Секретарь старшего принца (СИ)

– Будут ещё какие-нибудь приказания?
– Я жду тебя внизу.
Звук открывающейся и закрывающейся двери. Чужие светильники гаснут.
Надо встать с лежащего подо мной мужчины, пойти в ванну за потайной дверью и тщательно вымыться после клиента.
Наводить воспоминания я закончила только когда проделала с девицей все её обычные очистительные процедуры, чтобы у неё даже повода в случившейся близости усомниться не было.
Я лежала на постели, помнившей сотни клиентов, медленно застегнула три верхние пуговицы рубашки – больше расстёгивать не потребовалось, хватило наведённых ощущений и образов.
Это была иллюзия.
Но у меня было чувство, словно я переспала с Халэнном. Мёртвым Халэнном, потому что я не чувствовала его эмоций и ощущений. Меня мутило. Я подняла руки и посмотрела на пальцы. Меня трясло, но где-то внутри, потому что руки не дрожали.
Стоило сесть, и голова закружилась – последствие возвращения в собственное тело.
Подобрав с пола сюртук, я надела его и несколько раз глубоко вдохнула.
Воспоминания считывать и наводить я тренировалась, транслировать тоже, даже корректировать в процессе трансляции в сознание реципиента, и действовать незаметно для других менталистов обучалась, но такой сложной, требующей огромного напряжения сил комбинации мне выполнять не приходилось. Дедушка бы мной гордился.
Но если бы он был жив, чтобы гордиться, мне бы не пришлось ничего такого делать.
Прикрыв глаза, я увидела перед собой лицо Халэнна, как он лежит подо мной и…
Мы с ним всё же очень похожи.
Меня качнуло от слабости, я схватилась за ширму. Тошнота подступала к горлу, но я справилась с ней. Прошла в ванную комнату и, не глядя на вытирающуюся девицу, выкрутила кран и умылась ледяной водой, проводила и проводила мокрыми руками по волосам. Мне хотелось смыть эти ощущения, отмыть память, себя.
Не глядя и не прощаясь, я покинула комнату, спустилась вниз.
Принц Элоранарр поджидал меня в одиночестве, расхаживая по просторному холлу. Хозяйка заведения стояла в углу, опустив взгляд в пол. Ментальные амулеты защищали её не в пример лучше, чем её девиц, и лицом она владела великолепно, но я подумала, хозяйка теперь знает, что по её холлу мечется дракон правящего рода, а это похуже любого обычного дракона.
Заметив меня, принц Элоранарр вышел на улицу, оставив после себя резкий запах раскалённого металла. Я покорно отправилась за ним.
Источая волны раздражения, он быстро шагал к телепортационным камням, хотя мог бы пробить антителепортационную защиту района и умчаться отсюда мгновенно.
– Я оплатил твои визиты. Будешь ходить сюда каждую неделю, – бросал слова принц Элоранарр. – Иногда – с менталистом. Время от времени он будет проверять память обслуживающих тебя девиц, чтобы убедиться, что ты посещаешь их не формально.
То есть… сегодня – это не единичная проверка, и мне придётся выдерживать их регулярно? Меня опять замутило.
– Когда твои любовные пристрастия станут несомненными, я найду тебе невесту.
То есть ответил на поцелуй он, а перевоспитывать будет меня? Железная логика. Хотя стремление переложить вину на окружающих не удивительно, этим многие страдают, я думала, принц Элоранарр к таким существам не относится.
– Я сам мог бы найти себе невесту, – заметила я.
– Я подберу тебе подходящую жену, и это не обсуждается.
Что-то по Вейре и Диоре не заметно, что он умеет подбирать гармоничных спутников, но… жениться я всё равно не могу, так что придётся решать проблему с невестой, когда та появится.
Едва оказавшись на чёрных камнях, обозначавших точки безопасной телепортации и содержавших маяки, принц Элоранарр переместил нас во дворец.
Император Карит опять лежал золотой горой возле клумбы Ланабет. Стоило привыкать к этому зрелищу: обычно драконы по избранным тоскуют очень и очень долго.
– Какие будут приказания? – спросила я безразлично.
– Можешь заниматься поручениями Вейры и Диоры, сейчас я занят и не хочу, чтобы ближайшие несколько недель они донимали меня иначе, чем в постели. Обеспечить мне этот покой – твоя обязанность.
 
– Слушаюсь, ваше высочество.
Странно покосившись на меня, принц Элоранарр отступил, и его окутало золотое пламя телепортационного заклинания, унесло куда-то. Наверное, в столицу – у него теперь и ИСБ, и государственные дела.
Я же осталась стоять на месте. Не чувствуя ничего, в странном отупении, онемении чувств.
Светило послеполуденное солнце, все чем-то занимались, император Карит тяжко, с подвыванием вдохнул. А я не чувствовала ничего.
И лишь в комнате на вершине башни меня начало трясти по-настоящему и выворачивать. Этот панический страх, отвращение и вкус желчи во рту я запомнила надолго.
***
Оставаться в башне было невыносимо. К тому же в моём состоянии я рисковала оставить в комнате такие ментальные отпечатки, что пребывание здесь станет тяжёлым всегда.
Странное онемение охватило кожу, лицо я почти не чувствовала. Так бывает от сильного напряжения магических сил, но мне казалось, что я его не достигла, до предела было далеко, и всё же это отупение накрыло меня беспощадно. И оно было лучше чем то, что творилось со мной всего час назад.
Был уже вечер, когда я привела себя в порядок и отправилась искать барона Дариона, чтобы получить, наконец, право телепортироваться из дворца.
Барон Дарион изучал бумаги у себя в кабинете, едва глянув на меня, махнул рукой, и дверь запечаталась. На нас с тянущим ощущением в барабанных перепонках упал щит от подслушивания.
– На тебе лица нет, – сказал барон Дарион.
– Внесите слепок моей ауры в защитные чары: мне нужно отправиться по поручениям леди Вейры и леди Диоры.
– Ты себя в зеркало видела?
– Да.
– На тебя смотреть страшно.
Я была бледна, и онемевшее лицо приняло слишком безразличное выражение, возможно, у меня был немного больной взгляд, но вряд ли этим можно кого-нибудь напугать, особенно барона Дариона.
– Что произошло у вас с Элором? Он после этой битвы сам не свой, как и ты.
– Мы немного разошлись во мнениях, но теперь всё прояснили, проблем больше нет.
– Точно? – с подозрением уточнил барон Дарион. – И с тем, что он… отшвырнул тебя от Арена?
– Это была моя ошибка: я знала, что принц Элоранарр не выносит, когда я использую силу голоса, и стерпеть такое в отношении принца Арендара он не мог.
Дарион смотрел на меня долго, пытливо, но мне было всё равно. Как бы то ни было, дать мне допуск на телепортацию он обязан, значит, даст, нужно лишь подождать.
Так и случилось. Через четверть часа моего молчания он кивнул, снял с меня слепок, отменил заглушающий купол и защитную печать на двери.
Теперь я была вольна отправиться, куда пожелаю.
Пожелала я на побережье океана. Солёный воздух ударил в лицо, наполнил лёгкие. Рокот тяжёлых, величественных волн, мягкий блеск солнца на них гипнотизировали. Каких-то полчаса созерцания помогли мне настроиться на предстоящие встречи.
Выполнение поручений Вейры и Диоры было лишь отговоркой, поводом сбежать из дворца: всё равно уже вечер и многие заведения, которые необходимо посетить для решения их вопросов, скоро закроются.
Сейчас мне следовало заняться своими вассалами, а так как я теперь одна, некоторые могут пожелать освободиться от обязательств перед моим родом. Позволить этого я не могла: мне ещё нужно было право собрать их под свои крылья и заставить выступить за меня в бою. Особенно теперь, когда на помощь принца Элоранарра в борьбе с Неспящими и его лояльность я больше не рассчитывала.
Я телепортировалась в семейный дом на побережье и послала слуг за управляющим и казначеем, а сама заглянула в комнаты наверху. Место было выбрано лишь потому, что мы посещали его редко, и наши с Халэнном объединённые апартаменты не будили слишком тёплых воспоминаний. Только его одежда… мне хотелось обнять её и плакать, и в то же время что-то внутри содрогалось, отторгало эту часть меня.