорьевна попросила держать её в курсе, и пожелав мне успехов, свернула к библиотеке, ей явно не терпелось вернуться в свою светлицу.
Я же спустился вниз, и опять «пролавировав» меж активно обсуждающих предстоящую битву колхозников, вышел на улицу и сел в машину. 
Ехал недолго, хотел заехать домой взять чего-нибудь перекусить, но передумал, времени и так было в обрез.
Еще издали увидел ковыряющегося в моторе дядю Сашу, но судя по довольному выражению лица, уже заканчивал, и заканчивал успешно. 
«Спешившись», я ввел его в курс дела, и вопреки опасениям, возражений не услышал. Человек он хоть и тяжёлый, но с мозгами порядок, знает когда можно бубнить почём зря, а когда лучше попридержать свои «фантазии».
 
— Только бензинчику дольём, а то в баках едва булькает. — сообщил он, кивая мне на тележку для перевозки бочек. 
Медлить я не стал, быстро сбегал, подкатил неполную бочку, — бензина в ангаре оставалось не больше двух тонн, что с аппетитами кукурузника было совсем скромно. — Часов на двенадцать полета при идеальных условиях. 
Загрузил её, и так же бегом вернулся обратно. Дядя Саша уже раскрутил шланг. 
— Литров сто есть в баке, — проинформировал он, и произведя нехитрый подсчёт, добавил, — вместе с этим под триста будет.
Триста литров это почти четыре сотни вёрст на крейсерской скорости, почти до города и обратно хватит. Теоретически, если забираться повыше и потом какое-то время планировать, можно и дотянуть. 
Заправив машину, проверили оружие, кроме личного к самолету был приписан дегтярев с парой полных дисков и старенькая двустволка на случай добычи пропитания — стрелять с калаша по зайцам, или уткам такое себе занятие. 
Загрузились, я закрыл дверь, дед завёл мотор, и ещё какое-то время прислушивался, то добавляя, то убавляя обороты. 
— Ну что, погнали? — цепляя гарнитуру, наконец повернулся он.
Я кивнул, и кукурузник начал разбег. 
*
Влетели нормально, после грузовой работы взлёт налегке ощущается особенно здорово. Машина быстро набирает скорость, и легко отрывается от земли.
Поднявшись на сотню метров, развернулись на станицей, и с набором высоты пошли дальше.
Дядя Саша рулил, а я почти сразу стал вызывать пропавшую группу, рассчитывая на существенную прибавку к дальности связи. Ведь чем выше забирается «антенна», тем больше охват. 
У них с собой пара автомобильных раций, которые, по идее, вообще не должны выключаться. Но по факту, когда машину глушили, из боязни посадить аккумуляторы, их отключали. Конечно в данном случае такой вариант мало вероятен, дело предстояло серьёзное, но, как говорят, — «никогда не говори никогда», поэтому кроме вызова я ещё и тщательно разглядывал всё в бинокль.
Скорость сто сорок, высота четыреста. Дед начинает «притормаживать», плавно убирая обороты. 
От станицы мы отлетели уже почти двадцать километров, но горизонт пока что пуст. Внизу тоже никого. Ровненько зеленеющие поля, и никаких следов потерянных экипажей. В эфире тоже тихо, что уже настораживает. По идее, если они съехали в низину, сейчас в любом случае связь должна появится, здесь нет таких мест чтобы вот так прямо «заямиться».
Проверил ещё раз рацию, подумал что может у нас что-то не так, но всё было нормально, да и радист со штаба откликается, значит проблема на той стороне. Неужели на самом деле вырубили? 
Ребят что поехали на разведку я хорошо знал, и среди них не было настолько бесшабашных чтобы отключать рацию в такой ситуации, значит на самом деле всё-таки что-то произошло. 
Поднялись ещё выше, и почти сразу на горизонте прорисовалось знакомое пылевое облако. Солнце уже шло к закату и слегка слепило, но ошибки быть не могло, так пылить могли только кочевники своим табором. Получалось что или разведка неверно доложила, или они снова сменили курс и идут совсем не в том направлении.
Уткнувшись в бинокль я не выпускал из рук рацию, продолжая вызывать потеряшек. 
— Дунай, Дунай, ответь Ястребу, Дунай, ответь Ястребу. 
Дунай это позывной пропавшей группы, ну а Ястребом соответственно звался кукурузник. Конечно позывной не совсем подходящий, АН-2 на ястреба никак не тянул, скорее на тетерева какого-нибудь, или глухаря, но позывной выбирал дядя Саша, поэтому спорить никто не стал. Ястреб, значит Ястреб. 
— Дунай, Дунай, ответь Ястребу... — бубня уже на автомате, я на ходу соображал сколько прошло времени с момента когда мы засекли кочевников, и когда высланная группа отчиталась о визуальном контакте. И получалось либо они что-то неправильно сообщили, либо караван двигался гораздо быстрее чем предполагалось. Там многие шли пешком и скорость быстрее трёх-четырех километров в час не развивали, но в теории могли ускориться, например оседлав лошадей и хорошенько их пришпорив.