Секретарь старшего принца (СИ)

Отдышалась.
И стала петь – мягкую песню успокоения. Внутри всё дрожало, слёзы текли по щекам, ужас накатывал на меня удушающими волнами, но волшебный голос Сиринов, точно волнорез, точно стена, выстраивающаяся вокруг меня в хаосе тёмных эмоций.
На рассвете я проснулась от собственного крика.
«Неспящие», – звенел тихий голос брата, я заткнула уши, но… это ничего не меняло. Я слышала его, снова ощущала, как рвётся связь. Мужская одежда, в которой я вчера уснула, мешала дышать.
Где-то там, за чёрно-звёздными стенами всходило солнце нового дня.
– Я должна стать сильной, – беззвучно напомнила я. – Я должна стать сильной. Сильной. Должна. Я здесь одна, мне надо просто дождаться. Надо быть сильной…
Уткнувшись в подушку, я завыла от боли: моё сердце снова рвали на части. Почему в Башне порядка мне страшнее, чем в любом другом месте?
Потому что здесь только я и моё горе. В любом другом месте я подспудно ощущала присутствие жизни, чужих сознаний, чужой магии, ментальных щитов и отвлекалась… Здесь я оказалась в пустоте. И к ней я была не готова. Она сжирала меня снаружи и изнутри. Мне нечего было ей противопоставить, кроме успокаивающего тембра голоса, но тот слишком дрожал.
***
Дни тянулись, превращались в бесконечные минуты напряжения и страха. Я продолжала пользоваться маскировкой запаха, носить мужскую одежду в надежде, что сюда наконец кто-нибудь придёт.
Но никто не являлся. Вокруг меня, куда бы ни посмотрела, мерцали чёрные непробиваемые стены. Везде-везде-везде…
Я не могла есть. Рассветные кошмары становились всё реалистичнее, страшнее, боль и ощущение потери оставались со мной всё дольше, и на четырнадцатый день я решила не спать. Пусть я не в состоянии превратиться в дракона, но сила осталась, я могла не есть и не спать все десять дней недели. Наверное: я чувствовала себя больной, суставы опять ныли, время превратилось в густой удушающий кисель, и насколько хватит выносливости я просто не знала.
***
Чернота и мерцающие на ней россыпи звёзд. Они вверху. Внизу. Слева и справа. Впереди и сзади. Чёрные стены Башни порядка смотрели на меня мириадами маленьких поглощающих магию осколков кристаллов, вплавленных в их нерушимое вещество.
Даже дракон правящего рода не мог разрушить Башню порядка и им подобные помещения, имеющиеся у каждой правящей драконьей семьи. Эти маленькие тюрьмы для непокорных сородичей, этот чудовищный пыточный инструмент, отсекающий дракона – магическое существо – от магии Эёрана.
Я не знала, сколько прошло дней. Может, один, а может пять. Голода я не чувствовала, только тревогу. Порой казалось, я не могу дышать. Я больше не могла петь.
В огромном зале вставала на колени. Ложилась на спину. Ложилась на живот. Сворачивалась калачиком. Выпускала крылья и обрастала чешуёй. Я пыталась вспомнить свою истинную суть, увидеть её, ощутить себя драконицей, почувствовать хвост, но ничего не получалось.
Когда находило отчаяние, я возвращалась наверх, заходила в одну из комнат и, закрыв дверь, приваливалась к ней спиной, чтобы ко мне не подкрались неожиданно. Так я давала костям и суставам отдохнуть, а потом… снова спускалась вниз и пыталась превратиться.
Мне это было жизненно необходимо, чтобы не ощущать себя такой беспомощной, чтобы снова почувствовать себя драконом.
Иногда мне вспоминался поставщик волкооборотень Нулишарх… он ведь не признал во мне дракона, может, потому, что своим оборотническим чутьём уловил, что драконицы во мне больше нет?
Эту мысль я пыталась отбросить, напомнить себе, что принц Элоранарр, лейтенант Зинарр вполне признавали во мне дракона, но в этой проклятой Башне порядка страхи были сильны, сильнее всех добрых воспоминаний и в тысячу раз сильнее меня.
***
Время не желало идти. Не желало двигаться. Башня порядка растворяла меня в себе, поглощала – как кто-то мог находиться здесь и не сойти с ума?
Кажется, временами я проваливалась в короткую дрёму, обрываемую болью в суставах, жаждущих вернуть женскую форму.
– Я слаба, слишком слаба, – прошептала я в холодный каменный пол, подмигивающий мне искорками вплавленных кристаллов. Стяжки на груди мешали дышать, в штанах было так неудобно. Да и какой смысл притворяться Халэнном, если я не могу даже просто сидеть здесь и ждать? Сил сопротивляться не осталось, Башня порядка победила. – Я не справлюсь… не справлюсь…
 
Тихо зарокотал механизм сложного замка. Я развернула голову к двери, прижалась виском к холодному непреклонному камню.
Мне мерещится? В приход кого-нибудь извне уже не верилось. Неужели обо мне не забыли?
Очень медленно раскрывались створки чёрного камня. Между ними образовалась узкая щёлка.
Я приподнялась на руках. Стиснула зубы, вынуждая суставы и кости вернуть почти утраченное мужское строение.
Двери вдруг стали открываться быстро. Я подскочила неожиданно резво. В щели показалась тёмная рубашка и жилет, бледное лицо, рыжие волосы. Принц Элоранарр был хмур, его глаза казались чёрными.
Я не должна была этого делать. Не должна… и всё же я бросилась к нему, уткнулась в грудь принца Элоранарра и, судорожно обхватив его талию, всхлипнула. От него так знакомо-ласково-опасно пахло корицей и раскалённым металлом, и сейчас в целом мире не было ничего приятнее его аромата и его тепла.
Мне определённо не стоило обнимать принца Элоранарра, но иначе я не могла.
Глава 13
Зубы стучали о чашку горячего шоколада. Меня потряхивало. То ли от осознания, что в Башне порядка я провела целых две недели*, то ли от стыда за то, что бросилась на принца Элоранарра, как ребёнок. Хорошо ещё, он отнёсся к этому с пониманием и, погладив по голове, сказал: «Ничего, я первые раз пять так же вылетал отсюда, на маму или отца вешался, ещё и рыдал взахлёб. Ты неплохо держишься», и тактично не упомянул о том, что тогда он был намного младше меня.
А может виной моей дрожи был переизбыток чужих эмоций, проникающих сквозь не настроенные на их полное поглощение ментальные щиты правителей. На диване слева сидела Диора и обнимала меня сильными руками. С правой стороны грела Вейра, склонившая голову мне на плечо. Их тепло, их насыщенные цветочно-пряные ароматы, их неподдельное сочувствие ко мне и возмущение окутывали меня, проникали под кожу, будто отравляли.
– Ненавижу эту Башню порядка, – ворчала Вейра.
– Сущий-сущий кошмар! – подтвердила Диора. – Я как-то раз там два дня просидела, думала, с ума сойду, а ты там столько взаперти оставался…
– Ничего, скоро придёшь в себя, – Вейра приподнялась и погладила меня по голове. – Мы же драконы, мы самые сильные, мы со всем справляемся.
Но сильнее всего полыхала ярость принца Элоранарра, сочилась сквозь приоткрытую дверь, за которой он, перегородив лестницу, разговаривал с императрицей Ланабет. Та действительно никому не сказала о моём заточении в Башне порядка, принц узнал об этом случайно благодаря тому, что наступило время пополнить запасы еды, и сразу же меня выпустил. И этому императрица не обрадовалась. Принц Элоранарр успел меня только в свою башню завести и Вейре с Диорой передать, как она тут же явилась и потребовала вернуть меня в Башню порядка, потому что бывший заместитель принца Элоранарра – граф Мэлирак – убит, и со мной ещё не всё ясно.
От этого известия меня затрясло: вдруг меня снова вернут в эти чёрные стены и будут держать там, пока не признаюсь?
– Ты ничего не понимаешь, человек! – принц Элоранарр почти рычал. – Для драконов находиться там – пытка, и подготавливают к ней постепенно, иначе там можно сойти с ума!
 
– Не повышай на меня голос! В Башне порядка безопасно.
Я сжалась, ожидая, что императрица Ланабет расскажет мой секрет.
– Для того, кто к Башне привык! Для меня, для отца, для Лина и Арена, даже Вейра с Диорой там побывали и в состоянии некоторое время…
– Ты должен был сначала это объяснить, а потом выпускать…
– Это мой секретарь, как ты посмела что-то с ним делать, не предупредив меня?!