Секретарь старшего принца (СИ)

Император Карит вскинулся на задние лапы и со всей силы врезался головой в крышу, глухо завыл. А принц Элоранарр побежал к входу, пригибаясь и следя за отцом.
Вейра и Диора были на самом верхнем этаже. Сидели возле двери в комнату принца, обнявшись, дрожа, и по щекам их с тонким узором чешуек стекали слёзы.
– Что случилось с императрицей? – спросила Вейра, крепче обнимая шмыгающую Диору.
– Не знаю, – честно ответила я и толкнула дверь в комнату принца, створка поддалась, и драконессы чуть не упали внутрь.
Утром я готова была их поколотить, но сейчас меня лихорадило, мне хотелось ощутить чьё-нибудь тепло, и хотя они не испытывали той же боли, что я, им тоже было плохо и страшно, потому что мы – драконы, и мы понимали боль императора Карита.
– Давайте сюда, – я схватила их за руки и тянула, толкала к гардеробной.
Сдёрнула с кровати меховое покрывало, одеяло, сгребла подушки. Вейра помогала мне, Диора тоже, мы очень быстро устроили в углу нору, забились туда, прижались друг к другу крепко-крепко.
– Как же так? – шепнула Диора мне в плечо. – Императрица была во дворце, как так?
– Культ Бездны уже уничтожал Аранских прямо во дворце, – напомнила Вейра подрагивающим голосом. – Прямо здесь убил императора Карита Второго и его детей, из-за чего на престол пришлось взойти деду Элора. Здесь совсем небезопасно.
Диора заплакала, и я обняла её за плечи.
В тесной душной гардеробной завывания императора Карита Третьего было слышно не так сильно, но всё равно нас не отпускал страх.
***
К ночи вой императора стал хриплыми и тихими. Мы по-прежнему оставались в гардеробной и не знали, что происходит снаружи. Но Диора и Вейра, наплакавшись, смогли уснуть, а я – нет. В моей голове роились сотни образов: Халэнн, моя семья, снова Халэнн. Горячие тела рядом со мной были слишком… не такими, запах их чужой, они меня не успокаивали, а редкие скупые слезинки не приносили облегчения.
Моя боль ожила и не хотела уходить.
Наконец я выбралась из горячих объятий, осторожно выглянула из гардеробной. Сквозь окна едва проникал свет парковых фонарей, золотил стёкла витрин и попавшие под него перья.
Здесь пахло принцем Элоранарром, здесь было спокойнее.
Но и в его комнате я не осталась, хотя помнила приказ сторожить драконесс.
Осторожно спустившись по лестнице, приоткрыла дверь и застыла, увидев тёмный силуэт на фоне рассыпанных по газонам светильников. Он обернулся, попавшие в свет глаза влажно блеснули, и принц Элоранарр снова отвернулся.
– Они спят, – прошептала я и вышла на улицу.
На небе, зарешечённом большим защитным куполом, мерцали звёзды. Было прохладно, пахло цветами и дымом, и император уже не сидел на крыше, та ощерилась изломанными балками и вывернутыми пластами черепицы. Вой доносился из-за дворца.
Я остановилась возле принца Элоранарра. У него дрожали пальцы. Я промолчала об этом и о том, что мне почудились слёзы на его глазах. Я ничего не спрашивала.
– Отец возле её клумбы, – очень глухо, сипло сказал принц Элоранарр. – Ланабет устроила её сама.
Мне захотелось утешить его свои голосом, заставить забыть о боли, но я лишь сжала его плечо. Помедлив, обхватила ладонь и стиснула его холодные дёргающиеся пальцы.
Так мы стояли, слушая плач императора по своей избранной. Молчали. Даже свет фонариков казался мёртвым, странным. В выбитых окнах скопилась жуткая чернота. И гвардейцев было не видно, из-за чего казалось, что все умерли.
– Как принц Арендар? – прошептала я.
– Заран с ним.
– Простите… – Мне неловко было это озвучивать. – Вы уверены, что разумно оставлять его с леди Заранеей? Ваша семья ослаблена, а она в родстве с Фламирами, прежней правящей династией…
– Заран их не поддерживает. Только она смогла немного успокоить Арена. Она и цветок с клумбы Ланабет: кажется, он стал для Арена сердцем коллекции*, и это хорошо, это хоть какое-то утешение. Я… – принц Элоранарр судорожно вдохнул. – Мне нужно было заниматься расследованием, организовать всё, убедиться, что патрули работают, и схождение миров проходит более менее… спокойно. Но оно не спокойное.
 
Внутри у меня похолодело:
– Что… случилось?
– Порождения Бездны лезут к нам и ещё какие-то твари, похожие на них, только больше, сильнее, и им, в отличие от порождений, не нужен носитель, они просто нападают и жрут всё подряд. В империи чрезвычайное положение, все военные задействованы, на другие страны тоже напали, а я… сижу здесь, потому что мне надо охранять отца и братьев и как-то понять, куда делась Ланабет. Она не покидала пределов дворца, понимаешь? Она не проходила через защиту – это совершенно точно. И её нет. Нигде. И поисковые заклинания не работают. И… это же Ланабет, она… умеет за себя постоять, она была под защитой нашего родового артефакта, она Видящая, поглоти всё Бездна! Как она могла умереть здесь, в этом со всех сторон защищённом дворце?
– Связь с избранным можно прервать абсолютным ментальным щитом…
– Ланабет безжалостна, но не настолько, чтобы позволить отцу мучаться столько часов. И даже если могла мучить его, но не Арена же!
Принц Элоранарр вцепился в мою руку сильно, до боли, но я не подавала вида, хотя казалось, мои пальцы сейчас захрустят.
– Как такое могло произойти? – Принц Элоранарр заглянул мне в лицо, его глаза и правда влажно мерцали. – И что теперь делать, как с этим бороться? По всей стране сражаются, по всему миру, а я здесь только потому, что я самый старший из вменяемых драконов рода.
– Вы справитесь. – Свободной рукой я накрыла его судорожно сжимающиеся пальцы. – Сейчас ваша задача – сохранить управление империей. Вассальные рода и военные исполнят свой долг по охране страны. Возможно… – Я облизнула пересохшие губы. Мне не хотелось это озвучивать. – Ваше высочество, вы… не должны сейчас покидать дворец, там вас убьют, слишком уж удобный случай: вину легко свалить на культ Бездны. Ваш отец не в себе и не сможет полноценно контролировать родовую защиту, одна его ошибка – и его, и ваших братьев тоже убьют, чтобы освободить трон.
– Я знаю, – прошипел принц Элоранарр. – Я знаю, что Фламиры, да не только они, спят и видят, как ударить нас в спину, именно поэтому я всё ещё здесь, но это… невыносимо! Стоять здесь и ничего, ничего не делать, когда моя помощь нужна где-то там.
Он взмахнул рукой, указывая на пространство за пределами дворца. Принц Элоранарр… сейчас я снова вспомнила и осознала, что он совсем молодой дракон, в нём всё ещё кипит – и сила, и жажда действия, хищные и защитнические инстинкты. Для него оставаться здесь, в стороне от всего, – пытка, тяжелейшее испытание нервов и силы воли.
– Вы нужны здесь, – уверила я, чуть приближаясь, острее ощутив его полный ярости и тоски запах. – Вы спасаете свою семью. Это важно. Это поможет избежать жертв, которые могли бы возникнуть из-за борьбы за престол.
– Я знаю, – совсем тихо, с каким-то надрывом отозвался принц Элоранарр, продолжая сжимать мои пальцы.
Ветер затеребил его волосы, несколько тонких прядей перечеркнули скулу, плотно сжатые губы. Потянувшись убрать их, я вовремя опомнилась и остановилась, отвела взгляд.
Император подвывал там, у клумбы. Я зябко повела плечами и невольно потянула руку, стиснутую в горячей ладони принца.
– Не оставляй меня сейчас одного, – прошептал принц Элоранарр и надвинулся на меня, обхватывая мою руку обеими ладонями. – Пожалуйста.
____
* В момент сильных эмоциональных переживаний дракон один раз в жизни может запечатлеться на каком-либо предмете, ставшем причиной переживаний или оказавшемся рядом случайно. Этот предмет становится сердцем коллекции – особо оберегаемым сокровищем, к которому дракон испытывает непреодолимую привязанность. С этого момента дракон начинает собирать похожие на сердце коллекции предметы.
 
Глава 24
Прикрыв глаза, я собиралась с мыслями, пыталась понять происходящее. Если бы принц Элоранарр считал меня девушкой, его желание остаться рядом со мной носило бы вполне определённый характер, но какой поддержки он желал от Халэнна? Дружеской? Мы слишком мало общались. Боевой помощи в случае неприятностей? Тут его ждёт огромное разочарование.