Секретарь старшего принца (СИ)

– Возможно, вам сейчас стоит быть рядом с братьями? – тихо спросила я, стараясь не дышать слишком глубоко, чтобы не попадать в плен его привлекательного запаха. На грани критической ситуации инстинкты начинают доминировать, и среди них не только боевые, но и сексуальные. – Наверное, им страшно, им нужна ваша поддержка…
– Будь я спокоен, мог бы их поддержать, но я… мне кажется, я их перепугаю ещё больше.
Его руки были такие горячие, нежные, я не могла заставить себя высвободить свою ладонь.
– Что ж, давайте посидим здесь, в саду, подождём, что будет.
– И ты расскажешь о себе. Мой личный секретарь, а я о тебе почти ничего не знаю.
Внутри у меня всё сжалось, но на голосе это не отразилось:
– Думаю, вы подробно изучили мою биографию и опросили знакомых, прежде чем принять на такой пост.
– Нет. То есть я ознакомился с данными из Академии драконов, с показаниями следователей, осмотревших твой родовой замок после нападения, и прочитал, что о тебе записано в учётной книге клуба коллекционеров: ты меня впечатлил тем, что прошёл моё непроходимое испытание. Но я знакомых не опрашивал.
Это было хорошо! Пусть изменение характера я могла списать на последствия разрыва ментальной связи близнецов, будет лучше, если к этой отговорке прибегать не придётся.
– Я предпочитаю сам составлять мнение об окружающих, – добавил принц Элоранарр. Он приподнял руку и положил мне на плечо, второй по-прежнему сжимая мою ладонь. Как же близко он был, как остро я ощущала его близость, и ветер сносил на меня его запах. По моему телу пробежала дрожь, пронзила меня всю до звёздочек перед глазами. Принц Элоранарр наклонился ещё ближе, его дыхание коснулось моего лба. – Тебе страшно?
Мне было очень страшно: уничтожение Видящих, исчезновение императрицы, нападения тварей, безумная привлекательность принца, и то, что мой такой ясный и простой план рассыпался в прах – всё это пугало, как и охватывающее меня рядом с принцем Элоранарром желание рассказать о себе, попросить защиты, прижаться, поцеловать. Я не привыкла к одиночеству, моя разорванная пополам душа требовала исцеляющего соединения с кем-то ещё, мне нужен кто-нибудь близкий, родной…
Гигантский купол-решётка над дворцовым парком содрогнулась. Десятки беседок, в режиме цитадели превратившиеся в пушки с высунутыми в отверстия купола жерлами, налились золотым сиянием и с грохотом пальнули. Содрогнулась земля, огненные снаряды брызнули во все стороны и с оглушительными взрывами обрушились на землю за пределами парка. В ответ раздался оглушительный тошнотворный визг. Звук врезался в мозг, я зажала уши ладонями, принц Элоранарр крепко обнял меня:
– Что случилось? Что произошло? – он потянул меня в сторону, и я не понимала, куда, не соображала, где мы.
– Звук… они так визжат, – прохрипела я, давясь от боли в голове и одурения.
Пушки ударили снова, земля вздрогнула и продолжила мелко трястись. Оторвавшись от груди принца Элоранарра, я огляделась: земля поднималась вокруг дворца, запечатывая его окна и двери толстенным слоем грунта, перемешанного с камнями и раскалёнными потоками металла, формирующего несущую конструкцию защиты. То же самое происходило с башней принца Элоранарра. Но на самом деле это было… обманкой: и дворец, и башня погружались под землю, а каркас, наверное, должен отвлекать на себя удары врагов, если те прорвутся сквозь внешнюю линию обороны.
Крепче обхватив меня, принц Элоранарр взлетел к верхушке башни и завис напротив окна, в котором белели лица его перепуганных драконесс.
– Сейчас ты зайдёшь внутрь, – скомандовал он. – И будешь сидеть там…
– Я останусь с вами, – вцепившись в его сюртук, выпалила я.
Мне было так страшно его отпускать, так невыносимо – вдруг и его убьют, как других Аранских, как предыдущего императора – его деда Видара и его племянника, вместо которого тот занял трон, и его детей? Вдруг, когда опасность минует – если она минует – я выйду из убежища, и здесь останутся только окровавленные трупы?
От ужаса меня затрясло, я так вцепилась в одежду принца, что она затрещала, и сколько он ни пытался отодрать меня от себя, у него не получалось. Мы рухнули на опускающуюся вниз крышу.
 
– Не надо, не надо, вдруг вас убьют? Вдруг вас всех убьют, и… и… в-вы б-будете в-все м-мертвы, в-в-крови, – сбивчиво бормотала я. – Д-давайте в-все с-спрячемся, пусть-пусть з-защита ци-цитадели р-работает.
– Защита не обладает разумом, – принц Элоранарр ещё попытался отцепить мои руки, но в конце концов просто обнял, погладил по спине, на которой топорщились не до конца высвободившиеся крылья. – Не бойся, ну же, отпусти меня.
Снова палили пушки. Пространство между прутьями купола затягивалось плёнками более плотных щитов. Гигантский золотой дракон – император Карит – вышел из-за дворца и растерянно оглядывался. Он был как пьяный, словно не соображал ничего. Потеря избранной слишком его подкосила.
Башня опускалась всё ниже, а вокруг поднимались стены каркаса-обманки, я же крепко держала принца Элоранарра, надеясь, что он останется, что каркас запечатается, и принц просто не сможет уйти.
– Останьтесь, п-пожалуйста, останьтесь, – твердила я в безумном исступлении, за пределами дворца снова верещали твари, и казалось, мой мозг взорвётся от их воплей, а сердце выпрыгнет от ужаса. А принц Элоранарр всё пытался вырваться из моих рук, и я резко обхватила его шею.
– Халэнн, мой отец ещё не в себе, я должен идти… я… должен следить за работой цитадели, перенаправлять энергию, выбирать оптимальные заклинания…
Он не собирался оставаться, он уже поднимался с колен, легко поднимая меня за собой, и его пальцы больно сомкнулись на моих предплечьях. Он хотел дёрнуть их с силой, и силы у него больше, чем у меня, он просто разомкнёт мои руки и уйдёт… навсегда?
Не зная, как ещё его остановить, оставить здесь до того момента, как над нами сомкнётся каркас для имитации башни, я прижалась к его губам. На этом моя смелость закончилась, я застыла, не зная, что делать дальше, с бешено колотящимся сердцем, с трудом осознавая, что хватка на моих руках ослабла. А потом горячие губы принца Элоранарра вдруг разомкнулись и захватили мои, его язык скользнул между моих зубов. В растерянности я лишь крепче обхватила его за плечи, позволяя жадно овладевать моим ртом, я готова была на всё, лишь бы он – первое существо, к которому я хоть как-то привязалась после смерти семьи – остался здесь сейчас со мной, в безопасности.
В грохоте пушек утонул протяжный растерянный рык императора Карита, снова задрожала земля. Я пыталась подхватить ритм поцелуя, но принц Элоранарр остановился, прижался лбом к моему лбу:
– Что ты делаешь?
– Я хочу, чтобы вы остались здесь, пожалуйста, – я вновь прижалась к его губам, и он ответил на мой поцелуй, его ладонь оказалась на моём затылке, и поцелуй опять углубился.
На нас обрушился поток ледяной воды, и в голове чуть прояснилось. Отступив, я судорожно хватала ртом воздух. Принц Элоранарр, который, похоже, и призвал на наши головы воду, чтобы остудить, тряхнул меня за плечи:
– Успокойся, всё будет хорошо, – его сиплый голос звучал странно. – Я не собираюсь умирать.
– Никто не собирается! – отчаянно вскрикнула я. – Никто из моей семьи не собирался! А потом…
Отскочив, принц Элоранарр расправил крылья и взмыл вверх, нырнул в закрывающийся купол, и тот сомкнулся, оставляя меня в темноте.
Черепичная крыша подо мной дрожала, башня по-прежнему втягивалась в землю, а та тряслась, беспрерывно грохотали пушки, даже сюда доносился чудовищный, мозгодробительный визг. Кажется, в нём есть ментальный элемент, но я ничего не соображаю, никак не могу его нащупать и определить, словно это… что-то слишком чужое. Наверное, это магия Бездны. К счастью, гвардейцы-медведеоборотни неподвластны ментальным манипуляциям, а принц Элоранарр и император закрыты щитами правителей и, как всякие нементалисты, не восприимчивы к таким тонким воздействиям, их этот визг не сводит с ума.